Виталий Забирко - Везде чужой

- Я должен допросить вашего сына в качестве свидетеля.

- Свидетеля? - вновь удивился Юз-старший. - Свидетеля чего?

В старике ощущалось какое-то внутреннее напряжение, которое он умело скрывал. Связывало Юзов и околоточного что-то такое, чего в имении опасались. Искренне сожалея, что он и намёком не в курсе этой связи, Геннад протянул фотографию.

- Ваш сын встречался с этим человеком. Мне необходимо выяснить подробности встречи.

Старый Юз глянул на фотографию и передал её сыну.

- Сопляк... - не сумел он скрыть облегчения.

Юз-младший растерянно уставился на снимок.

- Кто это? - спросил он.

- Я приношу извинения за поведение моего сына, - сказал Юз-старший. Это просто недоразумение. Власти мы уважаем... Да чего стоим на пороге? Прошу в дом. Я надеюсь, мы загладим инцидент.

- Просим, просим... - вторил за отцом Юз-младший. Он угодливо кланялся, махал руками, чуть ли не шаркая ногой. Превращение Юза-сына из крутого парня в подобострастного полового выглядело отвратительно.

Геннад оглянулся на Маврижа, всё ещё стоявшего у изгороди с базукой на плече, пожал плечами и шагнул в дом.

Как и ожидал Геннад, убранство дома отличалось крикливым богатством и столь же вопиющей безвкусицей. Всё здесь было рассчитано не на удобство обитателей, а на то, чтобы поразить возможных гостей достатком хозяев.

Юз-старший провёл Геннада в столовую, усадил за накрытый стол.

- Прибор гостю, - бросил он прислуге.

Тотчас перед Геннадом появилась тарелка, вилка, нож.

- Угощайтесь, чем бог послал, - широко развёл руками хозяин.

Геннад окинул взглядом стол. Бог хорошо позаботился о хозяевах особняка. Блюда на столе словно сошли с иллюстраций поваренной книги доперелицовочного времени. И всё это в фарфоре, в хрустале, со столовым серебром с вензелями.

- Вынеси Маврижу, - приказал Юз-старший, наливая рюмку. Прислуга поставила рюмку на поднос и вышла.

- Очищенная, - проговорил хозяин, наливая гостю прозрачную жидкость из графина. - Так сказать, за знакомство.

- Благодарю, но я недавно отобедал, - спокойно отказался Геннад. Кроме "крекера", которым его угостил Палуч, сегодня в желудке у него ничего не было, но принимать угощение от антипатичных ему людей было не в правилах Геннада.

- Батя! - предостерегающе воскликнул Юз-сын.

Лицо Юза-старшего снова окаменело. Он сел на стул напротив статс-лейнанта и внимательным неподвижным взглядом уставился на него.

- Обедайте без меня, - усмехнулся Геннад. - Я не помешаю вопросами.

Он повернулся к Юзу-младшему.

- Тридцать третьего дня летней гекатоды на вашем лесовозе в качестве кочегара работал этот человек. Кто он?

Юз-младший наморщил лоб, глядя на фотографию, затем расплылся в улыбке.

- А! - вспомнил он и, наконец, окончательно расслабился.

Залпом опрокинул в себя рюмку, рукой схватил клёцку, обмакнул в сметану и целиком отправил её в рот.

- Был такой, - хохотнув набитым ртом, проговорил он. - Я тебе, батя, рассказывал. Еду я, значит, по просеке из вырубки, а он стоит на обочине и так это ручкой мне машет. Голосует. Как на трассе. Ну, я ему и дал, чтобы в чужие владения не забирался. Шугнул как следует и заставил пахать на меня кочегаром.

- Кто он?

- А бог его знает. - Аппетит у Юза-младшего был просто нецензурный, а столовых приборов для него как бы не существовало. Он брал куски с блюд руками, откусывал, клал рядом с собой на скатерть и тут же запускал пятерню в следующее блюдо. Разноцветные соусы живописными разводами расплывались перед ним на скатерти. - Показал он мне какой-то документ. Из столичного института, что ли. Так я его ему в морду швырнул.

Геннад покосился на Юза-старшего. К свинскому поведению сына за столом он относился с аристократической невозмутимостью, задумчиво вращая в руках так и не пригубленную рюмку.

- Что он там делал?

- Да откуда мне знать?! Стоял и голосовал. Ну, я его и...

- Это я уже слышал, - оборвал Геннад. - При нём что-нибудь было?

- При нём? - Юз-младший вытаращился на статс-лейнанта. - Было! Рюкзак был. Я в него кинематическим зарядом ка-ак шарахнул - во фейерверк был! Все его удочки так и разлетелись!.. Ба! Да он же там рыбу ловил! Говорит, у меня в рюкзаке удочки, палатка... Только идиоту придёт на ум в Клешне рыбу ловить!

- Клешня - это что? - попросил уточнить Геннад.

- Озеро на старице. Я как с вырубки ехал, так следы на песке видел. Я на просеку справа выехал, а его следы слева появились, как раз с тропки на Клешню.

- Значит, вы его как увидели, так "шугнули" и "определили" к себе на лесовоз кочегаром?

- Ну да. Пусть не шастает по чужим владениям.

- А ваш кочегар куда подевался?

Юз-младший поперхнулся.

- А там на вырубке одного лесовика бревном насмерть придавило. Так я своего кочегара на рубку поставил. Заказчику лес нужен, а они, скоты, еле шевелятся... Думал, до хутора дотяну, а здесь уж найму кого.

Врал Юз-младший беспардонно. Даже стажеру-следователю было бы ясно. Но к разыскиваемому Таксону это отношения не имело.

- Ладно. И на том спасибо.

Геннад встал. Очень ему не хотелось говорить "спасибо".

- Кстати, от Клешни до кордона далеко?

Вопрос неожиданно оказался "в точку". Юз-младший так и застыл с открытым ртом и протянутой над столом рукой. Старик выпрямился на стуле и поставил рюмку на стол.

- Вёрст десять будет... - медленно, с расстановкой холодным тоном сообщил он.

Геннад кивнул и ретировался. Кажется, он невзначай нащупал то, огласки чего так боялись в имении. Несомненно, что Юзы контактировали с забугорцами. Этим можно объяснить и отсутствие кочегара на лесовозе. Но, если Таксон и пришёл оттуда, то не по установившемуся каналу с Юзами.

В сопровождении охранника Геннад покинул дом, пересёк двор и вышел за ворота. При виде статс-лейнанта Мавриж взобрался на передок телеги и, подождав, пока Геннад усядется, тронулся с места.

Когда они подъехали к лесу, Мавриж неожиданно обернулся и спросил отстранённым голосом:

- Отобедал с ними?

- Нет.

Тогда околоточный достал из-за пазухи лепёшку, разорвал её и половину протянул Геннаду. И по тому, как Мавриж стал уплетать свой кусок лепешки, Геннад понял, что он тоже не принял юзовского угощения.

- Что у тебя с Юзами? - спросил он.

Мавриж только повёл головой, не желая отвечать.

- Может, помочь?

- Я сам, - мрачно ответил околоточный.

Вряд ли его дело было связано с контактами Юзов с забугорцами. Здесь что-то личное. А там - чем чёрт не шутит! Геннад вспомнил застывшую над столом после его вопроса руку Юза-младшего и капающий с неё на скатерть красный соус.

- У тебя дома карта питомника есть? - без всякой надежды спросил он.