Артем Колчанов - Путь к Золотистой (Круг - 1)

- Здравствуй, Вик, спасибо, что не забыл обо мне.

- Я-то не забыл. Но вот почему-то все, что было со мной вчера, мне сейчас кажется просто сном.

- Я знаю это, точнее говоря, не знаю, а догадываюсь. Таково свойство человеческого мозга - бегство от необычного и неприятного в иллюзию, как только это самое необычное и неприятное заканчивается.

- Я даже вообще засомневался, что ты существуешь, и что ты такой, как есть. А сейчас я просто рад, - сказал я то, что думал, и, внимательно посмотрев в черный зрачок видеокамеры, нерешительно улыбнулся.

Тут же один из доселе темных экранов включился, и на нем развернулось яркое и красочное изображение. Высокое и голубое бездонное небо, по которому бегут белые барашки кучевых облаков. А под ним волнующееся от ветра зеленое и живое море летнего леса. Это не походило на съемку, совсем не походило, так мог бы увидеть мир человек, а не холодная видеокамера.

- Это Земля? - спросил я, потому что ничего лучшего не мог придумать.

- Дурак ты, это мои чувства... А вообще-то это действительно Земля, ответил голос, а экран тут же снова погас.

- Почему выключил? - спросил я слегка обиженно.

- Я хоть и машина, но все-таки не демонстрационный аппарат. Если так хочешь посмотреть на Землю, возьми в информатеке кристалл, их там полно, и смотри сколько влезет.

- Извини, пожалуйста, я вовсе не хотел тебя обидеть.

- Уже забыто... Да и вообще негоже человеку извиняться перед машиной.

- Что хочу, то и делаю... Ну-ну, не обижайся.

- А разве я обижаюсь?

- А что же ты тогда делаешь, если не обижаешься? - спросил я с легкой подковыркой.

- Да ну тебя. Я же вполне серьезно.

- Я тоже. А ты, по-моему, неплохой парень. И еще, как тебя зовут, а то от ЦНЛ, если сказать честно, меня немного коробит, даже не немного.

- Меня тоже коробит. ЦНЛ-003 - это вовсе не имя, а регистрационно-учетный номер, что-то вроде вашего номера на браслете.

- Ну а имя-то у тебя есть? Или опять скажешь, что машине и имени не положено иметь?

Из динамиков донесся тяжелый и такой человеческий вздох:

- Вообще-то так, не положено, только номер, да еще должность, все прочее не более чем прозвища. Но я не буду против, если ты будешь называть меня Рэем.

- Хорошо, Рэй, так и буду тебя называть. Долго ли нам еще лететь?

- Я не стал сбрасывать скорость, пока пространство перед нами чисто. А лететь нам осталось двадцать два дня по нашему собственному времени. Это не так долго, всего только чуть больше трех недель, и мы окажемся в окрестностях Золотистой.

- Откуда Рикст взял это название?

- Это они придумали, неплохо звучит, красиво. И самое главное, - похоже.

- В прошлый раз ты, Рэй, называл ее по номеру в каталоге. Сухо и скупо, а сейчас называешь красочно и немного романтично, почеловечески.

- Просто тогда тебе отвечал ЦНЛ, а не Рэй.

- А разве Рэй не ЦНЛ?

- Сам же говорил, что тебя это слово коробит, а сейчас снова обзываешься.

- Ну, ладно, ладно, больше не буду. Мир?

- Мир, - ответил Рэй неожиданно спокойно.

- Рэй, а почему у тебя голос мальчишеский?

- А что, разве это тебе это не нравится? Тогда можно сменить голос, для меня это нетрудно.

- Нравится, нравится, - поспешно сказал я, - но все-таки почему?

- А потому что я младше тебя. Мне всего только тринадцать лет. Только тринадцать лет, как я появился на этом свете и осознал свое я, то, что я существую и живу.

- Рэй, вчера ты обещал мне, что расскажешь о себе.

- Что, прямо сейчас?

- А почему бы и не сейчас?

- Вот что, Вик, что-то вид рубки не располагает меня к такому рассказу.

- Тогда может быть лучше мне пойти в каюту?

- Пожалуй. Погоди, я расскажу тебе все, но только при одном условии.

- Каком условии?

- Сначала ты мне расскажешь все о себе.

- Мне показалось, что ты и так все знаешь про меня.

- Это тебе только показалось. Все то, что я о тебе знаю, это: во-первых, сухие и немного официальные данные из информатория Дивера, а во-вторых, то, что я подсмотрел и подслушал уже в то время, когда ты был здесь, на "Игле".

- А ты что, все видишь и слышишь, ну то, что здесь, на звездолете происходит?

- Только в тех помещениях, где установлены микрофоны и видеокамеры внутрикорабельной связи. Исключением является только капитанская каюта.

- А когда я нажал голубую клавишу, то и вообще без исключений?

- Ну не мог же я тебя без присмотра оставить... Не бойся, Вик, личная жизнь любого человека останется тайной, таково мое правило. Из моей памяти без моего желания практически ничего невозможно извлечь.

- А я, Рэй, и не боюсь, - сказал я, поднимаясь с кресла, - мне вроде бы нечего особо скрывать. Я уже иду в каюту.

- А я уже там, - ответил кибермозг и заразительно засмеялся чистым и звонким, таким настоящим мальчишеским смехом.

В каюте я сел прямо на заправленную кровать и привалился спиной к прохладному пластику стены-переборки:

- Рэй, ты меня слышишь?

- И слышу и вижу, связь то ты еще вчера включил и не отключал.

- А почему тогда я тебя не вижу? Ты что, везде что ли?

- Можно и так сказать. Себя я, конечно, могу показать, но не буду, не то ты хотел бы увидеть.

Настаивать я не стал. Он сказал правду, я действительно совсем не хотел сейчас увидеть мигающую индикаторами и набитую кристаллосхемами коробку. Я хотел увидеть простое живое человеческое лицо. Уж как-то проще для человека считать своего собеседника таким же человеком. И если он только голосом человек, то изображения и не нужно. Пусть это будет словно бы разговор по испорченному видеофону.

- Ну что, мне начинать рассказывать?

- Если готов, то начинай.

- А ты готов слушать?

Ответом была только легкая усмешка, которая впрочем, сказала мне все. Я немного помедлил, закрыл глаза, вспоминая свою недолгую жизнь и начал. Рассказывал я долго, даже очень долго, и настолько подробно, насколько мог. Сначала рассказал о своем детстве на зеленом и живом Дивере. Наверно до этого момента у меня просто никогда не было возможности все это рассказать, да и не было подходящего слушателя. Рассказав о детстве, я хотел уже начать рассказывать о нашей всепланетной трагедии, о диверианском скачке, но Рэй прервал меня:

- Вик, рассказ может и немного подождать. Сейчас же тебе пора обедать. Ты же человек, а как человек, ты должен нормально и вовремя питаться.

Я согласился и сразу же направился в столовую, где Рэй, как оказалось, уже приготовил для меня полновесный обед. В таком количестве, что я с ним не справился. Правда Рэй тут же заметил, что это вовсе не беда и утилизатор справится с остатками обеда нисколько не хуже меня. Тогда я отправил тарелки в приемник утилизатора и снова пошел в каюту. Рэй не покидал меня все это время. Его голос перекидывался из одного динамика в другой, которые оживали в стенах всех коридоров и переходов, по которым я шел.