Р. Эйнбоу - Экипаж Большого Друга

Герке затрясся, закрыв лицо руками, в припадке беззвучного смеха. Я недоумевал — ничего смешного не сказано. Наконец, он смог выговорить:

— Я пройду, и ничто меня не остановит. Пароль доступа к сети МТ-кабин. Когда кто-то не знает, короткого адреса, он может вызвать подробное меню с его помощью. Знающий пароль, по умолчанию имеет первый уровень допуска. Алёнушка, вам просто сказочно повезло. Ещё один пример безграмотного пароля.

— Ну да. Прямо передо мной развернулся список, я ткнула пальцем в базу номер один, голос пригласил пройти в кабину и даже стрелочку в воздухе нарисовал. Зеленую. Потом я спросила, как попасть на борт Друга, меня проводила такая же стрелочка в другую кабину. Ну а дальше вы знаете. Мне потребовалось всего минут пятнадцать на дорогу, может, даже меньше.

К концу рассказа развеселились все, даже Димка усмехнулся пару раз. Хорошее начало рабочего дня, который и не кончался — про себя пошутил я. Но к делу:

— Итак. Что мы имеем на данный момент. Мирон, ты уверен, что мы сможем привлечь внимание гостей?

— Могу лишь утверждать, что сигнал дойдёт до них, а уж какова будет реакция, — он развёл руками. Упреждая мой вопрос, добавил: — Им до нас ещё часов десять, думаю, часа через три надо начинать передачу.

— Хорошо, — я вспомнил один важный момент. Обратился к полковнику: — Иван, показывай этот свой вакуум шлейф, жуть, как интересно.

— Есть. Чарли, орудие к бою, — он развернул своё кресло, опустил руки в сенсорное поле. — Внимание на обзор.

Прямо по курсу Друга возникло полотно ядовито розового сияния. Расходясь углом градусов в десять, оно быстро росло в длину. Иван комментировал:

— На самом деле мухобойка невидима, Чарли раскрасил её по своему вкусу. Слышь, комик, поменяй цвет на синий, а то меня мутит. И выпусти пару мишеней.

Полотно окрасилось синим неоном, а в пространстве зажглись две новые звёздочки — метки целей. Управляемая Иваном мухобойка, слегка изгибаясь, отклонилась сначала влево, потом вправо, легко сбила с курса обе цели и замерла, колеблясь, как лист тонкой бумаги на слабом сквозняке.

— Вот, собственно, и всё. Таким манером можно смахнуть любой объект, вплоть до крупного астероида. Перегрузки, особенно на большом удалении, возникают чудовищные. Всё, что попадается на пути, разлетается в пыль. Недостатки — ограниченная дальность и не слишком продолжительное время непрерывной работы, требует периодической зарядки.

— Уточню — дальность пять тысяч километров, время работы — минут сорок, — вмешался Чарли.

— Хорошо. Мирон, ты наблюдаешь за гостями. У нас тренировка, что там по плану?…

— А мне чем заняться, капитан? — Алёна смотрела на меня немного растерянно.

Прокол. И очень серьёзный вопрос, принципиальный. Всеобщая занятость на корабле — одна из важнейших моих задач, эту нехитрую истину мне вогнали на уровень рефлексов, наверное. А вот надо же — не подумал. Решение, слава богу, пришло быстро.

— А ты, Алёна, займёшься изучением архивов и расскажешь нам, что же такое Проект. Подозреваю, этого здесь не знает в полном объёме никто. Если я правильно понял, у Чарли есть копия материалов, хранившихся в сети Проекта.

Я очень надеялся, что интересующие нас материалы найдутся вместе с технической информацией. Историю сохранять ведь совсем необязательно, но я рассчитывал на проявление доброй воли, может быть.

— Ясно, а где у нас архив? — спросила Алена не без энтузиазма.

Мирон ответил с улыбкой:

— Архив там, где Чарли, а он везде. Можно сказать, мы находимся внутри него.

— Иди в каюту. Там вызовешь консоль, — до меня дошло, что каюты у Алёны ещё нет. — Я провожу тебя.

Мы вышли в коридор, я остановился, постоял немного и направился к себе. В жилой комнате я показал на кресло:

— Присаживайся. Это наша каюта, — я подождал и не увидел реакции, перевёл дух. — Чарли, давай картинку. Работайте, удачи вам.

В рубке запустили программу тренинга. Мирон отгородился от нас «глушилкой», подавляющей посторонние для оператора звуки, и оживлённо общался с Чарли, продолжая наблюдение за гостями.

Мы старательно продолжали вести себя так, будто выполняем какую-то пусть и сложную, но обычную работу. Мы старательно гнали мысль о том, что на самом деле речь идёт о нашем выживании, да и не только нашем. Но то мы — люди прошедшие соответствующую подготовку. Как держалась Алёна, не понимаю. Может быть, женщинам достаточно иметь надёжное убежище и видеть уверенные лица мужчин? Знала бы она, что скрывается за уверенностью, и каким беспомощным может оказаться Друг, задень его порча. Исчезающе малые частички жизни внутри песчинки, затерянной в огромной равнодушной Вселенной.

Глава третья

Я проснулся от лёгкого толчка в плечо. Так Чарли обычно будил меня, если ещё не наступило время подъёма. Замечательная вещь — кровать с компьютерным управлением. Я шёпотом спросил, не открывая глаз:

— Ну? Что там?

Понятно, что ничего серьёзного. Иначе такой деликатности от киберпанка не дождёшься, он не стеснялся объявлять тревогу, например, в случае повышения радиационного фона или высокой плотности пылевого облака. На то и на другое нам одинаково наплевать, но инструкция превыше всего. Я усмехнулся — правила, написанные людьми, столь от нас далёкими, что для этого района галактики и вовсе не существующими.

Умничка-комп ответил письменно, в воздухе надо мной повисли призрачные зелёные буквы: «Поступило послание с Чуда. Содержание серьёзное. Предлагаю общий сбор. Вывести текст?»

— Не надо. Буди остальных. Сбор через двадцать минут.

Проклиная всё на свете, а кого обрадует подъём в четыре утра (?), я облачился в комбез, вздохнул и погладил Алёну по щеке. Она спала как обычно, доверчиво разметавшись, такая беззащитная, что тревожить её казалось святотатством. Глаза её медленно открылись:

— В чём дело? — голос чистый, будто бы и не спала.

— Кристы нам письмо прислали, Чарли утверждает, что всё серьёзно не по-детски. Если перепутал с поздравительной открыткой, сделаю ему ресет.

Я зашёл в ванную, сполоснул лицо, поводил по нему бритвой, причесался, глянув в зеркало. Оттуда на меня посмотрел довольно суровый тип, к тому же явно недовольный чем-то. Пришлось размять физиономию, чтобы недовольство сменилось обычной миной озабоченности. Подмигнув отражению, я повернулся, было, к выходу, но тут изображение показало мне язык. В ответ я показал кулак и пригрозил: «Дождёшься ты у меня». На самом деле зеркало, как и многие вещи на корабле, часть интерфейса Чарли, чем он и пользуется беззастенчиво.