Александр Матюхин - Абсолютное правило

Я усмехнулся. Что за дурацкие мысли лезут в голову? Разве наша Московская Дума не собирается каждый день? Вот и у них так же. Ничего особенного. Что-то решают, обсуждают, исправляют, выносят на голосование — вот и все. Ведь верно? Как ни убеждал я себя, глубине сознания мне все же упорно казалось, что в Краевском затевается что-то не то. Или у меня в связи со всем, что произошло за последние сутки, начала очень быстро развиваться шизофрения или какая там еще ее мания?

— Вот ведь скрытники! — прошептал мне на ухо Евгений Валерьевич. Я даже не успел заметить, как он пересел ближе ко мне. Его старческое лицо находилось всего в нескольких сантиметрах от моих глаз, и я смог разглядеть каждую морщинку на нем, вплоть до крошечных трещинок на губах. Евгений Валерьевич заговорщицки подмигнул:

— Тебе же, Виталька, все равно, ты и так умрешь…

— С чего вы взяли?

— Ну, в этом, поверь мне, сомневаться не приходится! За двести лет я многое повидал. Но чтобы нарушивший правила не-игрок выжил? Ни за что!

— Вы меня «обрадовали», — честно признался я.

— Виталик! Я, конечно, уважаю твое стремление бороться, и то, что ты задумал, может, и продлит тебе жизнь, но ненадолго. Как только Исправители наткнутся на твой след, они опять нападут, а потом еще и еще, пока, наконец, все не завершится для них успехом. Понимаешь, у тебя впереди всего лишь жизнь, а у них — вечность. Убегать вечно ты не сможешь. Я прав?

Я кивнул. Да, он действительно прав.

Ну и что с того? Это моя жизнь, и я решаю, что с ней делать… не это ли говорила мне Вероника в подземке, когда я вытащил ее из-под надвигающегося ураганом аэрокатера? Я начинаю противоречить сам себе.

— К чему вы завели этот разговор?

— Просто так. Мне немного жаль тебя, поверь. А Вероника с Васей не прожили так много обычной жизни, чтобы стать мудрыми. Их сила немного затмила им глаза и научила чересчур высокомерно относиться к смертным. Если Вероника еще и принимает тебя за человека, то Вася уже нет. Для него ты…

— Да-да, я знаю. Ходячий труп. Вы ведь это хотели сказать?

— Точно. Для него ты — труп и ничего больше. А зачем трупу что-то объяснять?

Я вспомнил, как Вася отговаривал меня ехать к нему, а потом с явной неохотой показал мне историю создания их Игры. Он ведь и правда считает, что вся эта информация мне ни к чему.

Но ведь обладание информацией — это жизнь. А значит, я все еще жив!

Евгений Валерьевич слегка отклонился в сторону:

— Знаешь, почему они пошли за тобой?

— Потому что я мог их убить.

— Нет. Совсем не так ты мыслишь. — Старичок едва заметно улыбнулся, — Твой транстерминатор по сравнению с силой, которой обладает Василий, как игрушечный пистолет против танка. Уверенности придает, а толку, сам понимаешь, никакого.

Это интересно.

— Ну, и что же тогда их заставило приехать?

— Веронику с Васей вызвали на конференцию. Какой-то очень срочный слет всех игроков Зари ближайших городов. Для чего и почему никто не сказал. Дал понять только, что жрецу было видение, из-за которого нас всех и собирают. А тебя взяли за компанию. А еще, Евгений Валерьевич скорчил таинственную гримасу, мне кажется, что это все из-за тебя! Поэтому Вася и позволил тебе поехать.

Это тогда что же получается? Не я их в заложники, они меня? «Позволил тебе поехать» — это прозвучало и уст старичка, словно «Его Величество соизволили отпустить».

— То есть весь тот спектакль, который они разыгрывали передо мной у Васи на квартире, был ничем?

— Не знаю, что у вас там произошло у Васи на квартире, но дела обстоят так, как я тебе сказал.

Я коротко кивнул и прислонился к спинке лавочки размышляя.

Через двадцать минут Вася вдруг четко и громко сказал:

— Вот черт!

— Что? — задремавшая Вероника, открыв глаза, первым делом посмотрела в мою сторону.

Может, надеялась, что это Исправители пришли Потом уставилась в ту сторону, куда смотрел и Вася, Евгений Валерьевич, кстати, тоже.

Смотрели они на центральный вход вокзала. Там, как и обычно, входили и выходили люди.

Группками и по одному. С детьми и без. Ничего странного я не заметил, но вот лица всех троих игроков выдавали, что они вдруг увидели что-то не очень приятное.

— Сколько их? — спросила Вероника. — Четверо?

— Пятеро, — поправил Вася, — еще один в спортивной куртке. Идет к кассе. Видишь?

Вероника коротко кивнула.

О чем это они говорят? Я поискал глазами человека в спортивной куртке и увидел около касс сразу троих. Ничего необычного в них не наблюдалось.

Один — крепенький и низкорослый с короткой прической «под площадку». Другой похож на самого Васю, такой же молодой и с такой же копной волос.

Третий и вовсе был стариком. Для чего он напялил яркую куртку с эмблемами «Кока-колы» на груди и спине, оставалось для меня непонятным.

— Черт, ну надо было именно в тот момент, когда подходит наш поезд, — пробормотал Евгений Валерьевич. На лице его читалась тревога. А возможно, и страх, потому что он как-то чересчур нервно озирался по сторонам, выискивая кого-то глазами. — Вы уверены, что их только пятеро?

— Я больше никого не вижу, — ответила Вероника, оглядывая зал.

— Я тоже. — Вася продолжал наблюдать за кучкой людей, стоящих около выхода на платформу.

Четверо из них, за исключением человека в спортивной куртке, чем-то сильно встревожили моих невольных друзей.

— Что происходит-то?

— Сумеречные игроки, — ответил Евгений Валерьевич, не оборачиваясь, — пять человек. Слава Создателю, они нас пока не заметили.

Ого! Так вот что их встревожило!

Я вновь посмотрел на толпу ожидающих, но ни в ком ничего необычного не заметил. Люди как люди, каких много. Но ведь и Веронику не отличишь от обыкновенных.

— А как вы их видите?

— Это же элементарно. В каждом своде правил написано, что у сумеречных игроков нет обратной стороны глаза, — нервно ответил Евгений Валерьевич.

— И что?

— И все. Разве этого недостаточно?

— Признаться, нет.

Евгений Валерьевич оторвал взгляд от ожидающих и посмотрел на меня:

— Виталик, извини, конечно, но вот это уже точно не твое дело. Хватит и того, что ты натворил в подземке.

— А что я там натворил, — обиженно пробормотал я и отвернулся, чтобы понаблюдать за людьми в спортивных куртках около касс. Одного из них уже не было. Остались старичок и крепкий мужчина, который как раз на спортсмена и походил. Я посмотрел на Веронику и заметил, что она тоже наблюдает за кассами. Значит, игрок сумерек один из них.

Но кто?

Странный вопрос! Конечно же, тот, у которого нет обратной стороны глаз. Интересно, и как это определить? Может, у них будут такие же глаза, как и у недавних оборотней?