Евгений Торопов - Хватит ли на всех пирацетама

- Что угодно?

- Понедельник начинается в субботу!

- Это вы ко мне в прошлом месяце заходили? Не подпишу, даже печать доставать не стану.

- Но почему! Ах ты, господи, и здесь нет правды.

- До вас, - отвечает наш Бюрократ, - приходили десятки умников с подобными идеями. Почему вам охота штурмовать природу, а не идти с ней на равных? Людям просто необходим отдых! Как без отдыха? При этом социальные гарантии... Равномерное распределение усилий... Поступательное движение... Общественное спокойствие...

- Ах! - в сердцах вскрикивает посетитель и, чуть не плача, стремительно покидает кабинет.

- Я не против нового, - вдогонку кричит Бюрократ, но дверь уже закрыта. Тогда он очень тихо говорит: - Не против, но только в том случае, если оно разумно и наперед продумано до третьих последствий.

В огорчении от двух неудач за день он падает корпусом на столешницу прямо на листы раскрытого дела и ненароком задевает локтем кнопку вызова, чего он, по-видимому, не желал. Он тут же распрямляется.

Третий посетитель входит мягко, осторожно озираясь по сторонам.

- Я из Академнаучобщества, - нудным мятым голосом начинает он. - По весне мы посадили на одной делянке два сорта люстранад, а чтобы как-то различать, положили палку между ними. Это были опытные, но очень перспективные сорта. А потом мы убирались в оранжерее и куда-то схемку с названиями затеряли. Ну а кто уж припомнит, как там назывались эти растения, когда их еще у нас сотня... Но очень перспективные! А дети, проказники, бегали и палку куда-то утащили - и мой балбес наверняка с ними, вечно что-нибудь учудят. Так теперь мы в раздумьи, считать ли их двумя сортами или одним? Или повыдергать и вычеркнуть из плана? Или дать новые названия, но тогда они не будут такими перспективными как те. А может...

_____________________________________

Прочитав рассказ, я закрыл книжку и задумался. Потом глянул выходные данные. Мелким шрифтом было написано, что книга отпечатана издательством ИПИ и я припомнил, что "ИПИ" являлось аббревиатурой Института Пробной Истории при АНО, однако это ни о чем не говорило.

- Позвольте, - вдруг взяли меня под правую руку.

- Секундочку, - обхватили левый локоть и повели.

Я схватил волю в кулак.

- Какие основания? Предъявите ордер! Я могу встретиться со своим адвокатом?

Правый подмигнул левому, а левый подмигнул правому, но меня не отпустили, а повели темнеющими дворами.

- Что за нарушения свобод! - воскликнул я.

Левый подмигнул правому, а правый левому и оба продолжали хранить молчание. Спустя некоторое время меня втолкнули в черный проем, где я, скатившись по скрипящим деревянным ступенькам, очутился в глухом подвальном помещении, и спиной ощущая его крохотные размеры.

- Жожа, а где ключ, - раздался голос.

- У меня.

Тут же раздался мелодичный удар колокольчика и передо мной растворилась дверь вместе с секцией полок под консервированными овощами и залитая ослепительным светом, явилась само совершенство, что я даже зажмурился попервоначалу.

- Милости просим, Феодосий Никанорович, - пропела совершенство Королева Татьяна. - Я знала что вы Ищущий, а значит когда-нибудь придете к нам.

Она взяла меня за пальцы и ввела в светлую уютную и даже богато отделанную залу, несмотря на то, что содержалась она, по всему видимо, тайно, в подполье старого дома. Вдоль стен комнаты на меня жадно смотрели пар десять любопытно горящих глаз.

- О, эти смешные Жожа и Зюзя! Верно они вам ничего не объяснили, они такие застенчивые. Когда они имеют что сказать и не знают с каким величием обратиться, они молчат. Правда?

- А я мигал Жоже, - сказал Зюзя, - чтобы он первый.

- А я Зюзе мигал.

- Это точно, они перемигивались между собой, - подтвердил я. - Но теперь-то объясните куда я попал!

Обведя глазами залу, я заметил Васю Заодно и кивнул ему как старому приятелю.

- Вы помните нашу предыдущую встречу? - лукаво спросила Королева Татьяна.

- О! - покачал головою я. - Восхищение, в котором я пребывал от Вашего великолепия!.. Подождите, кажется припоминаю... Кружок Истины!

- В Последней...

- Инстанции!

Как только я произнес последнее слово, точно онемение воцарилось среди нас, я видел застывшие улыбки, расширенные глаза, а Королева вдруг зашептала:

- Тсс! С этого момента я запрещаю вам говорить кому бы то ни было и где бы то ни было название нашего Кружка. С этого момента вы - один из нас и высоким духом поиска цели бытия призваны хранить тайну. Я сказала.

- Можно задать вопрос? - молвил я. - Не сомневаюсь, что все это не театральное представление и не розыгрыш, а тогда почему никогда не интересуются моим мнением?

- Постойте! - (здесь говорила, похоже, одна Королева). - Вы, что ли, против братства?!

- Не поняли меня! Интересных людей я не чураюсь, но...

- ...Но? Феодосий Никанорович! Извиняемся, если что вышло не по канонам ВАШИХ общественных норм, но ведь мы ЗАРАНЕЕ знали ваше мнение. Только прошу не спрашивать каким образом.

- Может хватит нюни распускать? - сердито отозвался неприметный человек, стоявший на фоне висевшего на стене расписного ковра. - Он же притворяется, а давно все понял. - Этот человек был до того неприметен, что если бы не его единственная черта сердитость, то я бы и говорящего его не заметил. Тому способствовала и пестрая рубашка под цвет ковра. - Федя, ты садись! Нам тут Пэл до тебя сообщение начал зачитывать.

- Конечно, продолжайте заседание! - воскликнул я.

На диванчике потеснились и я плюхнулся в середину, по соседству с Василием. Зашевелился скромнейший на вид из старичков.

- Пожалуй удобнее будет сначала. Только сообщение - это громко сказано, скорее мысли вслух. Когда я думал над поставленной в прошлый раз проблемой произрастания человеческой сигнальной системы из фантазерства, мысль моя флуктуировала...кха-кха...

Старичок поперхал в раскрытую рукопись.

- ...в такую область... Что такое знания? Знания ведь очень важная вещь для бытия человека и они заключены в большинстве своем в виде записанного слова. В мире записано знаний больше, чем знают вместе взятые люди, потому что человек может записать мысль и через некоторое время забыть (здесь мы говорим не о потенциальном, а об активном знании), а также потому что написанное слово живет дольше автора, а он мог знать что-то, чего не знают другие люди.

А теперь посмотрите что творится с книгами. Допустим, какого-то человека волнует незначительная проблема, при разрешении которой он ощутил нехватку информации. Человек идет в библиотеку и вдруг обнаруживает, что завален книгами приблизительно по его тематике. Тогда:

1) нет книги именно-именно той темы, которая нужна, но зато:

2) книг по соседствующим областям знаний - горы;