Петр Стыпов - Гости с Миона (Журнальный вариант)

Радист Гарри сидел у рации и зевал. Он чувствовал себя узником в этом пластмассовом домике. Без скафандра носа высунуть нельзя. Одиночество и тишина. С ума сойти можно!

Гарри листал маленькую книжечку-календарь. Сколько времени они проведут здесь? Неизвестно. С Земли сообщили: «Все зависит от результатов поисковой работы. Получите дополнительные указания». Что это значит: две недели или два месяца?

— Мистер Аллан! — обратился он к археологу. Бил отложил книгу…

— Вижу, Гарри, что скука страшно донимает тебя!

— Должен признаться, сэр, что… — Но ему так и не удалось договорить. Над рацией вспыхнула красная сигнальная лампочка, и из динамика донесся чей-то далекий голос:

— «Марс-восемь»! «Марс-восемь», вас вызывает «Ниагара»! «Марс-восемь», вас вызывает «Ниагара»!

Гарри взглянул на часы и удивленно воскликнул:

— Черт возьми! Вызывают в неурочное время!

Через несколько минут Гарри принял шифрованную телеграмму.

— Ничего не понимаю! — буркнул он.

— Что сообщают? — поинтересовался Бил.

— Подождите. Дайте расшифровать до конца.

Спустя некоторое время радист подал Билу листок бумаги. Тот прочитал вслух сообщение:

— «Ракетоплан «Космос» пропал без вести. Отложите вашу работу. Организуйте поиски на Марсе. Возможно, ракетоплану пришлось совершить вынужденную посадку. Немедленно сообщите, если обнаружите что-либо».

Четверо космонавтов переглянулись.

— Ничего не скажешь, приятное задание! — хмуро заметил Эванс. — Бросить работу и отправиться искать пропавшую ракету!

— Что с вами, Эванс? — удивился Бил. — Ведь в ракете летели люди. Возможно, они сели где-нибудь поблизости и нуждаются в помощи!

Решили, что утром Бил и Бронсон отправятся разыскивать ракету, а Эванс и Гарри останутся в лагере, чтоб поддерживать связь с ними.

Спустя некоторое время над рацией снова вспыхнула красная лампочка и прозвучал сигнальный звонок. Гарри бросил карты и схватил наушники.

— Гарри, что сообщают? — нетерпеливо спросил Бил.

— Погодите, мистер… Так, понимаю… Что? Подумать только! В самом деле? Страшно неприятно! — отрывисто говорил Гарри в микрофон.

Разговор с Землей окончился. Гарри снял наушники, хмуро взглянул на товарищей и промолвил:

— Отбой!

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Бронсон.

— То, что нам не придется искать «Космос».

— А космонавты?

— Погибли… все до одного! Вместе с иностранцами.

— Какими иностранцами? — удивился Эванс.

И Гарри рассказал, что на «Космосе» летел какой-то видный советский ученый по имени Скробин или что-то в этом роде. С ним была и женщина, то ли его жена, то ли личный секретарь. Они направлялись на американскую базу на Луне с целью обмена опытом в области строительства искусственных межпланетных станций. По пути «Космос» где-то пропал, и почти целую неделю от него не было известий. А затем ракетоплан неожиданно появился над Луной и при посадке разбился в скалах…

Думая о погибших космонавтах, они долго не могли уснуть.

На следующий день Скрибин, Анна и Асур подъехали на танкетке к серебристой ракете американцев. Те пригласили их в пластмассовый домик.

— О, у вас есть газеты? — обрадовался Скрибин, заметив на столе несколько газет. — С каких пор я ничего не читал! Что нового на Земле? Вы позволите?

Скрибин принялся листать страницы толстой газеты, бегло просматривая их.

Бил заглянул ему через плечо и с легкой иронией заметил, что новости, конечно, есть, но о них не всегда сообщают в прессе.

— На Луне, нам сообщили, произошла катастрофа. Вам что-нибудь известно об этом? Ракетоплан «Космос»…

— Нет… ничего!.. — стараясь совладать с собой, промолвил инженер.

— Мы, космонавты, как братья… и сестры, — продолжал Бил, бросив взгляд на Анну. — Мы можем говорить между собой откровенно. Итак, ракете не удалось прилуниться, и она разбилась. Весь экипаж и пассажиры погибли!

— Пассажиры? — воскликнула Анна.

— Да! Один из них — видный ученый, русский, по фамилии Скривин или… Как его звали, Гарри?

Сердитый и хмурый Гарри поднял голову и настороженно посмотрел на Била.

— Не знаю, — буркнул радист и раздраженно бросил карты. Ему хотелось обругать археолога за его болтливость.

— Эванс, ты помнишь его фамилию?

— Кажется, Скрибин, — ответил Эванс. — Я как-то читал в журнале статью о…

— Об искусственной планете «Жемчужная звезда»! — подхватил Бил. — Да-да. Теперь вспомнил: Скрибин! Так вот, по приглашению наших ученых Скрибин летел на Луну вместе со своей женой или секретарем — я точно не знаю, но, к сожалению, произошло несчастье…

Скрибин теребил уголок газетной страницы. Руки у него дрожали.

Эванс уже засыпал, когда вдруг услышал взволнованный голос радиста:

— Мистер Эванс! Мистер Эванс! Проснитесь.

И радист энергично встряхнул его за плечо.

— Я случайно подслушал разговор по радио: двадцать против одного, что говорил сам Скрибин!

Эванс приподнялся и удивленно уставился на радиста.

— Но «Космос» же разбился на Луне! А вместе с ним погиб и Скрибин! Гарри, ты бредишь!

— Нет, сэр. Вот что сообщили из Космограда: «Узнали, что „Космос“ разбился на Луне. Мы очень рады, товарищ Скрибин, что вы и ваша дочь живы-здоровы, избежали грозившей вам опасности. Как поживает человек с Миона?» Скрибин жив-здоров и находится здесь.

Эванс вскочил на ноги, одеяло упало на пол.

— Здесь? На Марсе?

— Да, сэр! Поэтому я позволил себе разбудить вас. Очевидно, Скрибин — это наш друг, русский! А девушка — его дочь!

— Гарри, ты фантазируешь!

— Отнюдь нет, сэр!

Анна и Асур сидели на сине-зеленой траве, которая буйно разрослась под куполом. И вдруг они увидели, что напрямик через равнину к ним мчится вездеход американцев.

— Гости едут! — сказал Асур и направился к люку купола.

Вошли Бил и Эванс. Раздеваясь, они не сводили глаз с Асура, не улыбались и выглядели очень серьезными.

— Асур, вы араб?

Анна насторожилась.

— Не понимаю вас, — ответил Асур.

Эванс и Бил переглянулись.

— Вы смуглый, как араб. У вас кудрявые волосы. А ваши руки? Позвольте! — Бил бесцеремонно взял руку Асура и осмотрел ее с обеих сторон. Сухая кисть с длинными пальцами и ногтями.

Поведение американцев озадачило Асура. Улыбка сошла с его лица.

— Кто вы по национальности? — спросил Эванс.

Асур беспомощно взглянул на Анну. Ее губы слегка дрожали.

— Он гражданин Объединенных социалистических республик, — холодным тоном объяснила она.