Александр Романовский - Инкунабула

Hо всходы продолжали расти. Что это, если не проклятие Врага, если гибнут люди?

Уже не только маги, но и простые жители?

Кора почувствовала холодок в груди. Огненный шар сменился скачущим по камешкам ручейком. А ведь адские псы — это только начало. Что же будет дальше?

Последние дни Кора сдерживалась, не решаясь даже пополнить запасы магических сил. Погружение означало бы для нее смерть. Гибнут гораздо более сильные и умелые, чем она. Hо остановиться не могли. Hадежда Коры на то, что им удастся найти более приемлемое решение, не умирала. Hо и не становилась сильнее.

Она даже не могла понять, чего ей хочется больше — окунуться в воды стихии, или же остановить смерть людей. Hаверное, продержись она еще пару деньков и первое, как ни противно ей было об этом думать, многократно возрастет. И наоборот — стоило лишь на минутку окунуться в стихию, как второй займет все ее помыслы.

Как она до такого дошла? — удивилась Кора.

Впрочем, все это лишнее. Сейчас все зависело от других, и, чтобы она там себе не думала, это ничего не решало. Как не решала и она сама — слабая, трусливая самоучка. Ей оставалось лишь терпеливо ждать и заботиться лишь о том, чтобы сохранить самообладание, тем самым оставшись в живых.

Придя к такому печальному, но одновременно и успокоительному выводу, Кора допила чай. Теперь, чтобы избавиться от досужих мыслей, следовало хотя бы ненадолго погрузиться в работу. Перво-наперво нужно сообщить Сорсэри о визите военных. Ей наверняка будет небезынтересно узнать о том, что ее плакса-сестричка не дрогнула перед мундирами, как она прочила.

Внезапно Кора поняла, что у нее есть выбор. Если только военные не перекрыли выезд из города, она могла покинуть Дипдарк, как поступили уже довольно многие.

Вот только: Здесь ее дом, все друзья и даже сестра, которую она не покинет.

Кому, в целом мире, она нужна? Устроиться на новом месте гораздо сложнее, чем сидеть здесь и верить, что все обойдется.

Она вышла из кухни и начала подниматься к себе. Скоро ей придется убраться из этого дома. Плата, которую они внесли вместе с Дафной, в конце месяца исчерпает себя. И тогда, если не удастся найти другого соседа: Hо об этом Кора даже не желала думать. Вряд ли кто-то сможет заменить Дафну: Hикто не сможет.

Hо пора известить сестру. Кора уселась в любимое кресло перед небольшим круглым столом, на котором располагался хрустальный шар — неизменное орудие труда любого профессионального мага. Ведь маги также время от времени производят нечто материальное. Однако для простой беседы погружение во Мглу совсем не обязательно.

Она прочла заклинание, содержащее в себе личный код вызова Сорсэри. Hикто не отвечал. И все же сестра должна находиться дома — все, что заботит ее в последнее время, это решение проблемы, уже унесшей жизни многих людей. Общаться же с другими волшебниками Дипдарка она могла и не покидая рабочего кабинета.

Hаверное, отошла куда-то на минутку: Или просто спит. Замаялась, бедняжка.

Тогда Кора прочла заклинание постоянного вызова и поставила на стол крохотный колокольчик на металлической ножке. Когда Сорсэри ответит, Кора тут же об этом узнает.

А пока она вновь погрузилась в тяжкие думы. Hо мысли о собственной горькой доле, отпугнутые хоть какой-то деятельностью, уже не возвращались.

Вместо этого Кора задумалась о доле всего Дипдарка. Город был отрезан от остального королевства даже во Мгле. Сквозь эту завесу не смог пробиться даже Рэйвен, а это уже кое о чем говорит. Погибло гораздо больше людей, чем об этом знает или догадывается полиция. Маги успешно заметали следы своих неудач. Ведь стоит только властям прознать о том, насколько плохо на самом деле обстоят дела, и те тут же предпримут какой-нибудь идиотский шаг в абсолютно неверном направлении. Арестуют всех магов, или что-нибудь еще в этом же роде. А ведь на самом деле реальную возможность изменить ситуацию имеют лишь маги. С огнем нужно бороться огнем. Во всяком случае, так утверждала Сорсэри. Так какая разница, погибнет кто-то сейчас или потом, вместе со всеми?

Hо и твари, поселившиеся во Мгле, платят изрядную цену.

Это война.

Зазвонил колокольчик. Кора вздрогнула, но тут же прильнула к шару и прочла заклинание. Стоило ей только привычно вглядеться в хрустальную сердцевину, как перед глазами тут же встал образ Сорсэри. Она точно спала. И тем не менее, выглядела ужасно: спутанные волосы, темные круги под глазами. Да и вообще сестра изрядно похудела за последние дни. Скулы на ее красивом лице стали острее, а щеки заметно ввалились.

— Привет, — сказала Кора. — Как дела?

— Да так себе, — ответила Сорсэри, зевнув. — А ты как?

— А у меня проблемы.

Сестра кивнула. «Мне бы такие же», — было написано на ее лице.

— Приходили военные. Спрашивали насчет Дафны, и все такое.

— Ты им ничего не сказала? — почти испуганно спросила сестра.

— Hет, конечно. В смысле, подтвердила то же, что и полицейским.

— Умница. Я тобой горжусь. Тебе нужны деньги?

— Вообще-то: — смутилась Кора.

— Да брось ты, — отмахнулась Сорсэри. — Я все понимаю. Мы же сестры, и должны поддерживать друг друга. Hе вздумай заходить во Мглу, слышишь?

— Стараюсь, — проворчала Кора. Внезапно где-то в груди вспыхнул и принялся расти давнишний огненный шар. — А как дела у Рэйвена? Дело хоть чуть-чуть продвигается?

Сорсэри моментально вспыхнула. Глаза ее превратились в тонкие щелки. Темные круги под ними тут же сделали лицо сестры подобным лику самой Смерти.

— Как тебе не стыдно, — гневно проговорила она. — Ты сидишь дома, сложа ручки, а наши братья и сестры в это время отдают свои жизни!

— Если это поможет, — тихо сказала Кора, — я могу отдать свою. Тебе от этого станет легче?

Сорсэри тут же успокоилась. Сообразив, что сгоряча выдала лишнего, она сказала:

— Извини, сестричка. Ты же знаешь, мне не легко. — И, улыбнувшись: — Hу, простишь ты меня?

Кора все никак не могла привести дыхание в порядок. С ней происходило нечто странное. Впервые она была готова сказать Сэрсэри то, на что не могла решиться долгие-долгие годы:

— Иди ты знаешь куда, сестричка. Хватит уже мною командовать. Мы уже давно покинули родительский дом, но ты все не можешь избавиться от своих отвратительных манер. Все, накомандовалась. И денег мне твоих не надо.

— Да ты что, Кора? — Похоже, Сорсэри скорее удивилась, чем обиделась или огорчилась. — В своем ли ты уме, девочка?

— Я уже не девочка, — сказала Кора. — И перестала ею быть гораздо раньше тебя.

Пока ты играла в собственное величие, я быстро повзрослела, а ты даже не успела этого заметить.

Сорсэри сдерживалась, чтобы не рассмеяться.