Сара Кроссан - Побег в Секвойю

Мне попадается разбитая бутылка, которую я хватаю за горлышко, в то время как мужчины с горящими глазами выбивают дверь.

Под насмешливые улыбки остальных, Ёрл размахивает бейсбольной битой. Когда он приблизился, я попыталась увернуться, но он превосходил типа с вилами в плане ловкости.

Он бросился на меня и толкнул на землю. Затем он грубо рванул меня за волосы вверх. Его лицо покрыто шрамами, тонкие жирные волосы прилипли к голове.

— Надоедливая, — -говорит он. — Но соблазнительная. Как тебе, Гетти?

Человек с вилами бросает оружие и выступает вперед.

— Она, конечно же, это сделает, — говорит он. Он расстегивает мне пальто и пялится на меня.

Брет подходит, шаркая ногами.

— Я возьму дыхательный аппарат, — говорит он и уже собирается мне его отстегнуть.

— Подожди немного, —Гетти толкает его в сторону.

Я хочу вырваться, но Ёрл тащит меня за волосы и останавливает.

— Стой спокойно, — хрипит он.

Теперь ясно, что эти варвары собираются со мной сделать. Я этого не выдержу. Все что угодно, но только не это. Все.

Я хныкаю. Ну почему я не позволила Оскару выстрелить? Где он пропадает? И где Квинн?

Гетти сжимает мое лицо и лижет мою щеку. Несмотря на маску, его гнилое дыхание стоит у меня в носу. Мой крик вызывает у них лишь смех.

— Пожалуйста, не надо, — говорю я и смотрю в его глаза, которые уже давно не узнают во мне человека.

Он сбрасывает грязную куртку и скребет ногтями вдоль моей ключицы.

— Первый, — говорит он. В этот момент я решаю просто закрыться в себе и думать о Квинне, о родителях, о Мод и вообще обо всем, чего нет здесь и сейчас.

— Готова? — спрашивает Ёрл.

Я закрываю глаза.

— Квинн! — ору я. — Квинн!

Но он меня не слышит. Никто меня не слышит.

КВИНН

Мне снится Беа, и я просыпаюсь в холодном поту. В голове полно картинок ее тела на старых железнодорожных путях и голодных отверженных, с клювами вместо рта, которыми они клюют его, пока не насытятся.

Я только что упаковал свой рюкзак, чтобы найти Алину, когда Ваня забежала в мою комнату:

— Как прошла ночь?

— Мне снился кошмар, — отвечаю я, все еще находясь под его влиянием.

— В чужой постели мне всегда плохо спится,— говорит она с ухмылкой на лице, проносится мимо меня и раздвигает занавески. — Какой прекрасный день!

— Только не для моих друзей. Им нужна помощь, немедленно, — я иду к двери. — У Вас есть внедорожник?

—Внедорожник? Конечно же, у нас есть внедорожник, Квинн. Здесь не Роща, — она садится на край кровати и хлопает по ней, приглашая к себе. Я остаюсь, там где стою.

— Там девочка истекает кровью, — говорю я и указываю в окно.

— Звучит серьезно, — она перемещает свой вес так, что скрипят пружины. Чем больше она колеблется, тем более нетерпеливым я становлюсь. Если она не хочет помогать, чего тогда она хочет?

— Здесь есть врач или медсестра? Мне просто нужен только автомобиль и медик... пожалуйста, - я не привык что-либо просить, но сейчас я б не постеснялся встать перед ней на колени и лизать ее ноги, если бы только она мне помогла.

Собственно, я бы сделал все, абсолютно все.

— Здесь никто больше не выходит наружу, — при этом она улыбается, как будто это шутка, а не вопрос жизни и смерти.

— Но я не оставил умирать моих друзей! — кричу я.

На пути к двери она встает возле меня и начинает объяснять мне медленно и очень четко:

—У нас не отель, Квинн. Ты не можешь просто зайти и потом, приняв душ, наевшись и выспавшись, снова идти своей дорогой. Абель должен был напомнить об этом. Я запланировала на сегодняшний день несколько тестов для тебя. Если ты хочешь здесь жить, я выдвигаю тебе предложение, ты просто соглашаешься с ним. Все эти рикошеты действуют мне на нервы.

— Я не собираюсь здесь торчать, в то время как другие еще там, вне этих стен. Ты вообще в своем уме?

Я хватаю ее за руку, но она выворачивается и дает мне пощечину, как будто мы находимся где-нибудь в глухой, дикой местности. Она сильнее, чем кажется.

— Не прикасайся ко мне больше никогда, — шипит она.

Я проскальзываю мимо нее в коридор.

— Куда его? — спрашивает Макс.

Ваня хрустит костяшками пальцев. Вена на ее шее пульсирует.

— Убери его в камеру, вколи пару успокоительных и тщательно осмотри, — сказав это, она отворачивается.

— Ты хуже чем Петра, — говорю я.

Ваня неожиданно оборачивается.

— Рассматриваю это, как комплимент.

— И на этом все? Джаз должна погибнуть или что?

Я отталкиваю Макса от себя и отхожу. Пусть он и громила, но зато я быстрый. Если я побегу, то тогда у меня будет шанс.

— Джаз? — спрашивает Ваня нерешительно.

— Да. Она только ребенок.

— Ну, это меняет дело. Иди за мной.

В то время, пока я трачу драгоценное время в комнате Вани, Максу назначаются какие-то приказы. Ваня больше не страшная и холодная как лед, она вне себя.

Она непрерывно задает мне разные вопросы:

—Кто такая Беа? Сколько лет ребенку? Где он родился? Как она оказалась в Роще? — вопросы, на которые у меня не было ответов - и чем меньше я отвечал, тем беспокойней становилась Ваня.

Наконец-то Макс притащил Алину и Дориана в комнату.

— Что здесь происходит? — спрашивает Алина.

— Вы сказали, что все в Роще погибли. Вы солгали, — говорит Ваня.

— Они все уничтожили, — говорит Дориан. Он косится на Макса, который, кажется, уже избрал его козлом отпущения, после того как мне удалось от него улизнуть.

— Квинн рассказал, что было больше выживших, — настаивает Ваня.

— Откуда мы должны знать? — рассердился Дориан. — Это его отец был тем, кто разрушил Рощу. Что он вообще здесь делает?

Алина тыкает Дориана локтем в бок. Макс криво усмехается.

— Квинну можно доверять, — говорит она. —Если он говорит, что есть выжившие, значит так оно есть. Мы просто этого не знали.

Ваня идет к кислородному ящику на стене и делает глубокий вдох.

— Так значит, внутри еще были люди, когда вы спасались бегством?

—Что только мы не делали, чтобы вытащить оттуда Петру, — говорит Дориан. — Она сопротивлялась. Забралась на дерево и не слезала. Мы не знаем, что случилось с остальными, потому что мы стояли на посту в разных местах. Но Петра, она просто была полна решимости умереть.

Дориан говорит без умолку, совершенно запыхавшись.

— Квинн подобрал какого-то ребенка, — говорит Ваня. — Кто это может быть?

Мы с Алиной рассчитывали на то, что это вопрос возникнет. Тем не менее, она делает вид, что раздумывает.

— Единственным ребенком в Рощи была Джаз, — подчеркивает она. —Мы пытались ее спасти, но она не хотела оставлять Петру.