Гордон Диксон - Только человек !

Калли уставился на молдога.

- Как это понимать? - спросил он у Вила по-английски.

- Она потеряла почтенность, вот и все, - ответил Вил. - Почему - не могу понять.

- Сейчас выясню, - мрачно пробормотал Калли и перешел на молдогский. - Позвольте узнать, почему тот, кто храбро сам себя лишил жизни, не достоин делить один отсек с первыми братьями вас самих? Они сами храбро дрались и погибли. Не менее храбро поступила эта юная сестра, покончившая с собой во имя почтенности.

- Да, поступок в самом деле отважный, - согласился офицер. - Но больше нечего сказать в пользу сестры. Она помогла тебе самому, когда ты сам изображал Демона Тьмы. Не важно, верила она или нет, что ты сам в действительности не Демон. Потому она сама потеряла почтенность.

- Но ведь это не ее самой была вина! - не сдержался Калли. - Я сам уверяю вас самих, что она все равно не в силах была помешать нам самим.

- Это правда, конечно, - ответил молдог. - Но не понимаю, почему ты сам столько говоришь о потере Почтенности этой юной сестрой. Это трагедия, но это случилось. И повторяю: ее самое не должно помещать в холодильный отсек вместе с нашими почтенными мертвыми братьями. Она сама права на это не имеет.

С этими словами молдог отвернулся от Калли - правда, не полностью, чтобы его жест не сочли откровенными оскорблением. Но смысл его был достаточно ясным: разговор окончен, дело решено, и молдог более не намерен его обсуждать.

Калли повернулся и одним шагом достиг двери, вышел в коридор, за ним последовал Вил.

- Запирай дверь! - хрипло приказал Калли охраннику.

Он зашагал вдоль коридора, в кормовой отсек, где размещались два холодильных грузовых отсека.

Сначала он взялся за ручку двери в камеру, где лежали мертвые офицеры молдоги. Но когда рука его коснулась металла, он вдруг заколебался. Несколько мгновений он стоял в нерешительности, потом вздохнул и отпустил ручку. Вместо того, чтобы открыть первую камеру, он открыл вторую и вошел. Ледяной, стерильный воздух камеры... От него перехватило дыхание. Калли осторожно положил мертвую девочку на полку - в стене было несколько таких полок. Он расправил ее платье, сложил руки вдоль туловища, поднял капюшон и отпустил его так, чтобы лицо было закрыто. Потом он отступил на шаг, еще на секунду задержался, бросив на нее прощальный взгляд, повернулся на каблуках и вышел.

Со звоном захлопнулась тяжелая металлическая дверь холодильного отсека номер два. Звон был холодный, безжалостный.

Только сейчас Калли заметил Вила. Больше в коридоре у холодильных камер никого не было. Они смотрели друг на друга. Потом седоволосый старик улыбнулся печально:

- Пойдем, Калли, - тихо сказал он, - пойдем, выпьем по чашечке кофе или чего покрепче. У каждой разумной расы есть свои жестокие законы, причем, жестокими они могут казаться не им самим, а нам, иноразумным. Хотя лот этого не легче, по-моему.

17

- Значит, ты настаиваешь? - спросил Пит Хайд. - Мы могли бы сэкономить полдня на обратном пути без этого дополнительного смешения в точку связи. Неужели так важно узнать, были ли для нас сообщения? Всего через три дня мы были бы дома.

- Нет, - твердо возразил Калли. - Сначала сместимся в точку связи. Потеря времени сейчас роли не играет. Мы покинули Пограничье шесть недель назад. Что сейчас там делается? У нас хватает людей еле-еле на пять захваченных молдогских кораблей. И вслепую влететь в опасную переделку нам сейчас никак нельзя. Этот небольшой крюк - всего полдня - может спасти нам жизнь.

Калли не стал говорить, что он практически не сомневается: в точке связи их ждет информация. Такие вещи трудно объяснить человеку вроде Пита. Но дело в том, что, покидая Калестин, они возбудили определенные социальные процессы, которые должны были уже принести результаты. К тому же, людей для шести кораблей, которыми Калли теперь командовал, в самом деле едва хватало.

"Беи" и захваченный корабль без помех покинули Коронный мир - слишком много кораблей входило и выходило из смещения в этом районе, поэтому затеряться в пространстве среди множества энергетических вспышек не представляло особого труда. Затем они отправились в рейд по обитаемым планетным системам молдогов, используя карты находившиеся на борту захваченного корабля. В ходе рейда они завладели еще пятью молдогскими кораблями, которые, ничего не подозревая, вступили в контакт с ними. Два корабля были разоружены и отпущены на свободу вместе с пленными молдогами и телами погибших.

В пяти световых годах от Калестина находилась точка связи определенное место в пространстве, достаточно близкое к Калестину, чтобы в него можно было выслать автоматический зонд-курьер, используя только одно смещение. Калли должен был появиться в этой точке, чтобы получить сообщения, которые должен был посылать для них Онвиток или кто-нибудь другой.

Два дня спустя корабли Калли вынырнули в обычное пространство в сотне миль от условленной точки.

Тотчас же в рубке "Беи" зазвенел сигнал тревоги, из-за которого невозможно было услышать попискивание зондов - если таковые действительно подавали сигналы. Калли пулей помчался в рубку.

- Корабль! - крикнул Пит, когда Калли ворвался в рубку. - Но это наш корабль, Калли, не молдогский.

Он не успел продолжить, потому что ожил динамик пространственного коммуникатора типа "корабль - корабль", вмонтированный над пультом:

- "Беи"? Вызываю "Беи"! Говорит калестинский корабль "Вандерлюст". Повторяю, говорит калестинский корабль "Вандерлюст". Калли, ты здесь? Это Онвиток Мурфа. Повторяю, вызывает Онвиток Мурфа...

Калли в два прыжка достиг панели коммуникатора, вдавил до упора кнопку передатчика.

- Онвиток!.. - Калли, почти никогда не поддававшийся слепой злости обнаружил вдруг, что это чувство вот-вот возьмет над ним верх. - Я же тебя просил... ладно, неважно. Переходи к нам. СЕЙЧАС ЖЕ!!!

Пять минут спустя юный франт появился в рубке "Беи". Калли был мрачнее грозовой тучи. Онвиток открыл было рот, чтобы сказать что-то, но первым заговорил Калли:

- Я же тебя просил: ни при каких обстоятельствах Калестина не покидать! Те, кто стоял за спиной Мачина и его парней, ухватятся за первую же возможность взять власть над Ассамблеей, вернуть ее в свои руки! Ты это понимаешь?

Онвиток смотрел на грозного Калли скорее с удивлением.

- Клянусь небом, Калли, ты стал просто телепатом! - воскликнул он. Откуда ты узнал? Кто-то сотнями нанимает ребят-ножевиков! Я как раз об этом хотел с тобой поговорить, и не только об этом, поэтому и явился сюда.

- Ничего удивительного, - выкрикнул Калли, но потом взял себя в руки и заговорил спокойнее. - Мачин был не настолько умен и влиятелен. Он был просто ширмой для политической машины, которую якобы сам придумал и который управлял, но на самом деле управлял ею неон. Вот потому я тебя и оставил на Калестине. Поскольку я улетел, они не побоялись выйти на свет, но пока там оставался ты, они не рискнули бы на попытку переворота. И тогда, после моего возвращения, мы бы с ними разобрались. Понимаешь. Он, в одном отношении Пограничье ничем не отличается от старых миров: ему тоже необходима хорошая встряска, чтобы проснуться и увидеть проблемы, как они есть, осознать действительность.