Владимир Журавлев - Обыкновенные инопланетяне

Ян Хэк убрал игломет и устало потер лоб.

— Один сказал: чего эти уроды в лесу торчат? — пробормотал профессор. — А другой ответил, что чурки, потому и торчат. И добавил, что мы еще в город пешком пойдем, потому что недавно с гор спустились и автобусов не видели. И мы действительно не видели…

Мастер Чень с неподдельным уважением уставился на профессора. Потом решительно развернулся к Кошке Мэй:

— У тебя остался гвардейский стимулятор? Тот, от которого свой язык заплетается, а новый легче учится? Х-хе! Давай два пластика! Не бойся, не помру, вода-то есть! А без местного языка — помру точно!

За "гвардейским" стимулятором потянулись все, даже хувентус и Ики. Хувентус, впрочем, тут же объяснил свой интерес к местному языку.

— Ухожу я от вас, — честно заявил блудодей. — Вы все время деретесь. А нельзя драться, уживаться надо! В этот раз Робкая Весна всех спасла, чуть сама не погибла. В другой раз кто спасет? Никто. А я жить люблю, я жизни радуюсь!

Хувентус без напоминаний сдал Кошке Мэй паучков и развернулся назад, к дороге.

— Подожди карателей, с ними на родину вернешься! — благоразумно посоветовала Кошка Мэй.

— Зачем на родину? В плавни — зачем? — беззаботно улыбнулся хувентус. — Там тесно, там голодно. А здесь смотрите какие просторы — и людей мало. Я лучше здесь.

— Ну тогда хоть свой игломет возьми. Без оружия одному опасно!

— Блудодею опасно? — удивился хувентус. — Это вам всем опасно, потому что вы деретесь. А я с кем угодно уживусь!

И, махнув на прощание Ики, блудодей ушел. Было видно, как вдали он взобрался на откос к дороге, как присел и развел руки перед местной колымажкой. Потом перед другой. Третья колымажка остановилась, впустила хувентуса в свое нутро и умчалась к мегаполису, в новую жизнь.

— Вот он будет жить счастливо до конца своих дней, — вздохнул Толстяк Мень завистливо.

— И мы будем, почему не будем? — подала голос Робкая Весна. — Ян Хэк не все подгляд-глазки подшиб, и весь Арктур смотрел, как сильная разведка погибла! Больше сюда не сунутся — на Арктуре Крылатых Властителей ух как боятся! Кто про нас знает — боятся очень сильно!

Беглецы неуверенно переглянулись — и повеселели. Только недоверчивая Кошка Мэй улучила момент и спросила потихоньку Яна Хэка, правду ли Робкая Весна сказала.

— И да, и нет, — задумчиво отозвался профессор. — Господари трусят, но не отступают. Такова их натура.

Кошка Мэй только пальцами удивленно развела. Ох и непрост профессор, тайные экзотизмы Руфеса как легко говорит! А она-то полагала, что экзотизмы только в архивах долгой разведки Южного континента сохранились. И то не все.

Командир сильной разведки выглядел страшно. Прицельное забрало забрызгано кровью, нагрудная броня оплавлена, метатель спецсредств еле держится в оборванном креплении. И на спине нет десантной двигалки, а черное обгорелое пятно есть.

Разведчик припал на ногу и тяжело шагнул с площадки перемещений.

— Полицай-лечебники готовы помочь, сидят-дожидаются! — сообщила нюйка-референт на всякий случай.

Вообще-то военные не прибегали к помощи полицейских, своих сил хватало, но командир выглядел очень плохо, мог до своих и не дойти. А военные техники-перемещатели были сильно заняты — быстро-быстро вытаскивали из иного мира энергостанцию.

— Молодец, дочка! — прохрипел разведчик. — Командуй. Отдельное помещение, без подгляд-глазков, и лечебников без языков. У меня секреты — чтоб не болтали.

— Это только к Цайпаню! — решила нюйка и махнула пальцем оробевшим лечебникам.

Подумала мгновение — и туда же отправила инженеров-наладчиков много чего. Вряд ли разведчик был в состоянии отключить системы вооружения сам. Командир сильной разведки что-то прохрипел одобрительно и завалился. Был, оказывается, предел у его воли.

Впрочем, как доложили лечебники, досталось ему не очень сильно. Отбитые внутренности, болевой шок, пара ожогов и ушибы по всему телу. Можно сказать, легко отделался, если принять во внимание, что остальные разведчики не вернулись.

— Они могли, — признался командир потом. — Но тогда не вернулся бы я. Прикрыли отход. А я сбросил двигалку, совершил ложный самоподрыв — и к точке перемещений своим ходом! Так и ушел.

Накачанный смягчителями боли, он развалился в седалище Цайпаня, покачивался даже легонько и с мрачным юмором посматривал на референта. И рассказывал.

— Чисто перешли, зенитные комплексы нас не ждали, и никто не ждал. Беззащитный мир! И решили, что сначала боевиков затопчем, Уй Лицзинь обратным ходом утащим. Пустили подгляд-глазков побольше и помчались. А там — "Призрак"-одиночка из мира Крылатых Властителей, вот как! И стало нам весело. В полной комплектации "Призрак", и мастер-пилот внутри! Джань-блянь…

— Они разве существуют? — не сдержалась нюйка.

— Думали, что нет, но как дал он нам, и получилось, что да! Не всех, выходит, у дворца императора пожгли, один остался. Или новый прилетел. Это хуже.

— Один "Призрак"?!

— Дочка! — вздохнул разведчик. — Не растопыривайся! "Призрак" — энергетический боец, а мы туда целую энергостанцию закинули, он сразу присосался. И как дал! Фантомами отвлек, целеуказание запутал, нас пульсарами пожег!

Нюйка недоверчиво качнула пальцами.

— Умная вся, вижу! — усмехнулся разведчик. — Не должен был пожечь, вот правда. Звено сильной разведки само обязано "Призрака" валить. Расслабились мы, за боевиками позабавиться летели. А пилот мастером из небывалых оказался. Как дал — и половина команды в пыль. Я самоподрыв имитировал и так ушел. А остальные "Призрака" боем держали. Он и остальных в пыль. Вот правда, но другим знать не нужно, это наше внутреннее дело. Поняла?

— Нет, — созналась нюйка. — Я не ваша.

— Будешь, — улыбнулся разведчик. — Ты мне глянулась. Умная и ответственная вся. И бедренный платок так смело повязываешь, глядеть приятно.

— Я полиции служу.

— Но не в команде, — проницательно заметил мужчина. — А мне в полиции наши нужны, пригодишься.

— Что дадите?

— В команду возьмем! — удивился разведчик. — Чего еще? А команда — это все! Обеспечительная карточка, защита, дом в предгорьях — все!

— Высоко дом? — деловито поинтересовалась нюйка. — Где Цайпаня дом — или ниже?

— Где Цайпаня дом, — усмехнулся разведчик и встал. — Но с другой стороны горы. Наши там живут, тебе понравится.

Они стояли друг против друга и приценивались.

— Что возьмете? — наконец тихо спросила нюйка.

— Все. Если в команде — будь готова отдать все. Таковы правила.