Ирина Юрьева - Врата жизни

Красота Нессы, такая отстраненная и утонченная, словно лишенная грубой земной плоти, напрочь исчезла. Она была воином духа, который сражается, напрочь забыв о себе. Я могла бы поклясться: в толпе не найдется мужчины, который, следя за ее схваткой с “червем”, на миг допустил бы мысль, что Несса – девушка, что ею можно увлечься, и что она может создать семью.

Номер был кратким, так как Ванесса смертельно устала. Уже ощущая предел сил, она попыталась спустить “змея” мягкими кольцами в вазу, но ей не хватило энергии. Белый “червь” вдруг замер в воздухе и громко шлепнулся вниз, обдав Нессу фонтаном брызг. Длинная белая лужа во весь помост и куча мелких “клякс” вызвали громкий смех…

– Браво, Ванесса! Прекрасный финал! – громко крикнула я, обернувшись к собравшимся и посылая в толпу очень мощный заряд восхищения.

– Великолепно! – взвыл Марк, повторяя мой ход.

Нужно было хоть как-то исправить конфуз, не дать людям понять, как сейчас оплошала Ванесса. Потом я ей выскажу все, что сочту нужным, о безответственной выходке. Завтра Нессе придется отстирывать синюю ткань щеткой и порошком, затирать свои мерзкие пятна красителем и бормотать заклинания, чтобы суметь привести дорогой покров в первоначальный вид. Завтра! Сегодня толпа должна верить, что так и задумано. Маги уже оценили просчет, но другим ни к чему понимать, что случилось на синем помосте.

Ванесса, ничуть не смущаясь досадной промашкой, махнула толпе, послала поцелуй и надменной походкой направилась к столику наших почетных гостей. И я вдруг ощутила, что Несса ничуть не жалеет о сделанном.

– Это не важно! Не важно, что я оплошала. Я делаю то, что хочу. Я добьюсь своего, разовью “дар”! Никто не посмеет сказать, что он слаб! Силен дух, это главное. Я не смиряюсь, не каюсь… Не плачу! Я знаю, чего добиваюсь! – казалось, вещала она каждым шагом и каждым движением гордо откинутых плеч.

Это был миг прозрения. Я поняла, что Ванессу простят. Безрассудный напор и способность не видеть преград поначалу смущают, однако потом вызывают к себе уважение. Тот, кто может себя посвятить одной цели, забыв обо всем и отрекшись от мелочных радостей, должен найти свое место.

Ванессу смогли оценить. В тот стандартный набор, что вручается каждому, Нессе добавили личный знак группы Порядка, который давал ей особое право на часть привилегий именно этого клана. И острую шпильку-кинжал. Смертоносная сталь и ажурный рисунок головки с прозрачным топазом… Красивая штучка. Оружие избранных!

Карстон, Эйлин и Рид вышли вместе. Оранжево-красная медь очень жесткой парчи… Странно-мертвенный блеск золотистой латуни… Глубокий покой серебра… Три металла из недр? Нет, не то… Три стихии! Оранжево-красный огонь, испускающий ввысь языки и швыряющий искры, который не может не рваться вперед, не сносить все вокруг, не сжигать дотла… И серебристая влага воды, неподвижно манящей мучительно темной загадкой сокрытых от взора глубин… Их борьба! Борьба двух неразрывных начал, что враждебны друг другу, однако способны творить только вместе. Друзья-враги, двое соперников! И золотистый, податливо-мягкий металл… Огонь плавит его, а вода охлаждает, дает шанс застыть нужной формой.

Ребята прекрасно сумели раскрыть суть конфликта, не двигаясь с места. Иллюзия схватки и творчества с помощью алых и белых спиралей, волн, вспышек, полос, прорезающих воздух над их головами.

Блестящие “медные” латы, на фоне которых оранжевый плащ бьется бешеным всполохом, жутким костром… Серебристый шифоновый шарф, перетянутый тройкой объемных узлов, и рубаха поверх черной кожи штанов в крупных, броских заклепках металла… И стройная девочка, Эйлин, в своих облегающих брючках и длинном прямом пиджаке с жутким вырезом прямо под грудью… Блестящая ткань превратила ее в золотистую статую, некий живой результат непрерывной работы огня и воды.

Обнаженный животик, изящным пупочек с кольцом… И шлем-маска, закрывшая верхнюю часть лица… Цепь сверкающих лампочек, вделанных в маску, дающих эффект драгоценных камней… Эйлин в тройке была самой младшей, к тому же не слишком уверенной в собственной силе.

Она, Эйлин, жаждала блеска и славы, мечтала пленять, но боялась открыться навстречу опасному миру. Такой хрупкий винтик огромной машины, который мечтает занять свое место для избранных, но опасается быстро сломаться… И два взрослых парня, готовых ее поддержать на нелегком пути, потому что сильнейший обязан помочь слабой и беззащитной… Какой мощный образ!

Горсть мерцающих звезд, напоследок слетевших в толпу из рук Эйлин, понравилась всем. Эта тройка имела успех. Куда больший, чем все предыдущие. Но появилась Сабина…

Атласное белое платье, покрытое слоем округлых прозрачных бус, плотно прижатых друг к другу, на первый взгляд, было излишне объемным. Однако Сабина отнюдь не боялась казаться крупнее, массивнее, чем была.

Пара шпилек, подобных антеннам, украшенным гроздью-гирляндой хрустальных шаров, поднимали ее светло-русые волосы, вверх, обнажая красивую шею. Шары-серьги нежно мерцали… Отдельные мелкие стразы на свежей коже лица и открытых рук были как отсветы бусин прически и платья.

Достоинство… Стать… Красота… На помосте была… Королева Снегов? Или, может, Хозяйка Хрустальной Горы? Белизна и спокойствие… Сила, величие, шарм взрослой женщины… Властной. Уверенной. Мудрой.

Сверкающе-яркая тройка Огня, Металла, Воды, вдруг потухла, уменьшилась, сжалась пред этим степенным величием истинной Женщины.

Сабина только прошлась, но толпа замерла, ощущая почтительный трепет. Ей было не нужно показывать что-то, доказывать… Никто не смел усомниться в том, что перед ними Волшебница. Она не унижала, но и не пыталась снискать благосклонность собравшихся. Просто прошлась, дав им шанс рассмотреть себя. А потом вскинула руки, и белый прозрачный вихрь мощной метели взметнулся из сжатых ладоней. Взлетел, покружил по толпе, возвратился назад, обернул ее легким и нежным покровом танцующих хрупких снежинок, и сгинул.

Иллюзия? Как и у трех предыдущих. Зачем тратить силы на лишние фокусы, если ты знаешь себе цену? Нужно развлечь людей чем-то забавным? Пожалуйста! Главное, чтобы красиво. И просто, без лишних затрат. Настоящая магия? Это не тот случай!

Сухой размеренный треск, перекрывший гул зрителей, был для меня лучшей музыкой. Лучшие гости не хлопали, для этой цели у них были плоские палочки. Соединяясь друг с другом, они издавали весьма специфический звук, не сравнимый ни с чем. Он-то и заглушил общий гомон.

Помимо обычных призов и конфет (все коробочки были намного скромнее шкатулки Марго), Риду с Карстоном дали часы. Циферблат был устроен так, что их хозяин не только знал время, число, месяц, год. Десять кнопок на жестком ремне позволяли использовать эти часы и как простенький телепорат без экрана.