Уильям Форстчен - Wing Commander: Битва флотов

- Нет, далеко не все, - воскликнула Элен. - Я хочу мира, и я хотела бы верить Барону, но я понимаю, вас капитан.

- Меня зовут Ясон.

Она улыбнулась. Ясон заметил выражение крайнего неудовольствия на лице Торна. Ему явно не нравилось что кто-то в его окружение вдруг переметнулся к "врагу".

- Тогда черт возьми, если вы так хотите войны, то почему вы пьете здесь с этим килрафи?

Ясон звонко рассмеялся.

- Вы что, так ничего и не поняли?

- Послушай док, - присоединился к Ясону еще один пилот. - Если бы я встретил этого килрафи в бою, там, на линии фронта, я бы грохнул его, не думая ни секунды. Да и он точно также поступил бы со мной.

Кирха кивнул и ухмыльнулся, показав на секунду свои огромные клыки.

- Но тогда это был мой и его долг. Я могу ненавидеть его Империю, я могу ненавидеть то, что она творит. Но по крайней мере обычные коты, служившие на флоте, пилоты и экипажи кораблей дрались честно. Этот конечно не относится к имперским ударным легионам, те совсем другой породы, но этот кил совсем другой, по крайней мере я надеюсь на это.

- Я служил на флоте, - гордо объявил Кирха.

Пилот кивнул.

- И я уважаю его. По крайней мере, он перенес то же что и я: опасность, месяцы ожидания, мгновения парализующего страха. У меня гораздо больше общего с ним, чем с кабинетными философами типа вас, думающими, что они все знают о войне. Такие как вы, профессор, просто вызывают у меня отвращение. Вы думаете, что раз вы доктор философии, так вы уже Бог всемогущий, и каждый встречный теперь должен падать ниц и называть вас доктором. Некоторые самые большие дураки, которых я когда-либо встречал на войне или в политике, часто оказывались в роли учителей. Вы забиваете умы ваших студентов разными глупостями о мире, который вы даже не понимаете, а у вас нет никакого понятия о том, что на самом деле представляет из себя Вселенная. И теперь вы еще нападаете на тех, кто защищает вас от силы, которая размазала бы вас по стенке, будь у нее такая возможность.

- Вы просто еще один ничего не понимающий надевший военную форму хам, - процедил Торн.

Пилот взорвался.

- Я провел четыре года в академии Флота и шесть лет на высших офицерских курсах. У меня образование равное степени доктора в космоинженерии и девять лет войны за плечами, - прокричал он в лицо Торну. - Что касается Кирхи, то всегда и везде я буду при встрече ставить ему выпивку. А насчет тебя, проклятый толстяк - я пойду на смерть, защищая тебя, когда война начнется снова, несмотря на то, что от одного твоего вида меня тошнит!

Торн хватал ртом воздух, неспособный что-либо ответить.

- Идемте отсюда, - заявил он наконец оглядываясь на своих друзей. - Нет смысла о чем-то спорить с такими людьми.

- Что вы имеете в виду? - остановил его Ян.

- Вы знаете, что я имею в виду.

- Нет, не знаю. Просветите меня.

- Торговцы войной, вот вы кто. Вас выкинули за ненадобностью, и вы теперь вы не знаете что же вам делать, и живете теперь как свиньи, получая свою нищенское пособие от налогоплательщиков, таких как я. Если бы я решал эти вопросы, война была бы закончена много лет назад, и средства пошедшие на нее были бы потрачены на вещи, которые действительно чего-то стоят, а не впустую, на все эти ваши высокотехнологичные военные игрушки, не пригодные ни для чего, кроме убийства!

- Я думал, что свобода дорого стоит, - снова включился в разговор Думсдэй. - Много моих друзей погибло за нее. Много моих друзей погибло за то, чтобы вы могли вломиться сюда, изображать здесь туриста и говорить здесь о мире. Что же такое с вами и вам подобными? Вы слишком быстро забываете, насколько дорого на самом деле обходится ваша свобода, а затем проклинаете людей, которые вам ее дали. Неудивительно, что я всегда в депрессии, - произнес он и отвернулся.

- Теперь я вспомнил, где я слышал ваше имя, - продолжал Торн, забыв про Думсдэя и поворачиваясь к Ясону. - Это не тот голофильм, вы - один из ставленников Толвина. Он типичный представитель тех мерзавцев, о которых я только что говорил, и он получил именно то, что он заслужил. И я действительно согласен с Бароном, - его место на виселице!

Еще до того, как он закончил свою тираду, он понял, что слишком перегнул палку. Ясон вскочил со стула, и Ян с трудом удержал его от рукоприкладства. В баре стало тихо, как в могиле.

Торн отступил на шаг.

- Пошли, уходим отсюда, - засуетился он и пошел к выходу, безуспешно пытаясь демонстрировать свою браваду. Уже в дверях он оглянулся через плечо.

- Элен?

- Давайте Торн, убирайтесь отсюда! Или вам еще этого мало?!

Торн выскочил наружу и нарочно повышая голос, опять начал поносить Толвина и его сторонников.

Ясон развернулся обратно к стойке, когда Элен подошла к нему.

- Простите, Ясон.

- Почему бы вам не уйти, - сквозь зубы процедил он, пытаясь подавить гнев в своем голосе.

- Ясон, - тихо произнесла она коснувшись его плеча.

Он просмотрел на нее и дернул плечом, стряхивая ее руку.

- Он свихнувшийся идиот, - эмоционально всплеснула руками Элен.

- Я назвал бы его по-другому, - сказал Кирха, показывая свои зубы.

- Слушайте, Ясон, всегда бывают люди похожие на него.

- Да, конечно, однако, похоже он ваш большой друг.

Она тихо рассмеялась.

- Да, как черт. Он - профессор в каком-то идиотском комитете, созданном для осмотра и передачи нескольких военных баз, здесь на Луне, под гражданские нужды. А я тут, что бы освещать это грандиозное событие.

- Репортер?

- Да, я журналист, и мой журнал хочет, чтобы я сделала очерк об этом проекте. Вот как я оказалась с ними здесь этим вечером.

- Прекрасно, еще один представитель журналистской касты, - пробормотал Думсдэй.

Элен пожала плечами.

- Нет, далеко не все мы такие, - ответила она, - и то, что здесь говорил Торн, несколько отличается от того, что думает большинство людей. Несомненно, мы хотим мира, но большинство из нас, включая меня, все еще подозрительно относится ко всему этому. И скажу больше, да, существует много придурков подобных Торну, разносящих эту чушь по университетским городкам и раздражающих студентов до белого каления. Но он не может восприниматься всерьез любым здравомыслящим человеком. Девять из десяти гордятся вами. Мой старший брат был десантником, он побывал в двух операциях, после второй стал инвалидом. Обычные люди не говорят много об этом, но они чувствуют это в глубине души, - слезы навернулись на глазах, когда она произносила последнюю фразу.

- Да, но если судить по газетам и службам новостей непохоже что бы все так думали, - сказал Ясон.

- Вы знаете, и я знаю, что вся правда никогда не будет рассказана, и разве ваша мать никогда не говорила вам, что не стоит верить всему, что написано?