Амит Залуцкий - Трое в одном

— Нет, нет! Сия машина мне совершенно незнакома. Я не умею ездить на ней.

Витька искренне изумился:

— А что тут уметь? Садитесь да крутите педали.

Он усмехнулся и снисходительно добавил:

— Но если в самом деле не умеете, я вас научу. Хотите, дяденька?

— Конечно.

— Сначала попробуйте катить велосипед рядом с собой. Вот так.

Витька показал как и передал руль попутчику. Тот нерешительно взял руль и, к своему удивлению, вдруг почувствовал, что велосипед послушно покатился рядом с ним.

— Хорошо! — одобрил Витька и, решив деликатно перевести разговор на другую тему, спросил. — А вы где работаете?

— Я не работаю, — строго сказал незнакомец. — Я служу.

— В армии?

— Да-с.

— О-о, — почтительно протянул Витька и полюбопытствовал: — Вы, наверное, танкист?

— Нет, — ответил тот. — Я офицер. А что такое «танкист»?

Витька с удивлением покосился на незнакомца. Уж не обиделся ли он, что Витька назвал его танкистом? Может, он лётчик? Может, он гордится этим, а его считают танкистом?

И Витька нерешительно сказал:

— Может, вы лётчик?

— Лётчик? Не понимаю.

И этого ему мало? Витька совсем растерялся.

— А может, вы в ракетных войсках служите?

Незнакомец расхохотался;

— Чудный ты, отрок! Специальных войск, которые бы пускали ракеты для фейерверков, теперь нет. Это при его величестве государе императоре Петре Первом были потешные войска, которые в юности императора военными игрищами занимались и на потеху всем ракеты пускали. А потом, когда государь вырос, из этих потешных отрядов были сформированы первые русские гвардейские полки — Преображенский и Семёновский. Да-с, отрок! И ныне ракетами никто серьёзно не занимается. Разве что на парадах, да на праздниках царских…

— Я вас не понимаю, — растерянно пробормотал Витька. — Ей-богу, не понимаю.

— А ты не божись зря, отрок! — наставительно сказал незнакомец. — Имя божие по пустякам трепать не положено.

— Разве вы… вы верующий? — с изумлением спросил Витька.

— А разве ты не православный? — в свою очередь удивился незнакомец. — Ты что же, отрок, в господа-бога не веришь?

— Конечно, нет! — запальчиво ответил Витька. — Чего в него верить, когда его нет. Ведь я — пионер. Плевать мне на бога.

Незнакомец побагровел.

— Не богохульствуй, щенок! — крикнул он. — Как ты смеешь говорить такое подпоручику двадцать второго полка его императорского величества? Что? Молчать, богохульник!

На глазах у Витьки выступили слёзы.

— Чего вы ругаетесь? — с обидой спросил он. — И вообще… Отдавайте мой велосипед, я не хочу идти вместе с вами.

Он протянул было руку к рулю, но разгневанный незнакомец оттолкнул её, с неожиданной ловкостью вскочил на велосипед и закрутил педалями.

— Дяденька-а-а-а! — отчаянно закричал Витька и бросился вслед за ним.

Но незнакомец удалялся всё быстрее и быстрее.

Витька Булкин бежал, пока не выбился из сил. Тогда, размазывая по лицу слёзы, он опустился на обочину дороги, уронил голову на руки и с горькой обидой прошептал:

— А ещё врал, что не умеет ездить…

Откуда было ему знать, что Кошкин, — а это был именно он — вовсе не врал. Бывший подпоручик сам удивился, когда в запальчивости вскочил на велосипед и нажал на педали. Он и не подозревал, что Борис Стропилин был первоклассным велосипедистом…

Витька ещё всхлипывал, когда возле него остановилась машина, и кто-то насмешливо спросил:

— Чего, пацан, в лирику ударился?

Витька поднял голову. Перед ним стояла «Волга». Рядом с шофёром сидел какой-то старик, а на заднем сиденье девушка и парень.

Витька всхлипнул и сбивчиво рассказал о странном человеке, который отобрал у него велосипед.

— Александр Иванович! — взволнованно сказала девушка. — Это, наверное, был Борис.

— Да, — быстро ответил старик. — Пожалуй, это был он. Постараемся его догнать. А ты, мальчик, садись с нами.

Довольный Витька вмиг забрался в машину. Шофёр включил скорость, и «Волга» рванулась вперёд.

Они увидели Кошкина у самого города. Он быстро и легко крутил педалями.

— Это он! — радостно крикнул Витька.

Профессор взволнованно подался вперёд.

— Обгоните его и остановите машину, — сказал он шофёру.

Но выполнить это распоряжение оказалось не так-то просто. Движение здесь было уже большим. Кошкин искусно лавировал среди потока машин и приблизиться к нему никак не удавалось. И всё-таки расстояние между ним и «Волгой» постепенно сокращалось.

Наконец, они въехали в город. Кошкин был теперь почти рядом. Вот шофёр взял чуть левее, чтобы обогнуть его. Профессор уже приоткрыл дверку…

И вдруг машина резко остановилась.

— Что же вы? — крикнул профессор шофёру. — Давайте вперёд!

Шофер молча указал на светофор. Там горел красный свет. Поток машин остановился, и только один Кошкин, которому были неведомы никакие правила уличного движения, преспокойно пересекал перекресток, не обращая внимания на ругательства шофёров.

— Вперёд! — снова крикнул профессор.

— Нет уж… Я из-за вашего ненормального рисковать не собираюсь.

Лена схватила его за плечи и в отчаянии сказала:

— Но ведь он может свернуть на другую улицу, и мы потеряем его из виду.

Тогда Асылбек выскочил из машины и закричал во всё горло:

— Борис Ефимович! Господин подпоручик!

В толпе прохожих, которые пересекали улицу перед самым носом машины, послышался смех. Кто-то выразительно покрутил пальцем у лба.

Но Асылбек закричал ещё громче:

— Господин подпоручик! Ваше благородие!

Кошкин вздрогнул, обернулся и только теперь увидел махавшего рукой Асылбека и профессора, который тоже вышел из машины.

Лицо Кошкина исказилось от страха. Он резко повернул руль в сторону, врезался в тротуар и чуть не сшиб какую-то женщину с сумкой.

— Хулиган! — взвизгнула женщина.

Кошкин упал, потом стремительно вскочил и, бросив велосипед, побежал вдоль тротуара.

Асылбек помчался за ним.

— Лена! — крикнул он на ходу. — Беги за мной и не теряй меня из виду!

Но всех опередил Витька Булкин. Через минуту он уже был возле велосипеда и поднял его, заботливо осматривая. Велосипед был цел и невредим. Витька радостно улыбнулся, вскочил на велосипед и поехал к тёте Маше.

Этот ненормальный дядька, за которым почему-то побежали парень и девушка, его вовсе не интересовал.

Глава 16. Самоубийство или спасение от смерти?

Рано утром Акбар Мамедов вошёл в кабинет Александра Ивановича. Ещё вчера профессор позвонил ему и просил прийти в клинику пораньше.