Венедикт Ли - Гроза над Миром

Подобное возможно в окрестности существенно особой точки ветвления пространство многомерно и многолистно. Значит, Мир лежит на другом листе, нежели известная тройка обитаемых планет. Мир «Аванты». И Наоми открыла его!

— Ты что, Наоми? Какая-то странная… — удивился Марк.

— Я люблю тебя!

Он лежал на спине, на куче свежей соломы и извернулся, чтобы поймать Наоми в объятья. Вскрикнул:

— Ой, спину потянуло!

— На живот! Смирно лежи! Сейчас я тебя помассирую…

Марк жмурился от удовольствия, пока сильные ладошки Наоми массировали ему поясницу.

— Ты знахарка? Мама рассказывала, ты одним касанием можешь снять головную боль…

И закончил совсем уж неожиданно, для себя, а не для Наоми:

— Выходи за меня замуж!

— Я немного подумаю. Пару дней потерпишь? — спросила Наоми, не прекращая целительских трудов.

А что здесь такого? Только Ультра считают смешение крови с эфемерами чем-то постыдным. (Наоми уже забыла, что год назад подобная мысль и ее привела бы в ужас). Генный фонд надо обогащать. Дети от такого брака сохранят ее, Наоми, качества в скрытой, рецессивной форме. Поэтому, если Наоми родит от Марка сына, и, когда тот станет взрослым, выйдет, в свою очередь, за него замуж, то с вероятностью 50 % от ее второго брака родится Новый человек. Тогда она перестанет быть одинокой в Мире. Правда, сейчас еще рано думать об этом, как рано планировать свое возвышение в здешнем обществе. Останется вопрос отбраковки неудачного потомства — инцест повышает шансы на рождение неполноценных детей. (Но и на появление талантов тоже, заметим про себя. На Новтере все решала пренатальная диагностика, и ущербный ребенок просто не появлялся на свет).

Наоми разобралась уже, что Мир находится на стадии начала промышленной революции — перехода от пара к электричеству. В этом ей сказочно повезло. Окажись она в эпохе, аналогичной, к примеру, древнему Египту, то ждать пришлось бы пять тысяч лет. Воля к жизни иссякнет гораздо раньше. Наоми слыхала на Новтере рассказы о некоем то ли Лазаре, то ли Лазарусе — естественном мутанте, родившемся на Терре в конце 19 века AD, и дожившем до открытия Ренессанса. Выходит, этот рекордсмен уже отдежурил на белом свете не меньше 400 лет и жаждет дальше коптить небо. Если кирпич ему на голову не упадет. Чем дольше живешь, тем выше вероятность пасть жертвой банального несчастного случая.

К счастью, всего через двести лет наука и техника Мира подойдут к созданию гиперпривода. Тогда Наоми сможет покинуть планету, вернуться к друзьям и родным. А Миру останется совсем немного времени, чтобы повторить печальную судьбу Терры. Эфемеры не могут заглядывать так далеко в будущее, как Новые люди. Если Наоми задержится здесь, то ей суждено увидеть взлет и падение цивилизации.

— Так ты подождешь немного? Я не заставлю долго ждать, — повторила Наоми свой вопрос и получила утвердительный ответ Марка.

Послезавтра ей не пришлось вспомнить о своих словах, потому что она уже была во дворце Ваги.

Властелин Острова словно нарочно, подтверждал один за другим мифы о жестокости и недальновидности эфемеров. Он хотел ее запугать. Хотел ублажить идиотскими побрякушками. Он не подозревал, что живет последний день. И он так разозлил ее, что она, поддерживая «светскую» с ним беседу, с нетерпением ждала, когда его застрелят. За два прошедших года она научилась многому. Монотонный крестьянский труд не помешал вызревать в ней дару, угаданному Наставником. То ли еще будет…

Наоми не смогла взять в толк, что же заставило ее действовать в самый последний момент. Может потому, что это было бы обыкновенное убийство (с ее молчаливым соучастием), а не честная дуэль?..

«Гнездо». Лавирование меж противоречивых интересов его обитателей. Пини нежданная подруга. Надо побороть чрезмерную привязанность к эфемерке, чтобы, когда она умрет, не тосковать понапрасну. Боло Канопос… и потрясение оттого, что ты «вытащила» образ «Громовержеца» из его головы. Ты видишь, видишь! Не вполне ясно и не всегда, но личную тайну Бренды раскрыла, хотя в остальном эта женщина остается загадкой для тебя. Не беда. Ты уверена в себе. Пусть тебя никогда не найдут — сама выберешься из передряги. Ультра. Это они охотились за Библиотекой. Малыш. Он погиб? Но спас тебя, выбросив недалеко от пригодного для жизни, и, о чудо, населенного мира! Остальное за тобой, Наоми. Можно сложить лапки и утонуть, как лягушка, попавшая в бидон с молоком. А можно бултыхаться, насколько хватит сил, и молоко собьется в масло, надежную опору. Детская сказка, ты — ее героиня. Борись и победишь. Никакая Бренда тебя не остановит… сколько ей остается жить? Максимум тридцать лет, тьфу…

Ужас, когда догадываешься (слишком поздно), что Бренда — твоего поля ягода! Короткая, эфемерская жизнь, но ментальная мощь лучших из Новых людей. Мутация? Сколько сказок ходило на Терре о колдунах, волшебниках и прочих исключительных людях. Наверняка, такие качества возникали у отдельных представителей рода человеческого не раз. Вот и нашла коса на камень — Бренда тебя разгадала. Это явствует из того, что твоей тюрьме нет сторожей, а замкам и решеткам зубы не заговоришь…

И пропасть, рассекшая дорогу твоей жизни на ДО и ПОСЛЕ…

Надо поспать, хоть немного и уйти отсюда до рассвета. В темной комнате пахнет мышами, слабый свет из коридора пробивается в щель между дверью и полом. Дело сделано, но Гордей оказался прав — пришлось нелегко. Но ты вынослива, рука твоя тверда, а зрение, как у впередсмотрящих на кораблях Ваги, царство ему небесное. Гордей сконструировал удобный приклад к бластику и ты сожгла идиота, грозившего войной Острову. Пришлось установить максимально узкий луч, чтобы поразить цель на таком расстоянии. Дело сделано, теперь домой, домой…

Метаморф на тебе мягок и прозрачен как шелк — ты взяла за правило не тратить его энергию зря. Ворочаешься на тонком матрасе, под ним шершавые доски. Ноет нога в щиколотке — слегка потянула связки. Е-рун-да… Спи. Волны, небо, простор… Степи Эгваль… Бескрайняя, вольная страна… Эгваль — это свобода? Ерунда. Спи… Спи.

Вздрагиваешь, сон улетает. Сейчас выломают дверь. Нащупываешь бластик под плоской, как камбала подушкой, теплая рукоятка ложится в ладонь. Огонь! Огонь! Лиловый луч в темноте кажется очень ярким. Мягко падают два тела. Прочь отсюда. Ты спокойна — научилась быть беспощадной. Не совсем ты — вторая сторона твоей натуры, которую ты пестовала долго и зовешь ее «Миз Хайд». Для остальных она Хозяйка. Твой щит, твой меч.

Из твоей конуры есть выход на крышу — крутая, скрипучая лесенка. Поднимаешься, быстро толкаешь люк вверх. Снаружи ждет молодой, дерзкий и неопытный гвардеец, рвется тебя схватить, и ты его убьешь. Вот так, мальчик. Он с грохотом катится по крыше, уцепиться не за что, сейчас он свалиться вниз. Прощай.