Чарльз Ингрид - Последний рыцарь

По адресу, который ему дали в баре, располагалось роскошное здание, укрепленное как средневековая крепость. Джек бросил конверт в специальную щель, и ворота открылись. Сразу же за входной дверью оказался огромный коридор, наполненный щелкающими и жужжащими видеокамерами. Они следили за каждым движением Джека. Пожалуй, на это не стоило обращать внимания — специфика деятельности его работодателей обязывала их стремиться к безопасности. Наверное, если бы дело обстояло иначе, Шторм удивился бы гораздо больше. К тому же проверки не пугали его: все равно в компьютерных банках Мальтена о нем нельзя отыскать ни строчки, а сделанные сейчас снимки скорее всего никогда не попадут в банк полицейских данных.

Шторм остановился перед массивной дверью с тремя цветными лампами вместо шаров и снова бросил конверт в небольшое отверстие. И эти двери отворились при помощи магического конверта. Джек очутился в просторной комнате, буквально заваленной грудой всевозможных старинных вещей. У окна, в прекрасном кресле старинной ручной работы сидела довольно-таки крупная женщина. Если бы его спросили, почему — Шторм вряд ли смог бы объяснить это, но она сразу же показалась ему очень чувственной. Кажется, дело было в другом: в комнате играла какая-то тихая музыка с сенситивной программой, такие уловки использовали довольно-таки часто для того, чтобы воздействовать на подсознание человека.

Джек почувствовал себя очень неловко. Женщина сразу поняла, что он заметил ее маленькую хитрость, и отключила музыку, потом, что-то прикинув, поменяла кассету, и из проигрывателя понеслась новая мелодия. Джек усмехнулся:

— Мадам, мне хотелось бы, чтобы мы поговорили без помех.

Она улыбнулась и нажала на кнопку выключателя:

— У меня свои приемы знакомства с людьми.

— Да, — кивнул Джек, — но все они воздействуют на подсознание, и не стоит тратить на меня эти усилия. Она пожала плечами:

— Ну, а теперь о делах. Я ростовщица. А сейчас я нанимаю себе команду.

— Да-да, это я уже понял. — кивнул Джек. — Но ростовщики обычно не воюют.

Гораздо чаще они финансируют войны.

— Это всего лишь один из способов делать деньги, — невозмутимо сказала женщина и решила познакомиться покороче: — Вы можете называть меня Сэди.

Шторм поклонился:

— А меня зовут Джек. Сэди кивнула:

— Хорошо, Джек. Так вот, если деньги, которые я одалживаю, мне возвращают, я делаю хороший бизнес. Это очевидно, не так ли?

Джек согласно кивнул. Сэди резко выпрямилась в кресле и с возмущением сказала:

— Короче. Кое-кто из моих клиентов нарушил контракт.

— И вы хотите вернуть ваши деньги?

— Совершенно точно. — Она забросила за плечо конец шелковой персидской шали.

— А далеко ли они находятся?

Сэди улыбнулась и прищурила колючие умные глаза:

— В бронированном спутнике генерала Гилгенбуша.

Джек присвистнул от удивления: даже он слышал разговоры о неприступной космической крепости этого мошенника.

— Ты уже испугался? — с любопытством спросила Сэди.

— Я не настолько глуп, чтобы не бояться. А если не секрет, кого вы планируете назначить капитаном? Сэди вздохнула:

— У меня были надежды на Марсиано, но он, к сожалению, вышел в отставку. Так что человека, у которого вы будете работать, зовут Кот. — Она с интересом взглянула на Джека, желая увидеть, какая у того будет реакция на только что сказанное. Никакой реакции не было, и она, улыбнувшись, добавила: — Я готова заплатить пять тысяч кредитов.

Шторм осторожно уточнил:

— А сколько времени понадобится на эту работу?

— Ровно столько, сколько надо.

А вот это Джека не устраивало. Если он согласится работать на Сэди, Элибер на долгое время останется одна, а Рольф уже напал на ее след…

— Я сел на мель, мадам Сэди. — слегка покраснев, сказал Джек. — К тому же для приведения в порядок моего обмундирования мне нужен будет кое-какой задаток.

Она нахмурилась:

— Это твои трудности, солдат.

— Я это понимаю, мадам. — кивнул Джек. — Но вы ведь занимаетесь ссудой?

Сэди сразу же смягчилась:

— Хорошо, я постараюсь что-нибудь придумать. А что вы дадите в залог?

Джек громко вздохнул и выпалил:

— У меня тут есть младшая сестра…

— Повтори еще раз, о чем, о чем вы там договорились? — нервозно переспросила Элибер.

— Да ты подожди, — предостерегающе сказал Джек. — Ты только не волнуйся.

— Я не хочу быть замороженной, как мясная тушка! — крикнула девушка и отвернулась. Джек схватился за голову:

— Но у Сэди свои холодильные камеры, а в них полно людей. Ты только представь себе: ты даже не будешь знать, что я на одну минуту покинул тебя. Никаких забот, никаких морщин.

— Да? — Элибер гневно поглядела на Шторма. — А разве кто-нибудь сдает людей под залог? Я не хочу этого и я не смогу сделать это!

Джек не знал, как ее убедить:

— Но зато Рольфу и в голову не придет искать тебя там! — попробовал он высказать последний аргумент.

Эти слова отрезвили девушку. Она села на кушетку и притихла, потом осторожно взглянула на Джека:

— Я ведь должна это сделать, правда? Он еще раз повторил:

— Рольф никогда в жизни не найдет тебя там.

Элибер закрыла глаза ладошками и еле слышно спросила:

— А как все это будет выглядеть?

Джек засмеялся:

— Так же, как и каждую ночь. Тебе будут сниться бесконечные сны.

Она оторвала ладошку от глаза и глянула на него:

— Конечно, если ты смог пролежать так целых семнадцать лет, наверное, и я смогу протянуть парочку месяцев.

Джеку было очень грустно, но он пересилил себя и улыбнулся: Элибер протянула ему кусок пиццы и прибавила:

— На! Я тут принесла для тебя кое-что, правда, совсем немного.

Кусок пиццы был совсем маленьким, но больше есть было нечего.

ГЛАВА 11

У Сэди были свои определенные принципы. Так, например, она считала, что ко всему в жизни нужно быть подготовленной. В стерильно белой комнате предварительного осмотра перед холодным сном стояли колдунья, раввин и христианский миссионер. Еще несколько человек поодаль от них разговаривали тихо и печально. В дальнем углу комнаты убитый горем муж прощался со своею черноволосой женой. Элибер дрожала от страха и прижималась к Джеку. Шторм с любопытством посмотрел на миссионера в длинной черной рясе с огромным золотым крестом на шее. Миссионер перехватил взгляд и с раздражением спрятал крест за пазуху.

Элибер хихикнула:

— Послушай, кажется, он думает, что ты вор.