Роберт Шекли - Игра агента X

— Нашего внимания достойны следующие моменты, — сказал Гвеши, плавно перевоплощаясь в блестящего преподавателя тактики военного колледжа. — Мы находимся на участке квадратной формы со стороной примерно 24 мили. Его географическая однородность определяется Венецианской Лагуной на юге, подножием Альп на севере, рекой Брента на западе и Пиаве — на востоке. В рамках этого оперативного участка, продвигаясь к северу от залива, Форстер будет охранять основной путь от Местре до Сан Дона ди Пиаве, а также пять второстепенных путей, связывающих города Казори, Компальто и Черкато. Есть ещё железная дорога, но её он может не учитывать, поскольку по расписанию ближайший поезд должен пройти только через 30 часов. Таким образом, его силы плотно держат нас в районе между заливом и шоссе вдоль побережья. При рассмотрении в комплексе такая диспозиция выглядит безупречной.

— Дела выглядят не особенно хорошо, — сказал я. — Нам-то как отсюда выбираться?

Гвеши и не думал вот так сразу все выложить. Он все вел и вел нас через болото, редкие леса и убранные поля, продолжая свой рассказ о диспозиции.

— Именно с этой проблемой мне и пришлось столкнуться, — повествовал он, напоминая маленького Обри Смита из романа «Четыре пера», только тот был все же поумнее. — Я рассмотрел все варианты. Мне показалось, что северная группировка будет растянута в тонкую цепь вдоль линии Местре — Сан Дона. Соответствующим образом, я подумал о том, чтобы выявить там наиболее уязвимый участок и сделать ставку на неожиданный прорыв.

— Отлично! — воскликнул Кариновски. — Я согласен. Предлагаю…

— Я отверг этот план как нереальный, — продолжал Гвеши. — Я не мог не учитывать тот факт, что Форстер установил с южной группировкой радиосвязь и что, как только мы будем обнаружены, эти люди будут переброшены автомобильным транспортом на подготовленные позиции выше берегового шоссе. Короче говоря, мне пришлось рассматривать южную группировку как чрезвычайно мобильный резерв. В итоге позиция осталась практически неизменной: люди с катера, идущие за нами, выступают в качестве загонщиков или одной лапки пинцета, приближающей нас к укрепленной линии Форстера, чтобы раздавить как жуков. Я достаточно ясно изъясняюсь?

— Яснее не бывает, — сказал я. — Вы прекрасно оценили наше положение.

Гвеши засиял от удовольствия.

— Но прежде всего я не имел намерения недооценивать противника.

— Нас нельзя в этом обвинить, — сказал я. — Вы просто замечательно выявили все тонкости западни. Но, к сожалению, мы по-прежнему находимся в самой её середине.

— Я это понимаю, — сказал Гвеши, являя собой саму проницательность. Именно так у меня все и распланировано. Судите сами: Форстер строит нам западню и ждет, что мы будем пытаться из неё выбраться, подвергая себя тем самым ещё большему риску. Мы же перехватим инициативу, переместившись в самый центр ловушки — туда, где он никогда не будет нас искать!

— О'кей. Значит, мы снова его перехитрили. Но что же мы будем делать?

— Убегать.

— И каким образом?

— При помощи вон тех стогов посреди поля, — Гвеши отдернул манжету рубашки, и, сощурив глаза, самым профессиональным образом посмотрел на часы. — Если моя расчеты верны, именно в данный момент мы должны быть окружены его людьми со всех сторон. — Он ухмыльнулся. — Но у нас, как мне кажется, найдется для него небольшой сюрприз.

Это уже было чересчур. Я схватил этого садиста за лацканы пиджака и начал трясти его так, что у него в кармане зазвенела мелочь. Я сунул свою волчью морду прямо в его изумленное донельзя лицо, оскалил клыки и сказал:

— Слушай, ты, говорливый придурок, если у тебя есть план, как отсюда выбраться, то выкладывай, да поживее.

— Прошу вас, не рвите мне пиджак, — сказал Гвеши. Я отпустил его, и он отскочил в сторону. — Сюда, — сказал он. Им нельзя было не восхищаться, даже если он и собирался свести нас в могилу.

Мы пересекли поле и подошли к трем большим стогам сена. Гвеши небрежно махнул рукой в сторону центрального стога.

— Смотрите!

Я уставился на него. Ощерившись на манер гиены, Гвеши подошел к стогу и начал охапками выгребать из него сено. Под ним стали появляться темные очертания какого-то длинного предмета. Он продолжил свое занятие, и я увидел то, что мгновенно лишило меня дара речи.

— Гвеши, — сказал я, наконец, — я забираю назад все свои непристойные слова. Возможно, вы — гений.

Слегка присыпанный сеном, словно только что распакованная гигантская игрушка, вселяя надежду на спасение, перед нами стоял легкий моноплан. Оконечности крыльев и хвост пока были скрыты в стоге, однако изысканный изгиб винта говорил о том, что свобода не за горами. Я помог Гвеши убрать сено, затем в восхищении отступил назад.

— Красавец, не правда ли? — сказал Гвеши. — В то время как эти бешеные псы будут рыскать по земле, мы воспарим в небо. Пусть они воют и скрежещут зубами на луну.

— Ваш план достоин вашего воображения, мой друг, — сказал я, переходя из чувства благодарности на стиль Гвеши. — Наша цель — Сан-Стефано?

— Совершенно верно. Аэродрома там нет, но я выбрал несколько площадок, где такой легкий самолет может сесть. Полковник Бейкер и его люди нас там ждут. Полет не займет более часа.

На востоке уже забрезжил рассвет, и я заметил движение на двух концах поля. Залаяла собака. Последовал звук удара металла о кость, и все стихло.

— Стая окружила добычу, — улыбаясь, сказал Гвеши. — Мой дорогой друг, не пора ли нам трогаться?

— С этим предложением, — легкомысленно произнес я, — никак нельзя не согласиться. Кариновски, вы в порядке?

— Вполне, — ответил Кариновски. — Стою себе и истекаю кровью, пока вы тут веселитесь.

— В самолете мы вас перевяжем, — сказал я. — Пошли.

Мы помогли Кариновски забраться в маленькую кабину и надежно пристегнули его к сидению. Рассвет быстро набирал силу. Через поле к нам приближались крадущиеся фигуры. Я было полез в кресло второго пилота, но обнаружил там Гвеши.

— Вы ошиблись креслом, — сказал я ему.

— Ничего подобного, — ответил он.

— Гвеши, — сказал я, — шутить уже некогда. Они идут. лучше садитесь на свое место и увозите нас отсюда.

— О чем вы говорите? — спросил Гвеши, переходя на визг. — Я ничего не понимаю в авиации! Ничего! Это вы должны нас отсюда вывезти!

— Слушайте, — сказал я. — Ведь это вы затеяли все эти глупости с самолетом!

— Все это я затеял исключительно для вас, — сказал Гвеши, чуть не плача. — Мистер Най, прошу вас, ведь хорошо известно, что вы умеете управлять самолетами всех типов. Вы прославились на этом поприще! Ради Бога! Зачем бы ещё стал я доставать самолет?