Фред Саберхаген - Заклятый враг

Ознакомительный фрагмент

– Да, а говорила ли я тебе, что мы нашли два скелета? Я думаю, Йоритомо и его супруги. Они были облачены в роскошные одежды и лежали среди величайших сокровищ. У Леди была сломана шея, а у ее супруга переломаны кости.

Ветер все еще завывал, когда оба корабля стартовали...

Путешествие на Истил было приятным, хотя немного скучноватым. Всего на борту вместе с Ритваном было шесть человек, и все они занимали три узких каюты. Люди были оживлены – всех привлекала возможность подробнее изучить находку на Истиле.

Члены экипажа имели великолепный шанс постоянно созерцать изящнейшие вещи, упакованные в прозрачные контейнеры, которые радовали глаз повсюду, куда только можно было бросить взгляд. Разработка маршрута после введения программы, обеспечение едой – все это выполняли машины, людям лишь изредка приходилось следить, не сбились ли они с привычного ритма. В этой части обитаемой Галактики можно было путешествовать, будучи уверенным в своей относительной безопасности (как и сотню лет назад). Берсеркеры сюда больше не залетали, а других пиратов пока тоже не обнаружили.

В центральном грузовом отсеке стояли пять контейнеров разных форм, огромных размеров. Их твердое покрытие Ритван с удовольствием искромсал бы на мелкие кусочки. В первый же день путешествия он присоединился к остальным в кают-компании, где все слушали старые записи, найденные в руинах Дворца Йоритомо. Кристаллические кубики располагались на ободках информационных колец. На кольцах стояли даты. Большинство колец содержало информацию, записанную самим Владыкой, лицо которого появилось на дисплее.

– Один бог знает, зачем он записывал это, – вздохнула Осхогбо, главный архивариус музея Истила. Именно это солидное заведение финансировало раскопки. – Только послушайте! Посмотрите на это лицо! Он приказывает кораблю сдаться, или же всех ждет смерть!

– В нем умер великий актер, может быть, – предположил Чикан, когда-то простой энтузиаст, помощник археологов, ставший капитаном корабля. – Он любил отдавать приказы.

Клучевский, главный эксперт по ведению земляных работ, сказал:

– Наверное, на каждом корабле из флота Йоритомо была такая запись. И встречные корабли, получив подобный приказ, не знали, что с ними говорит не сам

император! Наверное, это производило впечатление. Хотя я не уверен.

– Давайте прослушаем другие кольца, – сказал Грантов, главный хранитель находок.

В течение следующего часа они нашли несколько записей. В первой из них Йоритомо приказывал своим подчиненным прекратить раздоры из-за рабов и наложниц, в другой же записи излагал жалобу, адресованную Интерпланетному Правительству, где представлял себя как человека, несправедливо оклеветанного; но самой интересной оказалась третья запись, где Йоритомо рассказывал о наиболее захватывающих находках из своей коллекции какой-то аудитории, установить которую уже никогда не удастся...

– Стойте! – закричал Ритван. – Можно вернуть назад этот фрагмент?

Голос Владыки повторил:

– Вот печальная история о том, как были спасены эти поразительные статуи. Наш флот сделал все возможное, но мы опоздали. К моему великому сожалению, мы опоздали. И не смогли помочь героическим защитникам Санта-Герваса. Много дней мы искали уцелевших, но нашли только одного. Это был скульптор Антонио Нобрега, но наша помощь пришла слишком поздно. Он умер от медленного яда, которым берсеркеры отравили атмосферу. Это – большая утрата. Он умер рядом с бесценными творениями народа Герваса. Я надеюсь, что придет тот день, когда все правительства пойдут навстречу моим пожеланиям и сделают все возможное, чтобы прекратить войну против этих...

– Итак! – воскликнул Ритван голосом человека, который наконец-то разрешил мучившую его загадку. – Значит, вот как умер Нобрега.

– Он был известным скульптором, не так ли? – спросил Грантон.

– Да, очень хорошим. Но основное его умение – это изготовление копий великих мастеров. Что касается собственных работ, то их теневая сторона была, как говорят, лучше чем лицевая. – Не всем понравилась эта шутка, но Ритван продолжал. – Я не хочу верить ни единому слову Йоритомо, но думаю, у него не было повода лгать говоря о смерти Нобреги.

Айзелин глянула на часы:

– Мне пора ужинать. Остальные хотят остаться здесь?

– Я вполне могу воздержаться от прослушивания этих записей, – Ритван встал, чтобы проследовать за Айзелин, – но если вы откроете контейнеры...

– Ни малейшего шанса, друг мой. Но я могу показать тебе голограмму. Я, конечно, говорила тебе, что...

– Не говорила! Конечно, пойдем! Осхогбо начала просматривать кольца:

– Вот запись, где Йоритомо вместе с подругой... Но Айзелин и Ритван не стали задерживаться. Чикан вышел следом.

В маленькой столовой трое сели на пол.

– Слушайте, еще немного – и нас ждет декаданс! Гороховый суп с ветчиной. А что это? Устрицы! Великолепно!

Потом Айзелин настроила аппарат. В воздухе начали возникать серо-красные лучи, проявляться величественная композиция “Качающееся пространство”. Может быть, само сердце человека забилось перед ними?

Айзелин шевельнула одну из ручек настройки, и композиция обрела более резкие очертания, затем начала медленно вращаться.

– Капитан?! – раздался хриплый голос по передатчику.

– Сидите, сидите, – сказал Чикан Ритвану и Айзелин. – Что такое?

– У нас проблемы в грузовом отсеке, – кажется это голос Грантона. – Кажется, что-то... Айзелин, тебе тоже лучше подойти и взглянуть на...

Затем – пауза. Потом – резкие шумы. Невнятная речь, странные голоса, стук, хриплый крик.

Все бросились в грузовой отсек, где находилась кают-компания. Ритван бежал вслед за Айзелин. Вдруг она остановилась так неожиданно, что он чуть не сбил ее с ног.

Проход в отсек, через который они проходили с четверть часа тому назад, теперь был плотно запечатан. Выдвинулась массивная дверь, которая проектировалась с целью предотвратить повреждение груза в случае пожара или разрыва обшивки корабля.

Рядом с дверью скорчилась человеческая фигура. Чикан и Айзелин склонились над нею. Ритван ощутил невыносимый запах горелого мяса.

– Помоги мне поднять ее... Осторожней! В аварийный отсек! В лазарет! Сюда!

Ритван помог Айзелин. Чикан глянул на индикатор рядом с тяжелой дверью, положил руку на поверхность металла. Потом присоединился к друзьям.

– Там внутри – пожар, – сказал он, пока они быстро шли по коридору. Прикосновение руки Чикана, и маленькая дверь распахнулась, впустив свет из коридора.

– Есть ли у нас что-либо воспламеняющееся среди грузов? – голос Айзелин прозвучал так, как будто ее оскорбила сама Судьба.