Игорь Волознев - Журнал «Приключения, Фантастика» 1 92

— Вперед! Раздвигаем фланги!

Надрывно засвистели двигатели. Их свист заглушал пронзительный вой сирен.

Отряд засады, клешнями разворачивая фланги, двинул на встречу фронта загонщиков, сжимая кольцо.

— Давай! — в азарте атаки кричал сержант, для которого тоже началось воскресенье.

В самый разгар удовольствия, перед сержантом вспыхнул сигнал связи. Его вызывала центральная база. Сержант с неохотой отозвался.

— Седьмой на связи, — произнес он, продолжая вести охотников.

— Развлекаешься? — спросили с базы.

— По мере сил и возможностей, — ответил сержант, поглядывая вперед.

— У нас тут небольшое дельце, если бы ты согласился, начальство бы тебе зарплату точно удвоило.

— Вряд ли я соглашусь, даже за двойную зарплату, — не отрываясь от охоты, говорил с базой сержант.

— Да, мы знали, что ты вряд ли согласишься, но понимаешь, больше некому. Ты же не оставишь нас в таком положении.

В ответ сержант промолчал.

— Тут дело в следующем, — продолжали с базы, — много уродов осталось по полям, по горам, особенно много в районах экватора. Мы их отловим и перекинем кучей на северную Америку. Тамошняя резервация всего-то на пару недель.

— Знаю я вашу пару недель, — усмехнулся сержант.

— Не больше, а зато еще одно сафари устроишь, ну как, по рукам?

Сержант глубоко вздохнул, Ох как не хотелось ему снова смотреть за

резервацией. Но бросать своих, в бедственном положении считалось в армии последним делом.

— Черт с вами, я согласен, — сказал сержант, понимая, что до конца года ему точно не выбраться из этой дыры.

Александр Логунов. (Сороковиков)

ОСТАВШИЙСЯ — ТАМ

Поминутно срываясь на бег, изнемогая от усталости — ртутью пульсирующей во взбухших змеями венах, Данг, уже который час, едва осознавая себя, брел по сельве Тумоса; успеть на базу надо было до заката, иначе… Данг прекрасно понимал, что — иначе, означает смерть. От бедолаг, оказавшихся в ночной сельве, к утру не оставалось даже скелета.

Омерзительный холод прокатился по взмокшей спине Данга, и он снова прибавил темп; но расчетам, до базы — пять-восемь миль, до заката, в лучшем случае — час.

Контрольный облет, начавшийся рано утром, подходил к концу; командир уже дал приказ к возвращению, как вдруг, эта вспышка, и вместо рубки — рваные клочья оплавленного металла. Данг, его пост в верхнем куполе, инстинктивно надавил на педаль дезинтегратора и рванув клапан катапультированная (словно с щелчком фотокамеры увидев, как обуглился лес на площади двух акров), покинув потерявшую управление машину.

Приземлившись более-менее удачно, Данг выбрался из-под строп парашюта и забрав ручное оружие, направился в указываемую индикатором сторону. Индикатор имел двоякое назначение. Во-первых: излучал короткие волны, по нему могли обнаружить с воздуха, во-вторых, не менее важно, имел лимб, направленный в сторону базы.

Пройдя сквозь обугленный дезинтегратором лес, Данг наткнулся на мертвых термитов, вповалку лежащих вокруг крайсерского мазера. Из-под лопнувших панцирей их тел проступала сукровица денатурированного белка; издававшая мускусный запах, она буквально на глазах застывала изжелта-зеленой пленкой.

— Сволочи, — Данг сплюнул густую слюну и пнул одного из них, — быстро научились пользоваться нашим оружием, даром, что биогены.

Для порядка, выпустив газовую накачку из мазерной пушки и разбив головку энергопатрона, направился в сторону, указываемую радиоиндикатором; снова, он — Данг Лэнг Брангор, бывший пехотинец, а теперь — стрелок боевого глайдера, остался жив.

Брангор перешел на шаг и с надеждой поглядел вверх — не пролетит ли дежурный глайдер, тогда радиомаяк сразу будет запеленгован; но мертвящая пустота прочно поселилась в выцветшем за день небесном куполе. Черта с два, нет на базе лишних машин! — выругался Лэнг и дал из дезинтегратора по сгустившимся впереди зарослям, — За три года угробили кучу техники, а что толку, — и подождав, пока с деревьев осыпется уничтоженная нечисть, снова погнал себя через сельву.

— Вперед, вперед, — страх знобким надсадом дышал в затылок, и Брангор, преодолевая усталость, в который раз обнаружил, что все пределы — относительны. — Вперед! — пот, катящийся из под шлемокаски заливал глаза липкими струями, и Лэнг скинул его, оставшись в одном берете; то же хотелось сделать и с комбинезоном, но прикосновение ядовитых лиан, через минуту сделали бы его покойником.

— Вперед, — Данг уже хрипел в такт чавкающим шагам, механически перепрыгивая через щупальца корней. Не заметил что одно из них ожило… Если бы не усталость, он бы увидел инородность среди корневых извивов; а сейчас, истошно крича и беспорядочно махая бластером, Данг пытался ухватиться за выступы корней, но это было равносильно попытке удержать взлетающий глайдер.

Широкая сизо-черная лента тащила его сквозь сплошные заросли кустарника, в клочья раздирая комбинезон, царапая в кровь лицо; Дангу казалось, что перед ним промелькнула целая вечность, и он, словно попавший в петлю Мебиуса, обречен всегда скользить по ее одномерной поверхности, где верх и низ были тождественны. И сам Данг уходил в вечность.

…Сверху рухнула случайно срубленная бластером ветвь, и Данг, ударившись о нее, начал постепенно приходить в себя; сразу за ветвью длиной с небольшое дерево возвышался холм, поросший травой и кустарником, имеющий в основании нору, диаметром почти в ярд.

Цепенея от ужаса, Брангор заглянул в нее и чуть не потерял сознание; в глубине черной ямы настороженно фосфоресцировали шесть немигающий бусинок глаз. — Крот-осьминог. — Данг начал лихорадочно шарить в поисках увесистого булыжника, забыв, что в другой руке у него бластер, а сбоку пристегнут дезинтегратор. — Сейчас-сейчас, ты у меня… Он и вправду наткнулся на торчащий из земли камень, но второе щупальце молниеносно прикрутило его к ветви, спасшей минуту назад от гибели. Данг до мельчайших деталей ощутил спиной все ее сучки, изгибы и выступы, и безуспешно дернувшись под затянувшимся вокруг груди щупальцем, истошно, до умопомрачения закричал, но скользкая, с шевелящимися присосками плеть, плотным кляпом закрыла ему рот; жгучая боль вдруг ошпарила голень и пропорола насквозь стопу… и Данг рухнул вниз, разматывая обвившие его кольца; в судорожной коме он нажал на спуск бластера, прижатого к правому бедру.

Теперь оказавшись на свободе, Данг без остановки палил в черную нору и жег, жег, жег извивающиеся обрубки щупалец. Ствол уже раскалился до красна, но Брангор все никак не мог остановиться; он стрелял и стрелял, и лишь истощившаяся энергобатарея заставила его выбросить бесполезное оружие; Данг вскочил и тут же рухнул от дикой боли — половина правой стопы была обрезана бластером, и теперь, вместо нее пучилось бурое грязное месиво.