Catherine de Froid - Боги от науки

В комнате, где сидели мальчики, появился Женя:

— Что, решили все–таки вторгнуться в умы невинных людей? — поинтересовался он. — Я ведь тоже посылочку получил. И Галина Александровна, думаю, тоже. И не факт, чтобы ей понравилось.

— Прокол… — протянул Костя.

«Необходимость сочетать науку с моралью стара как мир, но, так и быть, спишу все на ваш невинный возраст», — напыщенно ответила Галина Александровна, сидящая в этот момент на педагогическом совете, откровенно скучающая и от скуки решившая поглядеть, как идут дела у ее любимого ученика со товарищи.

Степа поймал настроение Галины Александровны, понял ситуацию, посочувствовал и бомбардировал ее художественной литературой любимого всей компанией жанра (думаю, нет нужды уточнять, что имеется в виду).

«Не пристало мне на старости лет уподобляться нерадивым ученикам, — попыталась обидеться Галина Александровна. — Впрочем, я в свое время тоже не была образцом внимания и вежливости».

Тут ей пришлось отвлечься: у учителей дошли руки до некой «гордости школы», замеченной при вылезании из окна и несанкционированных полетах. Костя заглянул одним глазком: нет, не Саша. Ползет зараза по школе…

«Останавливай, что ли, время, когда нарушаешь правила», — посоветовал он жертве педагогов. Она благодарно кивнула, прочитала, судя по ощущениям, какое–то количество его мыслей с инструкциями (видать, в экстремальных ситуациях мозг работает быстрее) и исчезла с педсовета, оставшись в памяти только у Галины Александровны. Последняя позволила себе некоторую долю зависти, после чего не удержалась, подошла к окошку и приготовилась повторить подвиг ученицы.

— Извините, здесь душно, — оправдалась она, взлетая.

«Что происходит?» — подумала математичка прямо в мозг сидящей рядом химичке (наверно, от неожиданности).

«Спроси что полегче, — ответила последняя таким же образом. — Например, как у нас получается так разговаривать».

«Наверно, эти два вопроса все–таки связаны».

«Есть только один способ это проверить».

Две учительницы предались левитации, а потом с весьма удивленным видом растаяли в воздухе.

— Наверно, кто–то из учеников пронес в помещение психотропные вещества, — предположила учительница ОБЖ, дама старой закалки.

— Чует мое сердце, не все так просто, — ответила директриса. — Спросим лучше у наших коллег, а сейчас продолжим наш совет.

— А прогресс–то идет! — обрадовался Костя, наблюдавший за этим зрелищем.

— Хорошие у вас учителя, — прокомментировал Женя. — Настоящие исследователи.

— Спасибо, — поблагодарила сидевшая рядом Галина Александровна.

— Спасибо… — отозвались математичка и химичка, вываливаясь из воздуха. — Ой, Галина Александровна, мы за вами сунулись, а вы, оказывается, в кругу семьи… Извините!

— Нет, я не в кругу семьи, хотя и надо бы. Давайте, что ли, знакомиться. Вот только друг с другом или с открывшимися возможностями?

— Давайте со всем и по порядку.

— Давайте.

Глава 9

«Замыкая круг, ты назад посмотришь вдруг…» — играло в голове у Кости.

В школе отмечали 8 марта, там, на концерте, Костя и услышал эту песню. Как ни странно, впервые. И теперь она не хотела его отпускать.

Еще думалось, что быстро время летит. Скоро и год кончится, Степе с Женей надо поступать. Ничего, конечно, в их посиделках не изменится, но все равно — важная дата. А потом, наверно, надо будет отметить год с тех пор, как Костя открыл в себе способности, недоступные большинству людей.

«Замыкая круг…» — снова взвыло в голове. Костя задумался по старой схеме: что такое для него — замкнуть круг? Прожить долгую, насыщенную жизнь, порядком от нее устать и вернуться в те времена, когда способности еще не открывались, сделав все, чтобы они на этот раз и не открылись. Интересно, как сложились бы судьбы тех, кого за эти полгода с лишком посвятили в круг (опять «круг»!) «избранных» — «наделенных силой». И интересно, есть ли шанс в одно серое утро проснуться и обнаружить, что все ему приснилось. Не то чтобы Костя этого хотел: страх перед будущим и ответственностью его еще не грыз. Просто интересно.

Не надо замыкать круг, решил Костя. Время течет линейно, пусть хоть в чем–то его течение не будет нарушено. Наоборот, круг надо расширять — если вести речь о круге «тех, кто…» — богов от науки. А свои мысли (это уже в адрес навязчивого внутреннего голоса) надо додумывать, развивать и иногда выпускать за пределы собственной головы: все равно когда–нибудь придется писать мемуары, надо тренироваться.

Костя открыл свой внутренний плеер, выбрал там какую–то песню Linkin Park и спокойно заснул.

Часть 7. Компания отрывается

Глава 0

На очередные посиделки в квартире у Кости пришла не только троица основателей и Галина Александровна, но и Саша. Как–то незаметно она вошла в «ближний круг» (пользуясь терминологией Евгения Красницкого, творчество которого вдохновляло Степу и Сашу на продолжение поисков славы), в который не вступала ни Нина Петровна, ни Костин отец, хотя их присутствию все были бы только рады. Впрочем, никто не задавал себе вопроса, что она здесь делает. Причин у «крылатой богини» (как ее иногда называл ехидный Степа) было достаточно.

Собравшиеся уселись пятиугольником (кому–то из них отчетливо виделась связывающая их пентаграмма) и стали обсуждать, какие меры можно принять, чтобы увеличить число людей, которым открыты все сто процентов мозга.

Дискуссия развивалась весьма вяло, потому что основные приходящие в голову методы уже перепробовали. В какой–то момент всплыли сразу две ключевые фразы:

— Надо разделиться, — предложил Степа.

— Говорят, наибольшего результата достигаешь, когда просто работаешь в свое удовольствие, — задумчиво проговорила Галина Александровна.

Между этими предложениями прошло достаточно времени, но именно они связались в воображении всех пятерых и привели к решению: пусть каждый выберет себе занятие по душе на ближайшие пять лет и просто живет в свое удовольствие. А друг от друга, наверно, пора бы и отдохнуть.

— Пять лет?! — переспросила Саша. — За эти пять лет наша жизнь столько поворотов сделает, что мы друг друга и не найдем. Я даже не знаю, куда поступать буду.

— А зачем нам жить эти годы своей обычной жизнью? — удивился Женя. — В обычных условиях я бы без вас не смог. Выбираешь себе новую эпоху, создаешь новую себя — и в путь. Извините, меня по вечерам на пафос пробирает.