Джери Пурнель - Бегство с планеты обезьян

— Я так устала, что мне все равно, — ответила Зира.

— Может, нам вызвать Люиса? — спросил Корнелиус.

— Конечно, — сказал Армандо, — но знаете, Армандо ведь тоже имеет кой-какой опыт в таких делах.

— Я уже позвонила Люису, — успокоила Корнелиуса Стефани.

Зира легла в клетке на соломенный матрас.

— Если Люис собирается принять моего ребенка, то ему лучше поспешить, — сказала она. — Но, по-моему, он не успеет.

— А тебе, — Армандо обернулся к Корнелиусу, лучше подождать в моем трейлере. Там есть скотч и сигары, так что давай…

— Разве я не должен присутствовать?

Армандо рассмеялся и, шутя, вытолкнул Корнелиуса за дверь.

— Отцы! — воскликнул он. — Я принимал роды пятерых человеческих детей прямо вот в этой клетке, когда цирк находился в дороге, и я вам скажу, что с животными гораздо проще, потому что обычно отцы-обезьяны не волнуются.

Корнелиус сидел в трейлере Армандо в полной темноте. На душе было тревожно. Перед глазами стоял убитый юноша.

«Они потребуют жизнь моего ребенка за жизнь того мальчика», — подумал он.

Глава 20

— Ты ведь здорово рискуешь, Армандо, — сказал Люис Диксон. — Почему?

— Но разве они заслужили смертного приговора? — владелец цирка пожал плечами. — Или того, чтобы убили их ребенка? Пойдем, пора. Стефани ждет тебя.

Они направились к палатке, где размещался медпункт. Около нее они увидели самца шимпанзе.

— Корнелиус! — удивился Армандо. — Я же просил тебя посидеть у меня в трейлере.

— Я должен был повидать Люиса. Поверьте мне, я не хотел убивать того мальчика. Я не…

— Я тебе верю, — сказал Люис.

— Но все другие? Пока я ждал, в голову лезли всякие ужасные мысли. Мне подумалось, что люди потребуют жизнь моего ребенка за жизнь того охранника. Пусть лучше возьмут мою.

— Ерунда, — сказал Армандо. — Никому не придется умирать. Это была случайность. Конечно, ужасная случайность, но никто не должен из-за нее умирать. А теперь не задерживай нас. Уже время.

Стефани выглянула из палатки.

— Давайте быстрей, Люис, Армандо!

— Идем, — ответил Люис и повернулся к Корнелиусу. — Если не хочешь идти в трейлер, то жди здесь. Но не попадайся никому на глаза.

— Моим людям можно доверять, — заметил Армандо.

— Возможно, и так. Но для них же будет лучше, если они ни о чем не будут знать. Ну все, пошли.

Корнелиус остался один. Он подошел к клетке, которая стояла недалеко от палатки. Там находилась шимпанзе по кличке Хелоиза со своей дочкой, родившейся неделю назад.

— Чего засмущалась? — обратился к ней Корнелиус. — A-а, понятно, перед тобой такая же обезьяна, как ты, но только в одежде, да еще и разговаривает. Но тебе нечего волноваться, твой-то ребенок говорить не будет. Однако он у тебя премиленький.

Время тянулось утомительно долго. Корнелиус все ходил взад-вперед. Наконец, из палатки донесся плач. Он подбежал к входу палатки, надеясь, что кто-нибудь из людей выйдет к нему. Но никого не было, только слышны были плач ребенка и голоса людей. Корнелиус заволновался и собрался было уже войти, как на пороге показалась Стефани.

— Мальчик, — улыбаясь, сказала она. — Хороший, крепкий малыш. С Зирой все в порядке.

Корнелиус радостно засмеялся, то тут же помрачнел: он вспомнил, что сотни солдат ищут их.

— Да, — сказал он. — Все в порядке.

Зира лежала в одном из фургонов. Ребенок спал у нее на руках.

— Как мы назовем его? — спросил Корнелиус.

— Мило, — без раздумий ответила Зира.

— Мило. Да, конечно. Ты себя хорошо чувствуешь?

— Да, Корнелиус. Но что нам дальше делать?

— Армандо едет через месяц на гастроли. Мы едем с ним. Цирк — лучшее место, где мы сможем укрыться. Возможно, мы даже будем выступать в цирке, только тогда нам придется изображать примитивных обезьян.

— Может, нам все-таки лучше вернуться?

— Смерть охранника нам могут простить, но по решению комиссии наш ребенок будет убит, а нас стерилизуют, и мы не сможем больше иметь детей.

— Что? — вскрикнула Зира и прижала к себе малыша. — Дикари! Они верят в то, что это необходимо для защиты человеческой цивилизации!

— Разве мы на их месте поступили бы по-другому? А тут еще смерть этого мальчика…

— Не терзай себя.

— Хорошо. Но теперь-то ты понимаешь, что наше возвращение невозможно. И еще, если мы сдадимся, нам придется назвать всех, кто нас укрывал, и они будут наказаны.

— Тогда мы не вернемся, — сказала Зира. — Мы останемся у Армандо. Навсегда.

Кабинет Виктора Хаслейна превратился в командный пункт.

Хаслейн потушил окурок и с отчаянием посмотрел на Люиса Диксона:

— Она должна родить где-то недели через две? — спросил он.

Диксон, на минуту задумавшись, ответил:

— Я бы сказал, что раньше.

— Она не могла в таком состоянии далеко уйти.

— Однако уже прошло тридцать шесть часов, доктор Хаслейн, — подал голос Амалфи. — И как нам ни тяжело это признать, шимпанзе уже могут быть очень далеко.

— Вы хотите сказать, что им кто-то помог? Какой-то предатель интересов человечества увез их в машине? Так?

Амалфи пожал плечами.

— Лично я не думаю, что это так, — продолжал Хаслейн. — Но все-таки стоит проверить и эту версию, — он поднял трубку телефона: — Майор, составьте список автомобилей, покидавших зону в течение первой ночи после происшествия. И пусть все эти машины тщательно обследуют, возможно, в какой-нибудь найдутся следы пребывания шимпанзе.

Хаслейн опустил трубку на рычаг.

— Куда? Куда они могли уйти?

— К другим обезьянам, — высказал свою догадку Амалфи.

Хаслейн посмотрел на него с улыбкой одобрения, затем медленно кивнул головой.

— Ну конечно! — Хаслейн опять снял трубку: — Майор Освуд! Необходимо проверить все зоопарки, ветеринарные лечебницы, цирки, короче, все места, где могут содержаться обезьяны. Начните с ближних, затем проверьте в Лос-Анджелесе и Сан-Диего, — тут Хаслейн сделал паузу, очевидно майор что-то уточнил. — Хорошо, Освуд, согласен. Сначала спрашивайте разрешение на обыск у хозяев, если они откажутся сотрудничать, то федеральный судья выдаст ордера. Все, приступайте.

Люису понадобилось десять минут, чтобы найти убедительный предлог и покинуть кабинет Хаслейна. В вестибюле он подошел к телефонному аппарату и набрал номер цирка Армандо. Трубку долго не снимали, и Люис уже подумал, что не сумеет дозвониться, но наконец он услышал голос Стефани: