Анри Бертьен - Всего один год (или: "Президент").

…Тоска. Тоска несносная. Интересно устроен человек: даже, если происходит вокруг него то, что он считает неправдоподобно правильным и желанным, он всё равно находит в себе желание и силы о чём-то сожалеть – хотя бы о том, что происходит это не в его стране. Тоска навалилась на меня основательно – с одной стороны, я и мысли допустить не мог, чтобы остаться здесь; с другой – понимание того, что отъезжать придётся скоро, слишком скоро… давило, совсем сводя меня с ума. Неожиданно свершилось чудо: позвонила Лидочка и – буквально "с порога", без каких-либо предисловий, совершенно озабоченно начала выспрашивать, что здесь происходит такого вообще и со мной – в частности. Я, удивляясь, отнекивался – дескать, с чего ты взяла – всё, будто бы, в порядке. В полном. Порядке. Лидочка не верила. Вскоре вмешался Торри – и, совершенно в несвойственной ему манере, как-то мягко – я бы даже сказал, "по-отечески" – произнёс:

– Знаете, ребята… Мне почему-то кажется, что вам пора встретиться.

– Где?- Осторожно спросил я, пока ошарашенная Лидочка переваривала услышанное.

– На Ваше усмотрение, в общем-то…- Вздохнул Скрент.- Хотя…- Он на мгновение задумался,- лично я предпочёл бы, чтобы твоя командировка пока не прерывалась.- Он немного подумал, чавкая кончиком сигары.- Или – пусть прервётся… Вряд ли за время твоего отсутствия там произойдёт что-то, из ряда вон выходящее…- Вздохнул он.- Так что – можешь и приехать.

– Спасибо, дружище…- Начал, было, я, а Торри открыл, было, рот, чтобы, привычно отмахиваясь, несколько раз повторить: "что ты – не стоит благодарностей… Не стоит. Не надо…",- как Лидочка, разом прекратив прения, вдруг совершенно однозначно, чётко и решительно заявила:

– Короче, я еду. Когда я могу вылететь?- Вызвав улыбку на моём лице и едва скрываемое удивление на лице Торри.

– Ладно, крошка…- Едва и смог выговорить, поперхнувшись сигарой, он.- Это мы обсудим сейчас лично… Зайди-ка ко мне…- И, уже немного освоившись, Скрент добавил уже в мой адрес:

– Одно могу тебе обещать, приятель: эта краля отправится в Кайану первым же самолётом.

…Ждать пришлось недолго – совсем недолго. Что, в общем-то, было хорошо, ибо в противном случае я рисковал раскиснуть совершенно. Смешно, но я не мог – даже для себя – сколько-нибудь точно… хотя бы обозначить причину своей тоски, начавшейся с упоминания Кароя о моём скором отъезде.

Единственное условие, которое совершенно жёстко поставил Скрент – Лидочка должна вернуться к первому июля. Он не объяснил, почему – а я не потрудился спросить, совершенно очумев от мысли о скорой встрече с этим небесным созданием. Или это мы делаем их небесными? Кто знает…

– Лидочку встречали вчетвером: Карой, Джакус, Алозан и я. Откуда Алозан узнал об её приезде – понятия не имею. Но он пришёл, и, как бы невзначай оказавшись рядом, так и остался с нами. Я уже не страдал так, как в первый раз – просто с какой-то мрачной отрешённостью вглядывался в сумерки взлётного поля.

– Пойдём, чужестранец…- Услышал я над ухом немного насмешливый голос Кароя.- Первый автобус уже едет сюда.

– Что? Какой автобус?- Встряхнувшись, я будто очнулся, выйдя из состояния транса. Карой молча кивнул на поле, по которому, ковыляя, как бы переваливаясь с одного бока на другой, ехал перегруженный пассажирами автобус. А возле лайнера уже грузился следующий…

– Понял…- слегка обрадовано кивнул я и мы отправились на первый этаж – встречать.

Встреча получилась. Едва завидев нас, Лидочка без обиняков подлетела к Джакусу, и, с видом разъярённой пантеры, принялась его тузить-метелить так, что со стороны могло показаться, что мгновения его жизни уже сочтены. А он стоял и улыбался. И, только когда она проимитировала заключающий этап – коленкой по физиономии – в глазах его промелькнул страх.

– А, испугался…- Довольно пропела Лидочка.- Будешь знать, медведь…- И, обняв его, она нежно прижалась щекой к бородатой физиономии.

– Ещё…- Мечтательно пропел он.

– Не жадничай… Ты не один…- Возразила она, отстраняясь и направляясь к Карою.

– Ну, да – как морду бить – так один, а как обниматься – так не один…- Джакус состроил настолько обиженную физиономию, что даже случайные прохожие, казалось, готовы были прыснуть в ответ.

– А кто тебе морду бил?- Состроила круглые глазки Лидочка.- Ничего не знаю, не видела не слышала… Может, кто другой слышал?- Обернулась она вокруг, как бы ища поддержки. Мы улыбались.

– Ну, вот – никто не слышал, никто не видел…- Облегчённо вздохнула Лидочка, обнимая Кароя: – привет, смуглянка…

– Привет…- Обалдев от ощущений, прошептал он.

– Ну, и ты – тоже…- Хотела Лидочка отделаться помахиванием рукой от Алозана, но тот возмутился:

– Как – а обниматься?

– Ох, мужики, мужики…- Так тяжко, как только могла, вздохнула Лидочка.- Всё бы вам только обниматься, да…- И она сомкнула руки у него за плечами.- Ну, как – доволен?- откинувшись, как будто бы рассматривая его, пропела она. Алозан, разулыбавшись кивнул.

– А что ж ты своего благоверного позабыла-то?- Пробасил Джакус.

– Этого, что ли?- Лидочка небрежно окинула меня взглядом.- С этим мы обниматься на вокзале не будем…- Задумчиво продолжая меня рассматривать, пропела она.- С этим у нас найдётся много общих дел…- подняв глаза и встретившись со мной взглядом, тихо сказала она.- Не в это время… И – не в этом месте…- Закончила Лидочка, пристально глядя мне в глаза.

– Многообещающее заявление…- Кивнув, заметил Джакус.

– Да уж…- согласился Карой. А Алозан стоял, украдкой рассматривая Лидочку да, как мне показалось, вздыхая тайком… Может, и вправду показалось?

…Лидочка оказалась права: у нас с ней действительно нашлось немало общих дел. Причём – в разное время и в разных местах. К исходу вторых суток я был весьма измождён, но – надо отдать должное этой неутомимой женщине – тоска моя почти прошла. Чтобы не потерять остаток сил окончательно, на третий день я повёл её в Сад Любви. Вид студентов и студенток слегка удивил её – но не могу сказать, что шокировал. Она быстро освоилась здесь, огляделась, обвыкла… Ей было комфортно. Уютно. Естественно в этой среде. Казалось, она вообще не может понять, какой стыд я испытывал, какая робость сковывала мои движения, когда я пытался раздеться здесь впервые. Хвала Аллаху, она этого не видела…

Я пошёл дальше. Я повёл её глубже в сад, объясняя попутно назначение разных участков и направлений в нём. Она заинтересовалась. А вид совокупляющейся на полянке парочки её настолько увлёк, что…

– Подожди, подожди… Не шевелись… Не спугни…- Шептала она в ответ на мои робкие попытки увести её дальше. А когда всё закончилось – она подошла к ним, нагая, и, играя своим телом, показала два больших пальца: