Мэрион Брэдли - Охотники Красной Луны (Охотники Красной Луны - 1)

- Боюсь, что да. В большинстве случаев. Ну, конечно, встречаются особо чувствительные, тонкие ребята, они пытаются судить о женщинах по другим качествам: например по их образованности, эрудиции, доброте, мягкости... характеру... Да нет! Все-таки для большинства мужчин главное - красота...

- И женщины в своих оценках руководствуются подобными же критериями? Внезапно Даллит вспыхнула и поспешила отвернуться, но от землянина не укрылось то, что лицо у его собеседницы стало под стать цвету ее рубахи. Даллит, не глядя на него, проговорила: - Ну что ж! Давай пойдем и найдем Райэнну. Смотри, все уже выходят из воды...

Дэйн, совершенно смущенный, пошел следом за Даллит, гадая, насколько его светловолосая собеседница сумела уловить его собственные колебания и сексуальные самопризнания. Райэнна, волосы которой высыхали, превращаясь в облако из завитков красной меди, присоединилась к Дэйну и Даллит через минуту.

- Приходил Аратак, - сказала она. - Спрашивал мое мнение насчет "божественного запаха" этого желтого дерьма, в котором он купался... Я убедила нашего приятеля смыть все это поскорее, пришлось втолковать ему, что в противном случае никто из нас не сможет ужинать в его присутствии. А где мехар?

- Встретил парочку своих земляков и отправился поболтать с ними.

- Хорошо бы с ними он и остался! - с надеждой в голосе воскликнула Райэнна. - Не доверяю ему. Никогда не любила представителей котообразных, этакие вороватые, пронырливые твари, им бы мышей ловить!

- Слишком предвзятое суждение для ученого, - произнесла Даллит со своей обычной серьезностью. - Это все равно что обвинять обезьяноподобных в чрезмерной любознательности. И то и другое продиктовано инстинктом самосохранения. "Кошки" - плотоядные хищники, для них охота - средство выживания. А для того, чтобы охотиться, надо передвигаться бесшумно. Разве нет?

Райэнна пожала плечами.

- Как бы там ни было, наш мехар наслаждается обществом сородичей... Нет, накаркала! Нам не повезло, он уже возвращается.

Клифф-Клаймер присоединился к ним, а следом и Аратак засеменил рядышком, и все пятеро проследовали к дому, ставшему их пристанищем.

Гигантский ящер произнес, обращаясь главным образом к Райэнне, причем стараясь, чтобы в голосе его присутствовало как можно больше сочувствия:

- Я удалил этот запах, столь трудный для твоего восприятия, милая.

Женщина рассмеялась.

- Спасибо, Аратак. Я осознаю и ценю жертву, которую приходится приносить тебе, философу, разделяя общество столь капризных, столь избалованных, столь неспособных к подлинной тонкости чувств жалких обезьян!

Клифф-Клаймер буквально цвел, его грива была причесана и уложена аккуратными одинаковыми завитушками.

Дэйн спросил:

- А почему ты не захотел остаться со своими земляками, Клифф?

- С моими земляками? - "Лев" издал какой-то шипящий, свистящий звук, надо полагать, так он выражал эмоции, в которых высокомерное раздражение соединялось с оскорбленным самолюбием. - Шпана! Уголовный сброд! Обычное ворье, сумевшее сбежать из мехарвина. Сталкеры уже царапали им спины когтями, так нет же, ублюдки сумели ускользнуть и запродались сюда, чтобы не отвечать за свои преступления! Вот благодаря им и им подобным о мехаре идет дурная слава по всей вселенной!

- Ну конечно, - произнесла Райэнна с мрачной усмешкой. - Красть людей и торговать ими - это же занятие благородное, куда там _простому уголовному сброду!_

Однако Клифф-Клаймер понял слова рыжей красотки совершенно буквально.

- Разумеется! Я даже и мысли допустить не могу остаться с подобными типами. Во-первых, потому что честь не позволяет мне якшаться с ними, во-вторых, я ваш компаньон и дал вам слово, в-третьих, я собираюсь поберечь силы и ярость для встречи с охотниками.

Тут Дэйн не без сарказма поинтересовался:

- А честь позволяет тебе якшаться с обезьяноподобными, да еще к тому же бывшими рабами?

- Обычно нет, - отозвался Клифф-Клаймер как раз в тот момент, когда все пятеро входили в свое жилище, - но вы доказали свою несомненную храбрость, и более того, похоже, что вы мои будущие напарники по охоте. Поэтому, я считаю, мне следует вырабатывать в себе приязнь к вам, чтобы мы могли с большим успехом вести совместные действия против нашего общего врага.

- Да уж, лучше драться вместе, - пробормотал Дэйн, - чем подохнуть врозь.

- Будем надеяться, что столь позорная и безрадостная участь не ожидает нас, - ответил Клифф-Клаймер.

- А не выяснил ли кто-нибудь каких-либо подробностей, - спросил Аратак, - касательно участи, которая нас ожидает? И когда все начнется?

- Я кое-что узнала, - сказала Даллит и повторила все то, что прежде рассказала Дэйну о затмениях и о том, что охота произойдет на спутнике планеты - Красной Луне. К этому Клифф добавил:

- Мы немного опоздали, поэтому не смогли присоединиться к предыдущей партии дичи для посещения оружейной, но мне сказали, что завтра утром мы туда отправимся.

Разговор был прерван появлением робота. Служитель проскользнул через высокую дверь в конце комнаты, неся в пяти вытянутых руках пять закрытых подносов с едой.

- Если вы устроитесь поудобнее для принятия пищи, - объявил механическим голосом Служитель, - мы с удовольствием обслужим вас.

Мехар взял со своей кушетки подушку и бросил ее на пол, после кратких размышлений Дэйн и остальные, исключая только Аратака, просто улегшегося на полу, поступили аналогичным образом.

- Приятно вновь отобедать в культурных условиях, - произнес человек-ящерица.

Служитель бесшумно подкатился к Даллит и протянул ей поднос.

- Благочестивая дичь, вот пища, она растительного происхождения, все, включая белок и жиры, свежесваренное или свежеизжаренное на растительном масле.

Дэйну и Райэнне робот вручил одинаковые подносы и предупредил, что предлагаемая пища смешанная - животно-растительная. Попробовав еду, Дэйн решил, что это не бифштекс с кровью, но все-таки вполне недурной ужин. Блюдо состояло из чего-то напоминавшего грибы, салата из разнообразной зелени и мясного рулета. Среди предложенного оказались и фрукты, правда слишком сладкие. Практически то же самое входило и в меню Даллит, только место мясного рулета занял какой-то обжаренный буро-красный злак. От подноса Клифф-Клаймера пахло странно, если не сказать неприятно. Однако мехар, которого все это, похоже, вовсе не смущало, набросился на свою еду с урчанием, разрывая ее зубами и когтями. Аратак, как всегда, ел с присущей ему утонченностью, скромно беря пищу кончиками когтей. Дэйна запах ужина ящера приводил едва ли не в такое же состояние, как и аромат его грязевой ванны. Однако Аратак, наджаберья которого засветились голубым светом, совершенно очевидно пребывал наверху блаженства. Он сказал Служителю: