Игорь Волознев - Журнал «Приключения, Фантастика» 1 92

— Все, конец. — Перед глазами запрыгали красные всполохи и неудержимая рвота вывернула Брангора наизнанку; слизистая присосок содержала кадмиевый яд.

Последнее, что он увидел — опускающийся сверху глайдер.

…Данг открыл глаза и неторопливо оглядел номер отеля, стандартный и обычный: стол, два стула, задернутое шторой окно, в углу — платяной шкаф.

Вчера им вручали медали «За особые заслуги». Через каждые пять — шесть лет их вызывают и в обстановке торжественной конфиденциальности вручают очередную побрякушку, получил, расписался, а заодно — напомнят про подписку о неразглашении.

В первый раз прибыли почти все. Награды вручали в десять этапов — тысяча человек в неделю; каждый на что-то надеялся — раз вызвали, значит, не забыли. Вчера же набралось едва более сотни; очень многие за эти тридцать пять лет умерли, другие, просто не захотели приехать. Зачем? Все равно, здоровья от лишнего кусочка металла не добавится, а о подписке каждый и так помнит.

Собственно, Брангор приехал вовсе не ради наград; он записался на прием к генералу Грюнеру, бывшему командиру пехотного взвода, в котором служил Данг. Сейчас, Грюнер, начальник отдела обеспечения

Министерства обороны; он должен помочь. Дангу ведь немного надо — место в пансионате для инвалидов, либо, на худой конец, бесплатное лечение; его скудной пенсии уже не хватает на врачей, да и обслуживать себя стало трудно. Брангор вздохнул и поднявшись, пристегнул стоящий у кровати биопротез. Сегодня в десять он должен быть на приеме; генерал не станет ждать…

— Собственно, чем я могу помочь? — Произнес Грюнер после долгой паузы и, повертев между пальцами карандаш, спрятал его в нагрудный карман, — ведь для оформления вас в пансионат необходимо заключение коллоквиума госпиталя, в котором произведена операция. — И словно ставя точку, посмотрел бесцветными, как лед глазами. — Но, если хотите, можете убедиться, — он высокомерно улыбнулся и нажал несколько клавиш компьютерного пульта. На экране монитора тут же всплыла информация о Данге: «Пехотинец Данг Лэнг Брангор, впоследствии — стрелок боевого глайдера. Прохождение службы с… по… годы. В…году уволен в запас. Данные о ранениях не сохранились.»

— Это информация архивов, — пояснил генерал и фривольно махнул рукой, отключил компьютер. — К тому же, самого госпиталя давно нет, так что… Не думаю, что министр подпишет ваше ходатайство.

— Да, я понимаю. Это была секретная война! — закипая от ярости, Данг вскочил с кресла и несколько раз топнул биопротезом. — А вот эта пластиковая нога? Куда вы ее денете?! А эти легкие?! Эта печень, что никуда не годится?! Это тело, которое все помнит?!

— Уж не думаете ли вы разгласить секретную информацию? — Стальным тоном Грюнер обрубил его истерику и оглядел с ног до головы презрительным, прокаливающим насквозь взглядом.

..Лейтенант Грюнер бросил шашку в термитник и оттуда, и оттуда, как горох посыпались аборигены; детеныши, и взрослая особь женского пола. — Огонь! — Грюнер выхватил бластер и располосовал матку термитов. — Огонь! — И он бросил вторую шашку в лаз.

Данг вдруг почувствовал, что не может стрелять; лицо стянуло судорогой и волосы под шлемом зашевелились. — Это же обыкновенные пацаны: пацаны и девчонки. — Кровь в висках застучала, будто дюжина молотобойцев кинулась разносить изнутри череп. — И пищат, будто земные… на них еще нет панцирей: кожа, как у креолов.

— Что стоишь?! — В глазах Грюнера только белая свирепость. И он с ходу срубил двух детенышей, пытавшихся скрыться в сельве. — Огонь!

И Брангор, повинуясь приказу, начал палить куда попало…

— Так, что, подписка о неразглашении для вас не закон? — Генерал вновь окинул Данга холодным прокаливающим взглядом.

Данг остановился на полуслове, словно от удара по лицу, и с трудом проглотив удушающий комок, снова сел в кресло.

— Нет, законы я признаю, — хрипло произнес он, — но мы уничтожили цивилизацию биогенов, а теперь делаем вид, что ничего не случилось.

— Мы были вынуждены, — равнодушно отозвался генерал, — они управляли НИЧТО, мы — нет. — Он вынул из ящика стола щеточку и смахнул пылинку с рукава кителя, — на запрос о взаимодействии ответили отказом.

— Да-да, конечно, — Брангор уже начал отходить от недавней вспышки, — они начали захватывать наших колонистов.

— Разумеется, — генерал прекратил очищать китель от несуществующей пыли и спрятал щетку назад, в ящик стола. — Все, чем я могу помочь — это единовременная компенсация, в размере тридцати процентов от пенсии.

— Нет, благодарю, — Данг тяжело поднялся и хромая, ампутированная нога снова начала ныть, пошел на выход. Около двери оглянулся: Грюнер — упитанный и самоуверенный словно боров.

И тут же, картинка из прошлого: НИЧТО окружило базу непроницаемым черным кольцом. Лейтенант Грюнер, пуская кулаки направо и налево, прорывается к механическому мосту…

Блангор еще раз окинул взглядом упитанное генеральское лицо и, кивнув, вышел из кабинета.

Покинув департамент Министерства Обороны, Данг направился вниз по широкой парадной лестнице и чуть не сбил с ног своего армейского кореша, оператора связи Ренуара, со странной кличкой — Штабной философ; в свое время они прошли, что называется — огонь и воду, и Данг впоследствии защищал его от насмешек и унижений пехотинцев, обычных по отношению к слабым и странным.

— Данг, дружище, — от Жака перманентно пахло букетом вин, — я знал, что мы здесь встретимся. Ха-ха, дьявол тебя дери! На груди Ренуара болталась новенькая медаль.

Брангор приветственно обнял друга и несколько раз хлопнул его по плечу, лишь затем щелкнул ногтем по хромированной штамповке. — Не стыдно?

— С чего бы? — Жак картинно развел руками, — ты ведь тоже получил это?

— И тут же отправил в мусоропровод, — ернически отозвался Данг и увлек Жака за собой, — но, вообще-то я здесь по другому вопросу… да, разве у них что добьешься.

— Это верно, — Жак снял медаль и спрятал ее в карман, — кому мы нужны? Дело свое сделали, а теперь — забудьте. Но разве такое забудешь?

— Действительно, такое не забудешь никогда, — Данг остановился и в поисках скамейки посмотрел по сторонам; нога вновь начала противно ныть, и в голове зашумело, как перед приступом.

— Да, я ведь не за побрякушкой этой приехал. — Ренуар достал из кармана медаль и бросил ее в урну, — думал, может, встречу наших ребят, тебя, и не ошибся… по этому случаю, Данг, надо выпить.

— Ты же знаешь, мне нельзя. — Брангор направился к стоящей у пирамидального тиса скамье, чувствуя, как сотни разнотональных камертонов плотным роем зазвенели в ушах.