Барри Лонгиер - Тихая

Впервые она услышало свое имя произнесенным вслух. Как красиво оно звучит в устах отца. Она кивнула, а Думан Амин написал еще какие-то дополнительные знаки.

"Этих букв нет в могаме. Но тебе они нужны, если ты хочешь читать мужское письмо. Их называют гласными." Он объяснил букву И, и показал, как вставлять ее в имя. Передав ей перо, он сказал: "Попробуй сама записать его."

Держа перо, как кинжал, она вывела: ТИЛИЛ.

Думан улыбнулся: "Нет. В могаме слова пишутся справа налево, но в мужском письме все идет слева направо. Поэтому просто переверни строку."

Она переписала слева направо: ЛИЛИТ.

Отец кивнул. Потом нахмурился. "Лилит. Первая жена Адама. Она бросила Адама, потому что отказалась считать себя ниже его." Он повернулся к дочери. "Если верить самым богохульным еретикам, то именно она основала расу свободных женщин. Это Хедия дала тебе такое тайное имя?"

Лилит показала знаками ответ, понимая, что еще раз проверяет отца: "Она назвала мне это имя в тот день, когда была убита. Перед тем, как ее задушили, она написала на каменной колонне: Лилит не будет молчать. Лилит это я."

"Я вижу." Слезы снова затуманили глаза отца, но потом на лице Думана появилась лукавая улыбка. "Легенда утверждает, что Лилит вышла замуж за Шайтана и стала матерью злых духов." Он перестал улыбаться и внимательно посмотрел в лицо дочери. "Когда мы будем одни, можно я буду называть тебя Лилит?"

Она взяла его руку и поднесла к губам. Потом кивнула и приложила его руку к своей щеке. Лицо отца стало серьезнее. "Я научу тебя читать. Даже больше, я научу тебя всему, что знаю о бизнесе, финансах, политике, законах, науке и войне." Он задумался на секунду, потом снова лукаво улыбнулся. "Если я сделаю своим наследником торговца Айба, и Айб станет твоим патроном, ты будешь иметь все, что требуется для обучения. Чтобы учить других. Чтобы что-то начать. Ты понимаешь?"

Лилит кивнула, чувствуя, как у нее кружится голова.

"Не надо никогда и нигде говорить о б этом, и никогда не пытайся читать или писать, пока не окажешься за запертой дверью, а я, чтобы защитить тебя, предоставлю тебе все запертые двери мира." Он еще раз внимательно взглянул на нее. "Если об этот узнают священники, я никого из нас не смогу защитить, ты понимаешь?"

Она кивнула, и глаза отца снова повернулись к пламени. "Может быть, когда-нибудь ты засомневаешься, понимаю ли я, что делаю. Многие думают обо мне, как о безумце, о еретике и глупце." Он медленно повернул голову и заглянул в глаза Лилит. "Но никогда ни на одно мгновение не сомневайся, что я не понимаю, что именно ты сделаешь с подарком на свой день рождения." Он на секунду задержал на ней взгляд, и в отражениях пламени камина Лилит увидела, как Магда снова погружает мир в очистительный огонь. Отец опустил глаза на бумагу и начал объяснять ей буквы и звуки мужского алфавита.