Евгений Торопов - Хватит ли на всех пирацетама

- Не хуже товара, - огрызнулся я, но она моментально заткнула:

- Дорасти до него, - и я больше не решался раскрыть рот.

- Ну? - грозно спросила она. Я посмотрел на свою одежду - может где волосинка или жирное пятно, или чего она привязалась, правда. И тогда я, гордо распрямив плечи, не уронив остального достоинства, перешел в соседний, продуктовый отдел.

Здесь продавец была совсем молоденькая и замученно улыбалась очереди в три человека.

- Дайте мне воблы штук шесть, - командовал покупатель. - Нет, эту уберите. Вон, вон,потолще дайте... да вон же... дальше... дальше... Да, эта. Ага. Теперь консерв банки три... Каких? А какие вкуснее?.. Как это не знаете! Ты должна все досконально знать о своем товаре.

- Мужчина, что вы канителитесь? - поинтересовался последний из очереди.

- А я отстоял очередь и имею правО! А вы, гражданин, заткнитесь пожалуйста, отстои с моё!

Я прошелся вдоль витрины, не задерживая взгляда нигде. Заметив краем глаза, что скандальный покупатель ушел и теперь подошла очередь смешливого на лицо, снова приблизился к людям.

Смешливый растянул улыбку до ушей. Сжал губы. Снова улыбнулся, теперь симпатично.

- Почем у вас фунт лиха? - лихо спросил он.

- Сколько вам взвесить? - машинально спросила девчушка, потом спохватилась: - А, извините, пока нет.

- Чего нет?

- Не завозили еще... ну того, что вам надо. Днем контейнер пришел, еще разгружают - может тогда поступит?

- Что поступит?

- В продажу.

- Странно, - удивился смешливый. Он уже не шутил.

- А может кусочек грудинки? Ливер исключительно свежий, - предлагала продавец.

Смешливый еще больше смешался.

- Это... взвесьте мне коробок спичек, нет, даже два... Тьфу, что я говорю. Не правда ли, погода сегодня.

- Погода как погода, - гнусно сказал стоящий за ним. - Поживее нельзя?

Смешливый тем временем вполне оправился.

- Будьте любезны, девушка, мне которая красная пачку листового чая, у которого я вижу ценник, но не вижу что на нем написано. В ваш пакетик. Спасибо. И еще... Ломтик сыра грамм на триста двадцать пять... Ага. Мерси, гуд бай.

Смешливый схватил пакет и поспешил на выход, а я засеменил вначале следом, а потом свернул в следующий, книжный отдел.

В книжном отделе царило безобразие. Еженедельно поступали десятки новых наименований, так что продавцы не только не читали всех книг, а едва успевали знакомиться с аннотациями которые часто не соответствовали смысловому содержанию книги, а значит многие книги были разложены на полках безо всякой сортировки. Обложки были одна другой краше, но и рисунки никак не соотносились с содержанием книг, а названия, за редчайшим исключением, практически ни о чем не говорили. И среди этой пестроты меня вдруг поразила одна книжечка в белой обложке с золотым ободком. Я взял ее механически, само собой раскрылось оглавление и в глаза бросилась целая плеяда знакомых мне имен, первыми среди которых стояли Королева Татьяна, принц Ништяк, Эдмонт-Юрий Яковлевич Говорухин и Василий Памфнутиевич Заодно.

Что-то мне подсказало купить эту книгу и я ее купил. Может оттого, что неотвратимо подкрадывался вечер, дальнейший осмотр магазина мне показался напрасным и я вышел на улицу. По выходе я перехватил чемодан левой рукой, в правую взял раскрытую книгу и, едва идя и едва следя за дорогой, стал читать.

Татьяна, королева Тарантландии

Былица про зрелого Бюрократа

Жил да был на белом свете мудрый почтенный Бюрократ. То есть он был рассудительным и высокообразованным в молодости, за что его, собственно, и утвердили на такую высокую должность, но каких он со временем стал качеств мы не знаем и это-то и хотим выяснить нашим рассказом.

Как и почти всякий, наш Бюрократ имеет приличный личный кабинет в одном весьма и весьма преуспевающем заведении скорее общественного характера. В кабинете кожаные кресла и дубовый стол с письменными принадлежностями фирмы, ценимой столь же высоко, как в свое время Parker или Waterman.

И вот, если мы захотели выяснить, не устарел ли Бюрократ для своей, заметим кстати, очень ответственной должности, то полезно будет подсмотреть с каким усердием и мастерством он выполняет порученную работу. Итак, фиксируем только факты, отсекая комментарии.

* Раннее утро. В кабинете никого, в приемной первый посетитель.

* Положенный час. В кабинете пусто, в приемной средних лет секретарша Бюрократа и двое посетителей.

* Спустя двадцать минут. В окно слышен хлопок прикрываемой дверцы автомобиля и еще через минуту в кабинет входит Бюрократ. Первый посетитель порывается встать, но его останавливают.

- Вас вызовут.

* Кабинет. Бюрократ ставит портфель на пол, сладко потягивается, садится и неспеша достает из стола папки. Смотрит на часы. Снимает верхнюю из стопки папку, листает и в нескольких местах вчитывается. Потом, оставив дело раскрытым, нажимает кнопку вызова.

Первый посетитель входит и с натиском леопарда бросается к столу.

- Олег Семеныч! Не хотят мириться, хоть ты лопни. Колпадуки уверяют, что сядут за стол переговоров исключительно в случае, если мы (третья сторона!) им предоставим ужасающие кредиты на восстановление экономики, а...

- Какая сумма?

- Десять миллиардов!!

- Гм. Круто.

- Вот-вот! А бубурлякам все-равно, лишь бы территория за ними - и письменные заверения присылают, а втихомолку пуще прежнего воюют, хотят с большим барышем остаться.

Бюрократ молчит.

- Одни хитрые, другие упрямые... Олег Семеныч! Спасайте своего слугу - за глотку берут. Четвертая сторона на грани бешенства.

Бюрократ молчит, медленно перелистывает дело, потом с видимым усилием произносит:

- Бубурляки захватили пункт "икс-7"?

- В том-то и дело, что нет!

- Вот что, - говорит Бюрократ после долгой задумчивости. - Подождем еще неделю...

- Как! - гневно вскрикивает посетитель. - Это конец!

Бюрократ хочет сказать, но его перебивают.

- А я так надеялся! Неужели вы меня морочили эти два года? Да-да-да, теперь я все отлично понимаю, вы тянули резину, а я все это время оставался в дураках!

Посетитель решительно встает и идет вон.

- Завтра же беру на себя все полномочия!

- Послушайте, - наконец вставляет Бюрократ, - вот-вот должен наступить момент равновесия, а вмешаться именно теперь равносильно верному проигрышу.

Посетитель высокомерно оборачивается.

- Эти самые слова я слышу третий год! - и выходит, хлопая дверью.

Бюрократ обхватывает голову руками и сидит. Долго сидит. Второй посетитель все ждет, наконец не выдерживает и силой врывается в кабинет.

- Мне только оттиснуть печать, а я все утро дожидаюсь!

- Что угодно?

- Понедельник начинается в субботу!