Роджер Желязны - Заря Амбера

Я отвернулся. Я не хотел, чтобы он видел мои слезы. Солдаты не плачут. Но события развивались слишком быстро. Мне нужно было время — чтобы подумать и разобраться в странных тайнах и полуправде, из которых состояла моя жизнь.

Дворкин — папа, мой отец, подошел и положил мне руку на плечо.

— Но теперь я здесь, — мягко произнес он. — Я не могу изменить прошлое, но могу извиниться за него. Возможно, мне и вправду следовало сказать тебе об этом раньше. Возможно, мне не следовало давать такого обещания твоей матери. Но сделанного не воротишь. Теперь ты обрел свое наследие. У тебя есть… семья. Так обними же нас всех.

Я повернулся к нему.

— Я не знаю, с чего начать.

— У тебя наверняка много вопросов. Спрашивай.

Я заколебался, прикидывая, о чем спросить в первую очередь.

— Расскажи мне об… как ты это назвал? Логрус? — сказал я, пытаясь припомнить его слова. — Расскажи о Тенях и о том, как ходить по ним. Я тоже хочу этому научиться.

— Это… трудно объяснить. — Дворкин нахмурился. — Представь себе отдельно взятый мир, место в центре мироздания… первоисточник жизни, могущества и мудрости.

— Владения Хаоса?

— Да, Владения основаны на нем. Они — часть этого мира, но не весь мир целиком. Теперь представь себе время и Вселенную как озеро, настолько огромное, что ты, находясь в центре, не видишь его берегов. Владения Хаоса плавают в середине этого озера и отражаются в воде. И каждое такое отражение — тень Владений — тоже целый мир.

— Ну, представил, — сказал я, не очень понимая, к чему клонит Дворкин. — И сколько же таких отражений?

— Этого не знает никто. Миллионы. Миллиарды. Возможно, они вообще не поддаются счету. Чем дальше ты уходишь от Владений, тем больше изменяются эти миры, и в конце концов ты перестаешь их узнавать. Мы называем эти миры Тенями. Все, что ты только можешь вообразить, непременно существует в какой-нибудь из Теней — а также много такого, чего ты вообразить не сумеешь.

— И Джунипер — всего лишь Тень, — сказал я, нахмурившись. — И Илериум… и все, что я знал?

— Да.

Я был ошеломлен. Несколькими словами Дворкин полностью разрушил мое представление о мироздании — и о моем месте в нем. Неудивительно, что Илериум казался давним, смутным воспоминанием. Что же, все это не имело теперь ни малейшего значения? И никогда не будет иметь?

Нет… каждой клеточкой моего существа я ощущал, что это важно. Я вправду любил Хельду. Я вправду со всем жаром сердца служил королю Эльнару и Илериуму. Это была моя жизнь… смысл моего существования. Все это было настоящим… по крайней мере, для меня.

Дворкин внезапно, одним махом превратил все, что я знал, в пылинку, плавающую в океане Вселенной, таком невообразимо огромном, что я лишь начинал его постигать.

— Но все это казалось таким настоящим! — прошептал я.

— Но Тени и вправду настоящие. В каждой из них живут люди, строят города и империи, работают и любят, сражаются и умирают — и не догадываются, что за пределами их мира лежит целая Вселенная.

— А что такое Логрус? То, что ее контролирует?

— Нет. Логрус — это… — он заколебался, словно пытался подобрать слова для того, что словами не описывается. — Это — ключ, позволяющий тебе находить путь среди Теней. Это похоже на лабиринт. Тот, в ком течет кровь Хаоса, может пройти Логрус от начала до конца, и тогда он навсегда запечатлеется у него в мозгу. Он освобождает твое восприятие и позволяет контролировать твои передвижения. Ты можешь свободно ходить меж Тенями и всегда находить дорогу.

Мне вспомнились слова Фреды, оброненные во время путешествия.

— Так вот как ты провез нас сюда!

— Да. Мы проехали через множество Теней — по запутанному, извилистому пути.

— А когда я смогу пройти через этот Логрус?

— Скоро. Но это сложно и опасно. К этому нужно подготовиться — и тебе придется отнестись к подготовке со всей серьезностью. А потом ты на некоторое время окажешься дезориентирован… можно сказать — болен. — Поколебавшись, Дворкин добавил: — Логрус дает и другие возможности, помимо способности ходить по Теням.

Другие возможности? Мне стало любопытно.

— Это какие же? — осторожно поинтересовался я.

— Например, вот.

Дворкин протянул руку, и внезапно в руке у него появился меч — словно из воздуха возник. Я уставился на него, разинув рот. Но как?..

— Он был у меня в спальне. Я знаю, где я его оставил, и я воспользовался Логрусом, чтобы дотянуться до него… чтобы преодолеть расстояние, разделяющее мою руку и то место, где он лежал. Можно сказать, что это такой ментальный способ срезать путь.

Дворкин положил меч на стол. Я смотрел на него, все еще не веря своим глазам.

— И я тоже так могу? — недоверчиво спросил я.

— Нет. Пока что — нет. Сперва тебе нужно пройти Логрус. Ты имеешь на это право — в силу своего происхождения. Согласно традиции, никто, даже сам король Утор, не сможет этого тебе запретить. Правда, есть другая проблема: для этого нужно провести тебя во Владения, а потом выбраться оттуда, не допустив, чтобы враги выследили нас и убили. И даже оказавшись во Владениях, ты можешь погибнуть — при прохождении Логруса. Такое бывает. Именно так и погиб мой брат — при попытке пройти Логрус. Логрус уничтожил его, и тело, и разум. Это не такое уж простое дело.

— Я хочу попытаться, — решительно заявил я. — Ты не можешь показать мне такой дар, а потом заявить, что я его не получу!

— В свое время.

— Опять ты со мной играешь!

— Тебе что, напомнить, скольких детей я уже потерял? Всем нам сейчас небезопасно уходить отсюда, — твердо произнес Дворкин. — Джунипер хорошо защищен — для Тени, но за пределами земель, которые мы контролируем, нас поджидают враги. Они дожидаются нашей ошибки… любой ошибки.

— Значит, мы их убьем! — Мне отчаянно захотелось исчезнуть отсюда, пройти Логрус и обрести власть над причитающимися мне силами — силами, которыми уже владел мой отец, братья и сестры. — Тот кристалл, который ты использовал против адских тварей, — у тебя же наверняка есть еще!

— Все не так просто. Среди этих наблюдателей есть и наши родственники. Владения Хаоса — они… ты такого просто никогда еще не видел, а потому и вообразить себе не можешь. Там поощряются борьба и конфликты, и обрести сколько-нибудь реальную власть может лишь сильнейший. Я слишком долго там не появлялся и в результате утратил всякое влияние, каким только располагал!

— Не понимаю, — признался я.

Дворкин скрестил руки на груди и устремил взгляд куда-то вдаль.

— Существует древний кодекс чести, чье назначение — не допускать смертей среди нас, лордов Хаоса. Но здесь, в отдаленных Тенях, эти правила зачастую начинают толковаться своеобразно… либо ими вообще пренебрегают. Я — недостаточно важная персона, чтобы пытаться требовать соблюдения этих правил, когда речь зайдет обо мне. Но некоторые из моих врагов, как я подозреваю, — очень, очень важные персоны. И если они умрут — погибнут в открытом бою или от руки убийцы — кто бы ни был тому виновником, ты, я или наши люди, король Утор разгневается, и гнев его падет на всю нашу семью. И тогда могут погибнуть все, все до единого.