Тэд Уильямс - Гора из черного стекла

— Царь Приам приказывает вам открыть ворота!

Я не видела его лица, но представляю, как оно выглядело.

— Ты сошла с ума? — спросил он злым, но при этом и испуганным голосом (видимо, он меня узнал).

Я закричала на него;

— Я дочь царя — зачем, думаешь, он послал меня? Чтобы ты меня узнал и поверил. А вот герой Глаукус из Лисий. Ахилл гонит Гектора к воротам. Приам хочет, чтобы вы открыли ворота и впустили его, иначе богоподобный сын царя погибнет!

Остальные солдаты возбужденно загалдели, не зная, что делать. Но их командира было нелегко убедить.

— Ни одна женщина не может приказать мне открыть ворота, будь она хоть дочь царя, хоть кто!

Я посмотрела на !Ксаббу, но поняла, что не могу доверить ему это дело. Я, к стыду своему, не колеблясь повернулась к Т-четыре-Б и сказала:

— Убей этого человека.

Даже юный Хавьер не сразу подчинился, но Молодая кровь играла. Солдаты в оцепенении смотрели на него, а Т-четыре-Б воткнул свое копье прямо в живот командира. Тот умер не сразу. Он лежал, издавая стоны, а мне нельзя было медлить.

— Время не терпит — открывайте ворота!

Как во сне, солдаты принялись тянуть веревки, которые должны были поднять огромный засов, они бросали испуганные взгляды на своего предводителя, который еще шевелился в луже собственной крови. Когда засов высвободился, мы бросились открывать ворота, петли истошно скрипели.

— А теперь идите спасать Гектора! — сказала я, беря еще пять убийств на свою совесть, пусть не явных, но неизбежных, потому что солдаты побежали прямо в лапы грекам.

Я и мои товарищи тотчас выбрались за ворота. Все вместе мы подкатили камень, чтобы заблокировать створку и не позволить быстро захлопнуть ворота. После этого мы бросились в укрытие. Мы слышали вопли троянцев со стены и на улицах — первые греки врывались в город.

Я больше не могу говорить, даже если это моя последняя запись. Пожар поглощает стену дома, в котором мы находимся, а воздух настолько горяч, что наша одежда дымится. Придется выйти на улицу. Попробуем найти остальных, а если нам это не удастся, попробуем пробраться в храм Деметры. Слабая надежда, но другой нет.

Я слышу, что греки бесчинствуют на улице, как стая волков, они смеются, пьяные от крови и жажды мести. И это сотворила я. Чтобы спасти друзей, я организовала падение Трои — по всему городу убивают мужчин, женщин и детей, можно сказать, моими руками.

Я ничего не смогла придумать. Но как ужасны эти крики, я слышу, что Флоримель тоже плачет, я не могу на нее смотреть даже сквозь пелену своей слепоты. Во всяком случае, я почти ощущаю ее мысли, ее ужас от того, что я сделала.

Греки в городе. Троя горит и умирает.

Да простит меня Бог, я — троянский конь.

Код Дельфи. Закончить здесь.

ГЛАВА 33

ОСКОЛОК ЗЕРКАЛА

СЕТЕПЕРЕДАЧА/РАЗВЛЕЧЕНИЯ: Проблемы «Оболоса» углубляются.

ГОЛОС: Этот год был тяжелым для «Оболос Энтертейимент», рейтинги их самых популярных передач падали, кроме того, компания решила подать судебный иск на своего конкурента из третьего мира в отношении интеллектуальной собственности, но худшее еще впереди. Во французский суд подано заявление, что во время конференции в Марселе в прошлом году двое сотрудников из руководящего состава принимали участие в так называемой «охоте на бекасов» — они загоняли и убивали уличных мальчишек.

(изображение: представитель компании Сигурд Фолпинжер)

ФОЛЛИНЖЕР: «Заявления, конечно, ужасны, но пока обвинение не доказано, наши сотрудники считаются невиновными. Все в „Оболос“ очень огорчены, потому что благополучие детей — всех детей — наша работа…»

ГОЛОС: «Оболос», крупнейший производитель развлекательных программ для детей, немало потрудился, чтобы удержать свое лидирующее положение, но наблюдатели сомневаются, что этот корабль выдержит бурю такого масштаба…

Пол и Рени подошли к Фредерикс, плачущей над телом Орландо.

Сим Ахилла лежал лицом вниз на ногах Гектора, его голова превратилась в кровавое месиво, на которое невозможно было смотреть без содрогания. Пол повернул голову Орландо, чтобы видеть лицо, наклонился и поднес одну из отполированных пластин своих доспехов ко рту поверженного героя.

— Он еще дышит, — сообщил Пол Рени. — Так что же будем делать?

— Что делать? Нам нужно попасть в город и найти остальных. Мы понесем его.

В нескольких сотнях метров греки уже входили в город, прорвавшись в распахнутые Скаянские ворота. Крики победителей сливались с воплями ужаса жителей, загорелись первые дома.

Когда Рени склонилась, чтобы поднять ноги Орландо, Фредерикс впервые заметила их присутствие, Она ударила Рени по рукам.

— Кто ты такой? Оставь его в покос.

— Это я, Фредерикс, — Рени Сулавейо.

— Но теперь ты мужчина… — Глаза Фредерикс расширились от удивления, в следующий миг Рени оказалась в ее крепких объятиях — Ох, Рени, это я во всем виновата! Он помчался мне на помощь, но ведь я все сделала, чтобы его оставили в покос… потому что… — Фредерикс снова заплакала, а Рени принялась вытирать кровь с распухшего от слез лица Фредерикс ее же собственной одеждой.

— У тебя на голове рана, правда неглубокая, — ласково сказала Рени, — но она сильно кровоточит.

— Орландо жив, его нужно отнести в город. — Пол старался говорить резко, чтобы вернуть Фредерикс к реальности. —

Нам нужна твоя помощь — иначе мы его не утащим. Соберись. Ты нужна ему.

Фредерикс помолчала, всхлипывая, потом опустилась на землю около Орландо и коснулась прекрасного лица.

— Он умирает.

— Мы знаем, — ответила Рени.

— Но он прожил бы дольше, если бы не моя глупость! Я… я решила, что пришло мое время сделать… что-нибудь.

— Ты сделал все, что мог, — успокоил ее Пол. — Ты храбрый парень.

Фредерикс неожиданно рассмеялась, чем удивила Рени и Пола.

— Замечательно! Это… просто класс! Я ведь вовсе и не парень, на самом деле я — девочка.

Рени пришла в изумление, но для Пола это было не важно.

— Это ничего не меняет. Давайте снимем с него эти дурацкие доспехи, а потом попробуем поднять.

Смеясь и плача, Фредерикс снимала золотые пластины ножных лат, а Рени с Полом стягивали нагрудные пластины. Когда уже можно было поднимать Орландо, Фредерикс задумалась.

— Ему понадобится его меч, — ласково сказала она, вынула рукоять из руки Орландо и засунула клинок себе за пояс.

Рени и Пол взяли тело Орландо под мышки и подняли, Фредерикс ухватила его ноги. Орландо был без сознания, но застонал, когда его понесли к воротам. Пол скорее почувствовал стон, чем услышал, потому что из-за стен города неслись громкие предсмертные вопли.