Аллен Стил - Итерации Иерихона

Главным по связям с общественностью в «Сайб-серв» был тогда Пол Хюйгенс. Он поначалу очень дружелюбно потрепал меня по холке, отмел все обвинения и даже предложил поставить это оборудование у меня дома разумеется, бесплатно — «для проверки». Когда я не опрокинулся на спину и не завилял хвостиком, он разослал по компании циркуляр «для служебного пользования», мягко намекнув, что любой сотрудник, в ответ на мой звонок не повесивший трубку в тот же миг, может потерять работу.

Надо отдать должное Хюйгенсу — он всего лишь делал свою работу. Ну что ж, он свою, я — свою. После нескольких недель такой вот глухой защиты мне удалось найти бывшего служащего научно-исследовательского отдела «Сайб-серв», мучимого комплексом вины, и он мне поведал в анонимном интервью о фатальных дефектах «Дейта-Руум 310». Это, да еще анализ обстоятельств, позволило мне написать о компании разоблачительную статью. Ее напечатал «Кларион» после двух месяцев тяжелой работы, а еще через пару месяцев после публикации «Дейта-Руум 310» отозвали с рынка, а у компании оказались на руках несколько десятков судебных дел по искам пострадавших.

И тогда я потерял работу. Как только вышла статья, Хюйгенс связался со всеми компаниями бостонского региона, связанными с «Сайб-серв», все они торговали электроникой и помещали рекламу в «Бэйбэк Кларион». Они, в свою очередь, наехали на издателя «Клариона» с угрозами, что снимут свою рекламу, если не будет напечатано опровержение и меня не уволят.

«Кларион», как и большинство оппозиционных газет, был независимым, то есть полностью зависел от доходов с рекламных объявлений. У большинства издателей — как вот у Перла, благослови Господь его прогорклую душу, — как стальной стержень, твердо сознание: газета нужна рекламодателям не меньше, чем они ей, и что дай им палец — всю руку оттяпают.

Однако незадолго до описываемых событий «Кларион» был продан одному скряге, в отношении журналистской этики совершенно девственному, да и к тому же не наделенному достаточным количеством здравого смысла, чтобы не позволить превратить себя в половую тряпку пустыми угрозами. Этот студень испугался, что не купит себе летний коттедж в Марта-Виньярде, и наложил в штаны.

Через две недели после появления статьи я остановился по пути на работу выпить кофе и глянуть «Глоб геральд». В редакцию я приехал на двадцать минут позже — такое случалось и никаких нареканий не вызывало. На этот раз, когда я подошел к своему кабинету, на нем висел приказ о моем увольнении. Причиной были названы «регулярные опоздания».

Я очистил стол и укладывал папки в коробку, когда вдруг зажужжал принтер. Из принтера выползал от руки написанный факс:

«На богов не залупайся».

Подписи не было, но я проверил телефонный номер отправителя по базе данных и увидел, что он направлен с добавочного номера Хюйгенса на коммутаторе «Сайб-серв». Его компания вылетала в трубу, но он, черт побери, прихватил с собой и меня.

И вот теперь я в другом месте и в другое время снова залупаюсь на богов.

— Хюйгенс хотел меня оттуда убрать, — сказал я. — Не знаю, в чем там дело, но есть что-то, что он хочет от меня скрыть. Однажды я его обставил, и второго раза он не хочет.

— Может быть, — кивнул Джон. — Может быть.

— Да, кстати, я нашел женщину, которую вчера встретил. — Я откинул сиденье назад. Джон уже был на восточном выезде с магистрали «И-64», и автомобиль скользнул в текущий к городу поток. — Как раз перед тем, как Хюйгенс меня отловил. Она была на той стороне зала…

— Ты ее нашел? — слегка заинтересовался Джон. Он обошел прущий по правому ряду двойной трейлер и проскочил между старой «БМВ» с иллинойсскими номерами и доходягой-газомобилем. — И как она выглядела?

— Афро-американка, пять футов шесть дюймов, скорее полная, лет около сорока пяти. — После некоторого колебания я добавил: — Я камерой взял крупный план ее нагрудного знака.

— Да?

— Прочел ее должность. На табличке было написано.

— Не шутишь?

— Не шучу.

Я замолчал.

— Ну? — спросил Джон.

Я показал на колымагу впереди:

— Слушай, даже не верится, что кто-то еще выпускает на дорогу подобные автомобили? Говорили ведь, что примут закон о моральном и физическом старении техники, а тут такой вот драндулет…

— Джерри…

— Я думаю, придется сделать колонку на эту тему. Ты понимаешь, я не против, если Чеви Дик или кто-то в этом роде чинит древнюю технику и разок-другой покатается, но такая вот мерзость среди бела дня — это безобразие…

— Да ладно тебе, — вздохнул Джон. — Что ты хочешь узнать?

Я усмехнулся. Эта наша старая игра со времен журналистского колледжа: обмен информацией на равных. Ты мне расскажешь свои секреты, я тебе свои баш на баш. Иногда ставки были повыше сегодняшних: когда он захотел узнать, как зовут симпатюшку-брюнетку из сто первой группы экономического факультета, я у него выторговал домашний телефон нашего ректора. Отлично получилось: я звонил ректору в воскресенье вечером, когда он смотрел футбол, и задавал ему неудобные вопросы по программе следующего семестра, а Джон узнал имя своей будущей жены.

— Рубиновая Ось, — сказал я. — Что это за зверь?

— Это, — вздохнул Джон, — нечто вроде кодовой фразы. Честно говоря, сам толком не знаю. Знаю только, это что связано с программой «Сентинел». Эта леди о ней упоминает, значит, это почему-то важно.

Он вдруг щелкнул пальцами и опустил плоский автомобильный экран над ветровым стеклом.

— Глянем, может быть, Си-эн-эн покажет запуск.

— «Не знаю» не считается.

— Ладно, согласен, — сказал Джон, держа одну руку на баранке, а другой переключая телевизор на Си-эн-эн. — Задай другой вопрос.

— О чем ты хочешь говорить с этой женщиной? Что за история?

На экране дикторша Си-эн-эн читала сообщение о развертывании армейских сил на границе Орегона. Вереница солдат с винтовками, сбегающих по трапу транспортного самолета ВВС, бронетранспортеры и танки прут по магистралям среди хвойных лесов, антивоенные демонстрации, строящие баррикады на пути армейских эшелонов…

— Вроде бы дело об убийстве, — сказал Джон, тщательно подбирая слова. Мой источник — как я думаю, эта самая леди — сообщил мне, что недавно был убит один ученый из «Типтри». Хотя полиция по-прежнему считает, что это несчастный случай, эта леди твердит, что это часть заговора и что к этому имеет отношение эта самая Рубиновая Ось.

На экране вновь возникла студия Си-эн-эн, в окошке в углу показали логотип НАСА.

— Вот и оно, — сказал Джон, включая громкость.