Сара Кроссан - Побег в Секвойю

Добравшись до конца коридора, я прослушала 20 дверей. Я прислоняюсь к стене и вдруг кажусь себе такой глупой. Как именно я себе это представляла?

Только я собралась возвращаться назад, как вдруг слышу звук разбивающегося стекла. Окаменев от страха, я уже жду появления мигающих огней и сигнальных сирен, но все-таки беру себя в руки и убегаю по коридору.

Прошмыгнув за угол, я со всей силы сталкиваюсь с кем-то, кто бежал мне навстречу с другой стороны. Мы падаем на пол, однако я первой поднимаюсь на ноги и сжимаю кулаки.

Он поднимает глаза и поправляет кислородную маску.

—Квинн?

—Алина?

Я помогаю ему встать.

— Что ты делаешь в Секвойе?

— Ищу вас, — шепчет он. Такое впечатление, что ему хочется меня обнять, но затем он все-таки передумывает. — Джаз неудачно упала. Мы должны вернуться и помочь ей.

— Джаз? — Верится с трудом. Во время нашего побега роща находилась в стадии разрушения. Джаз забралась на дерево, которое было полностью покрыто ядовитой пеной.

— Да, — уверяет он поспешно. В одной из ближайших комнат кто-то кашляет. Квинн дает мне понять, что я должна следовать за ним. На цыпочках мы крадемся вниз по коридору и незаметно пробираемся в одну из комнат.

Он указывает на пол, на котором блестят осколки стекла.

— Осторожно, я опрокинул табуретку и при этом разбил стакан с водой, — окно стоит настежь открыто. Занавески не задвинуты, но луна, покрытая облаками, светит бледным светом.

В углу стоит кровать, рядом опрокинутая табуретка. Пронизывающий ветер хлещет развевающиеся занавески об стену.

— Что ты собираешься делать? — Я указываю на открытое окно.

— Ищу путь наружу. Я думал, что так никто меня не увидит. Выглядит ,однако, как отличный способ сломать себе шею, — мы вместе заглядываем за карниз.

Три этажа вниз до мостовой.

— Мы должны отсюда уйти, — говорит он и выглядит так, будто целую вечность не спал и не ел, это даже отдалено не тот юноша, с которым я недавно познакомилась в очереди на прививку.

Как может все так быстро изменится? Собственно непостижимо.

— Где Беа?

— Она следит за Джаз. А Сайлас здесь? Ты думаешь, он пойдет с нами? Он нам понадобится.

Узел в моем желудке растворяется.

— Я знала, что Беа справится, — говорю я.

— Но если мы в скором времени не будем с ней, то она пропадет. И Джаз тоже, — он смотрит из окна, как будто раздумывая над тем, что прыжок вниз была бы все-таки не такая уж плохая идея.

Я прижимаю его к кровати заставляю все мне рассказать, начиная с того момента, когда он покинул Рощу и до его прибытия в Секвойю.

Он постоянно путается, пересказывает важные детали так, что мне постоянно приходится переспрашивать и заставлять его объяснять.

— Теперь мы можем идти? — Спрашивает он, в конце концов.

— Может, Ваня нам поможет? — Говорю я.

Он чешет голову.

— Я пытался недавно ей рассказать, но она только как-то странно улыбалась. Что-то с этой улыбкой не в порядке, Алина. После того, что Петра со мной провернула, я больше не хочу никому бросать вызов.

Я пытаюсь его успокоить.

— Завтра мы еще раз поговорим с ней.

— Что это здесь вообще такое? Я не видел ни одного дерева,— говорит он.

Пару недель назад он даже внимания на это не обратил бы. Если даже Квинну удалось так изменится, то надежда сохраняется и для всех нас.

— Я тоже не совсем понимаю, что здесь творится, но Купол кажется в сравнении с этим не таким уж плохим, — смеюсь я.

Квинн внимательно смотрит на меня.

— Это что, шутка?

Я качаю головой, потому что это не шутка. Как раз наоборот.

— Я тебе обещаю, мы добьемся от Вани хоть какой-нибудь поддержки, — повторяю я.

— А что с Беа?

— У нее есть воздух и вода? — спрашиваю я

— Да, — говорит он, — но...

— Речь идет об одной единственной ночи, — уверяю я его, хотя в одну ночь может произойти все что угодно.

Я иду к двери.

— Как ты встретил Абеля? — спрашиваю я, положив руку на дверную ручку.

— Чистая случайность. Ты его знаешь?

— Немного. Это он отец ребенка?

— По словам Джо, нет. С какой стати?

Меня накрывает волна облегчения вместе со стыдом за то, что я тратила свои мысли на это тогда, когда у нас есть другие, более важные заботы.

В главном здании все еще темно. Я пробираюсь медленно вниз по коридору и уже собираюсь спуститься на нижний этаж, как вдруг раздается грохот.

— Ты делаешь мне больно, — кричит чей-то голос.

Я наклоняюсь осторожно через перила и смотрю сверху на 2 головы. Это Макс и Джо. Она пытается вырваться из его хватки.

— Ваня выделила мне другую комнату. Почему ты не можешь просто оставить меня в покое?

— Ты высмеяла меня, — говорит он вне себя от злости. Джо вся сжимается.

— Позволь мне спать одной, Макс, пожалуйста, — говорит она.

— А как мне узнать, не исчезнешь ли ты завтра снова? Думаешь, я еще хоть раз спущу с тебя глаз? Ты пойдешь со мной!

— Я не твоя собственность, — говорит она. Она вырывает свою руку и отходит назад. На ней тонкая ночная сорочка, на ногах нет обуви.

Ни слова не говоря, Макс отвешивает Джо пощечину. Она лежит, скорчившись на полу.

— Но ты носишь собственность Вани в себе. Это значит, ты принадлежишь Секвойе и мне. Думаешь, я не знаю почему, ты убежала?

Она поднимает взгляд на него и замечает меня, до того как я успеваю нагнуться.

Однако же она меня не выдает, а только протягивает руки, чтобы Макс помог ей подняться.

— Извини, — говорит она. Она кладет руку на грудь Макса, встает на цыпочки и целует его в губы. — Я так боялась. Как продвигаются дела с опытами? Младенцы в порядке?

— Он тебя не хочет. Это чтобы ты знала, — говорит он и хватает ее подбородок большим и указательным пальцем. — Я или никто, Джо.

Она позволяет ему увести себя за руку, предварительно бросив мне предупреждающий взгляд. Как будто это еще было необходимо.

Перед дверью я не обнаруживаю охраны, только пустой стул и рядом на полу стакан. Я незаметно пробираюсь в ночи наружу, обратно в хижину.

— Где ты была, черт побери? — спрашивает Сайлас, в то время как я в полном обмундировании забираюсь в кровать.

Брюс и Мод все еще храпят. Зонг лежит с открытым ртом как покойник. Дориан повернулся ко мне спиной.

— Квинн говорит, что Беа и Джаз в затруднительном положении, — говорю я.

— Джаз еще жива? — спрашивает Сайлас.

— Несколько дней назад была жива.

БЕА

Оскар и я сидим на потрескавшихся кожаных креслах под толстым слоем одеял, шалей и пальто на балконе бывшего вокзального ресторана.