Юрий Яровой - Четвертое состояние

Но вот что для меня, глубокоуважаемый Геннадий Александрович, оказалось новостью. Вы обратили внимание на такую мысль Колющенко: «Мы полагаем, что живой организм следует рассматривать как гигантский кристалл, обладающий полупроводниковыми свойствами, имеющий сложную структуру энергетических зон на различных уровнях организма»? Поскольку одна из ваших книг посвящена проблемам строения кристаллов и вообще истории этой проблемы, вы знаете, что для кристаллов главный закон — решетка. Эта решетка как каркас для современных железобетонно-сборных домов. Я в свое время много думал над этим феноменом кристалла. Придумал даже оригинальный способ выращивания любых кристаллов при помощи маленькой затравки (авторское свидетельство на этот способ и на саму установку я получил пятнадцать лет назад). По моему способу можно выращивать даже драгоценные камни — я в этом уверен. Для этого нужно лишь создать нужную минеральную суспензию (суп из элементов, проще говоря). Но сейчас я не об этом. Сейчас я вот о чем хочу с вами посоветоваться.

Когда я пришел к выводу, что принцип самороста кристаллов имеет всеобщее для Природы значение, я понял, что сделал новое крупное открытие, которое должно раскрыть тайну образования Материи, точнее, ее трех первых видов — твердого, жидкого и газообразного. Как это происходит по моей научной концепций? Вся Природа, весь ее геометрический объем, как вы, возможно, помните, согласно моей первой научной концепции, которую я закрепил в своем труде «Четвертое состояние вещества» (1944 г., на фр. языке), наполнена атомом- икс. Однако не как попало, как я думал вначале (1944 г.), а в виде особого каркаса — точно такого же, какой нам представляет любой кристалл. Я еще не пришел к окончательному выводу, что заставляет атом-икс образовывать в мировом пространстве эту сетку-каркас, которая пронизывает буквально каждый кубический миллиметр Природы, и нас с вами тоже. Тут есть над чем подумать. Но у меня нет никаких сомнений в том, что вся Природа — все ее звезды, планеты, а на планетах материки, люди и все прочее, — все это образуется и вырастает подобно кристаллам вокруг каркасной сетки из атомов- икс. Согласно моей концепций, каркасная сетка из атомов-икс есть основа, как бы чертеж самой Материи.

А теперь сравните мою концепцию с тезисом Колющенко: «Мы полагаем, что живой организм следует рассматривать как гигантский кристалл». Плагиат? Я правильно думаю? К несчастью, я не успел закрепить приоритет этой моей научной концепции в печатном труде. Чтобы опубликовать свои идеи, знаете, сколько нужно сил и времени? С пенсионерами ведь не особо считаются — это факт. Вот, например, по числу моих изобретений и авторских свидетельств мне давно уже пора присвоить звание заслуженного изобретателя республики. А кто будет хлопотать об этом звании? На заводе, как только я ушел из конструкторского бюро, про меня постарались забыть сразу же — еще дверь за мной не захлопнулась. А адвокаты по рационализации, к которым я обращался, утверждают, что представить к званию может только завод или какая-то общественная организация. Мне с этим званием открылась бы дорога к закреплению приоритета.

Но я опять отклонился в сторону от темы моего письма.

Я вот о чем хочу посоветоваться с вами, глубокоуважаемый Геннадий Александрович. Не могли ли бы вы подсказать мне путь для доказательства приоритета моей концепции о принципе самороста кристаллов как всеобщем для всей Природы? Видите, и эту мою научную концепцию Колющенко тоже приспособил под свою. И уже закрепил приоритет печатно. А от меня скрыл — не прислал эти «Труды Республиканской конференции». Самый простой путь, мне кажется, — опубликовать статью в вашем журнале. Я готов на любые условия: совместно с вами, за фамилией автора (моей), но долю гонорара по договоренности возвращаю вам. Или как-то иначе — как вы придумаете. Жду ваше решение.

В. Гринеев, инженер-изобретатель,

обладатель 16 авторских свидетельств.

7.XI.73 г.

P. S. А кто такая Т. К. Колющенко, которой он на своей конференции предоставил два доклада? Жена? Семейную конференцию, как я погляжу, собрал наш с вами общий знакомый: сам выступил с главным докладом, в котором, научно припудрив, чужие идеи выдал за свои; любовница доказывает физическую верность идей Самого, а жена подтверждает верность экспериментами на людях? Вот как надо пробивать себе дорогу в ученые...»

XXII

«Милая Людмила Михайловна!

Видно, здорово я провинился перед вами — две недели молчания! Целых две недели. Прав был Шоу, утверждая: «Я всегда презирал Адама за то, что он решился откушать яблока с древа познания, лишь будучи искушен женщиной, которую еще прежде искусил змей. Да я бы перекусал все яблоки на дереве — только отвернись хозяин». Так это вы были телохранителем глубокоуважаемого инженера-мыслителя Гринеева на Алкалыкском семинаре? Интересно...

А может, вы молчите потому, что ждете от меня обещанные гранки статьи? Не будет гранок, милая Людмила Михайловна. Хотите знать, что начертил член-корреспондент Волянский, глубокоуважаемый член уважаемой редколлегии славно-популярного журнала «Мысль и труд»? Тот самый член-корреспондент Волянскйй, который так часто любит выступать в «Литературке» по вопросам, что такое лженаука и как с ней надо бороться... Вот что он написал в ответ на милейшую просьбу Гоши Димова одобрить мой опус «Четвертое состояние жизни»: «Тов. Димов! Если вы мне подсунули (?) научную фантастику, то я, простите, в ней не специалист. Если же это вы предлагаете считать наукой, то что же тогда, по-вашему, есть научная фантастика?» И это все жирным красным карандашом наискосок по первой странице моего опуса...

Что нам с вами остается в утешение? В прошлом году разнеслась по Москве молва: член-Корреспондент (имярек) был приглашен с публичными лекциями в Болгарию — осветить горизонты биологических наук. После первой лекции члену нашей уважаемой редколлегии мягко, в высшей степени тактично заметили: «Извините, глубокоуважаемый... но мы с вами заключили контракт на публичные лекции несколько другого характера — о новых идеях в биологии, а не о борьбе с ними. Если вы считаете, что мы ошибаемся в оценке характера ваших лекций, мы готовы уплатить вам неустойку». Слабое утешение, верно?

Так что будем делать, дорогая Людмила Михайловна? Хоть запой объявляй — только с кем, вопрос? Так тошно...

Ваш. И все же ваш...»

XXIII

«г. Победный, Украинская, 27, т. Гринееву.

Уважаемый Владислав Семенович!

Премного благодарен за лестный отзыв о моих опусах. Слышал и похуже. Никогда в жизни не писал в соавторстве — в этом отношении твердо придерживаюсь принципа К. Паустовского, который считал, что писать что-либо в соавторстве — то же самое, что вдвоем играть на одной скрипке.