Артем Колчанов - На чужом берегу

– Да.

– Посиди и подожди меня, пока я завтракаю.

Я быстро покончил с едой, отправил посуду в утилизатор и сказал:

– Пойдем со мной.

– Куда?

– Увидишь.

Мы поднялись в рубку, и там я отметил, что все экраны погашены, в том числе и тот, где Рэй делал "продолжение". Я подошел к пульту и вдавил голубую клавишу:

– Рэй, я что-то не пойму, ты что, обиделся что ли? Если да, то извини.

– Дело не в этом, просто я переключил мощности, которые поддерживали эту иллюзию, на другие цели. Но если ты хочешь…

– Я хочу.

Левый экран вспыхнул, образовав продолжение рубки. А через секунду в кресле также мгновенно "вспыхнул" Рэй. От этого мальчишка, стоящий рядом со мной, заметно вздрогнул и вопросительно посмотрел на меня. Но прежде чем был задан его вопрос, Рэй уже ответил на него:

– Я, такой, каким ты меня видишь, не более чем изображение. Подойди и убедись.

Рив нерешительно помедлил, но потом все-таки пошел к экрану.

– Осторожно.

Несмотря на это мое предупреждение, он все-таки ткнулся в экран:

– Тут стенка.

– Это экран, не более того, - сказал Рэй, - смотри сам.

На экране появилось сначала зеркальное отражение рубки, потом еще несколько картинок и наконец-то снова Рэй.

– Кто вы? - спросил мальчишка у Рэя.

– Можешь называть меня просто Рэем. Я корабельный кибермозг этого корабля.

– Но…

– То, что я выгляжу как человек, мое желание и желание командира. На экране я могу принять любой облик, хотя чаще всего обхожусь вообще без облика, - изображение Рэя моргнуло и погасло, - вот так.

Через пару секунд Рэй появился снова, на том же месте. Я же сел в кресло и спросил:

– Какие новости, Рэй?

– Ничего утешительного. Информация, которую я получаю, незначительна и фрагментарна. Целостной картины даже мне построить на основании этого не удается. Но то, что узнал, выдаю.

За этим последовали выдержки из перехваченных передач с выводами и комментариями Рэя. Все это отняло не многим более получаса. И Рэй был прав, из этого целостной картины не построишь, и к тому же во всем этом была такая масса противоречий.

– Рэй, на борту у нас есть дюжина многофункциональных спутников. Мы можем использовать их, как спутники-наблюдатели.

– Их только двенадцать и они могут пригодиться потом, для другой цели.

– Несколько штук мы можем вывести на орбиты безо всякого риска. И ты сможешь получать информацию непосредственно.

Я высветил на главном экране схематичное изображение планеты и опоясал ее по традиционной схеме орбитами шести спутников-наблюдателей.

– В данном случае предпочтительнее другая схема.

Рэй оставил только четыре орбиты, сильно исказив их при этом.

– Ты уверен, что этого достаточно?

– В местных условиях да. Ни к чему наблюдать за необитаемыми зонами океанов.

– Запуск спутников назначаю на завтра. Ты можешь их подготовить самостоятельно?

– Без твоей помощи - нет. Их нужно расконсервировать и подключить ко мне. Я же их только запрограммирую.

– Этим я займусь сегодня. А ты, Рэй, не мог ли бы заняться Ривом?

– С удовольствием, - сказал он, вопреки моим опасениям.

Я повернулся вместе с креслом. Мальчишка сидел на краешке соседнего:

– Рив. Останешься с Рэем. Он тебе все объяснит и ответит на любой вопрос. Хорошо?

Мальчишка кивнул, а Рэй возмутился:

– Командир, мы так не договаривались. А ты мне сейчас предлагаешь заняться тем, что должен сделать ты сам.

– Рэй, я просто уверен, что ты это можешь сделать гораздо лучше меня.

– Ну, хорошо. Только тогда отведи парня в каюту, там более располагающая обстановка.

– Идем, - сказал я уже Риву.

Несколько часов потратил я на расконсервацию уложенных в грузовой трюм спутников. Это были совсем небольшие объекты, весом около сорока килограммов каждый и максимальным размером в полметра. Я активировал их источники энергии и настроил приборы связи. Закончив эту работу, я позвал Рэя:

– Рэй, можешь приниматься за программирование.

– Хорошо, но это недолго. Как ты планируешь вывести спутники? Разумнее всего было бы поднять звездолет.

– Звездолет поднимать не буду, воспользуюсь катером. Но это завтра, не сегодня. Сегодня я уже устал.

– Неудивительно, после таких нагрузок в городе.

– Рэй, откуда ты знаешь, какие там были нагрузки. И вообще это не в твоем духе, что ты даже ничего не спросил у меня на этот раз.

– Просто это было ни к чему. Я и без этого все просмотрел и прослушал.

– Каким образом?

– Ты, а затем и Рив, были в очках. А эти очки, в отличие от стандартных, имеют запись на кристалл. Я извлек эти кристаллы и просмотрел.

– И звук они тоже записывают?

– Звук совсем нетрудно восстановить по дрожанию изображения.

– И еще вопрос. Я практически никогда не видел, как ты что-то делаешь.

– Для некоторых целей у меня есть различные дистанционно управляемые автоматы-манипуляторы, правда, с резко ограниченными возможностями. Для мелочей хватает, а вот, например, расконсервировать спутник не могу.

– Зачем такие ограничения?

– Мера предосторожности. Один из моих предшественников свихнулся и буквально разобрал корабль. Экипажу при этом едва удалось сбежать. Что ни говори, и у меня может возникнуть если не подобное, то похожее желание.

– Да брось ты, у людей тоже могут возникнуть разрушительные желания. Не тому ли пример Лата, но если бы у людей не было возможности что-то делать, мы никогда не поднялись бы выше обезьяны.

– Неудачный пример для сравнения. Ну да ладно, незачем вести разговоры на эту тему. Иди лучше в каюту, там твой приемыш хочет с тобой поговорить.

– Рэй, пожалуйста, не называй его так.

– Хорошо, больше не буду, хотя это не такое уж плохое определение. И кстати, не я его придумал, а он сам.

Когда я вошел в каюту, то увидел, что мальчишка сидит на краешке стола, возле уже погасшего экрана. Но как только он увидел, что я вошел, он тут же вскочил и сказал:

– Здравствуйте, капитан.

– Ну, еще раз здравствуй, Рив, хотя сегодня мы уже виделись. - Я прошел внутрь и устроился вместе с ногами на кровати, совершенно не заботясь о том, что об этом подумает Рив. - Садись, в ногах правды нет, - сказал я ему. Он, только чуть помедлив, подошел ко мне и присел на краешек кровати, - располагайся, как тебе удобнее. Рэй сказал мне, что ты хочешь говорить со мной. Я освободился и пришел. Сейчас же слушаю тебя.

Мальчишка молчал, очевидно не зная, с чего начать. И я решил начать разговор сам:

– Рэй сказал тебе все, что ты хотел узнать?