Сахаров Василий - Война людей

Глава 9.

Майор юстиции Хованский посмотрел на экран монитора, и его рука потянулась к мобильному телефону. Он понимал, что должен без промедления позвонить "дружинникам", которые отнеслись к нему по-человечески, обеспечили его квартирой в Москве, помогли деньгами и пристроили детей. Но делать это на рабочем месте не следовало, тем более со своего телефона. Поэтому Михаил Александрович одернул себя, его руки легли на стол, и он сосредоточился на просмотре видеоматериала.

Хорошо освещенная комната, в центре которой привязанный к металлическому стулу парень. Его голова перевязана, на бинтах виднеется пятнышко крови, и он одет в больничную пижаму. В общем-то, ничем не примечательный молодой человек без особых примет, а рядом с ним, полукругом, стояли три человека. Первый, очень худой офицер в камуфляже, руки за спиной, а на плече, под погоном, берет с кокардой печально известного отряда "Эпсилон". Второй, по виду, интеллигентный врач, белый халат, аристократическая бородка и ухоженные руки с тонкими пальцами. Этих людей Хованский не знал, а вот третий был ему знаком, поскольку являлся его непосредственным начальником и руководителем ОСГ, генерал-майором Тачиным.

– Назови свою фамилию, имя и отчество, – потребовал от парня генерал.

Молодой человек в пижаме поднял голову и Хованский отметил, что его глаза, словно стеклянные, а лоб покрыт испариной.

– Мирошниченко Альберт Николаевич, – выдавил из себя раненый.

– Какой у тебя позывной?

– Рик.

– Год рождения, – продолжил допрос Тачин.

– Одна тысяча девятьсот девяносто четвертый.

– Место рождения.

– Москва, Южное Бутово, улица…

Генерал не дослушал и задал следующий вопрос:

– Как давно ты примкнул к "Дружине"?

Парню было плохо. Он не хотел отвечать и стиснул зубы. Но "сыворотка правды" работала и он сказал:

– Год уже.

– Где проходил подготовку?

– В лесном лагере за Белоомутом, Луховицкий район.

– Кто тебя готовил? Как имя инструктора?

– Зовут Паша… Это все… Больше про него ничего не знаю…

– Кому ты подчинялся?

– Варягу.

– Фамилия Варяга.

– Не знаю.

– Какая у вас была задача?

– Охранять съемные квартиры, где проживали старшие командиры "Дружины" со своими близкими.

– Кого именно охраняли?

– Егора, он правая рука Лопарева… С ним девушка… Красивая… Галиной звали… Она беременная…

– Кто еще был?

– Пастух… Он с Кубани… Наум, с женой… Серый…

– Кого еще из близких к Лопареву людей знаешь?

– Многих… Каширу, Гнея, Боромира, Шмакова…

– Где находится Лопарев?

– Неизвестно… Он все время в движении…

– Почему вы взорвали квартиру?

– Это Варяг так решил… Жука и Димитра снайперы завалили… Патронов всего ничего, жменя осталась… Спецназ на штурм пошел… И тогда Варяг всех подорвал…

– Откуда взрывчатка?

– Пастух у себя на квартире держал…

– А ты как уцелел?

– Жить хотел… Испугался… Дверь открыл и навстречу группе захвата бросился… Наверху рвануло…Вспышка… А очнулся уже у вас…

– Хороший мальчик, – Тачин улыбнулся. – Продолжаем.

Вопросы сыпались на пленного "дружинника" потоком. Приметы лидеров. Имена. Позывные. Пароли. Адреса. Структура отряда. Планы руководства. Парень отвечал, но сил у него было немного, и вскоре он, сильно дернувшись, прокричал:

– Ломает! Отпустите! Развяжите меня! Козлы-ы-ы!!!

К "дружиннику" приблизился врач, который вколол ему в вену какое-то лекарство, и парень поник.

– Когда следующий сеанс? – спросил генерал.

– Не раньше, чем через три часа. У пациента сильнейшая контузия, а помимо этого "сыворотка правды" сильно бьет по печени и по сердцу. Как бы пациент не помер.

– Ничего, – Тачин скривился. – Организм молодой и крепкий. Выдержит.

– Решать вам, – врач развел руками, – а мое дело предупредить.

Глава ОСГ посмотрел на кого-то, кто находился за кадром:

– Допрос продолжите самостоятельно. Все данные сразу ко мне. Ясно?

– Так точно! – отозвался человек за кадром, и сюжет остановился.

Хованский откинулся на спинку кресла и вопросительно кивнул в сторону майора Артемова, приземистого крепыша с пухлым лицом, который являлся доверенным лицом начальника ОСГ и принес ему видеозапись:

– И что дальше?

– Работай, Михаил Александрович, – Артемов улыбнулся. – Думай, анализируй, ищи зацепки, рисуй схемы. А потом все это на стол Тачину. Таков его приказ.

– Почему именно я?

– Ты дотошный, а значит, сможешь увидеть и услышать то, что мы пропустили.

– Я могу показать видеозапись кому-то из сотрудников ОСГ?

– Кому надо, все в курсе.

– Как давно был проведен допрос?

– Два дня назад.

– А…

Михаил Александрович хотел спросить, почему не узнал о пленном дружиннике раньше, но Артемов, усмехнувшись, взмахнул ладонью и оборвал его:

– Знаю, что ты хочешь сказать, и отвечу сразу. Наш генерал подозревает, что в ОСГ завелась крыса, которая сливает информацию. Поэтому полученные в ходе допроса сведения реализовывались и проверялись сотрудниками ФСБ при поддержке бойцов "Эпсилона".

– Что нам не доверяют, понять можно, ведь результаты нашей работы никакие. Но привлекать в качестве силовой поддержки "Эпсилон", по-моему, перебор. Грязно как-то. Ведь это наемники, а у ФСБ есть свой спецназ…

– Ты не вздумай это генералу сказать, – Артемов нахмурился. – Официально "Эпсилон" ни в чем дурном не замешан и налет на цыганву дело рук "Дружины". Так-то, а на спецназ ФСБ надежды немного. Там люди разные служат и многие из них очень уж щепетильны, то не будем, этого не хотим, офицерская честь. Мудаки! Тут на карту интересы государства поставлены, а они про какую-то там честь вспоминают. Тоже мне, элита, ептыть. Ни хрена не понимают. А ведь истина проста – если президента скинут, плохо нам придется, и с каждого спросят, потому что российская быдломасса будет требовать крови. Сначала олигархов, чиновников, воров и капиталистом, а потом и за "прислужников режима" возьмутся. За нас с тобой, Михаил Александрович. Так что надо работать, ибо нельзя допустить революции, нового кровавого передела и репрессий.

– Ладно-ладно, – Хованский кивнул. – Я все понял.

– Вот и хорошо. Еще вопросы есть?

– Когда можно получить свежие материалы?

– Их не будет.

– Почему? Опять недоверие?

– Нет. Потому что "дружинник" умер.

– Как это?

– Просто. В голове кровеносный сосуд от перенапряжения оборвался и конец. Кровоизлияние и смерть.

– Хреново. А что по результатам работы людей Тачина?

– Не знаю. Они молчат. Но, судя по их хмурому виду, результатов нет. "Дружинники" разбежались по области и затаились, хрен найдешь. Хитрые сволочи.