Роберт Шекли - Истории с Джорджем

-- Я капитан "Слюнявчика", -- ответил Ролло.

-- И это с именем Ролло? Не смеши меня, дорогуша!

-- Дорогие друзья, -- вмешался Джордж, -- я смотрю, тут недалеко и до потасовки. Может быть мы лучше попьем чайку?

Его уловка была исполнена самых лучших побуждений, и все присутствовавшие восприняли ее с должным пониманием, в том числе и экипаж авианосца "Слюнявчик", образовавший вдоль бортов две длинные шеренги. Суровые лица лучились загаром южных широт; длинные косы по такому случаю были смазаны дегтем (а надо сказать, что парики в этом женском коллективе не носили из принципа).

Джордж не поленился рассмотреть океан. Как он и подозревал, тот оказался картонным. Кто-то раскрасил его в цвета моря небрежными и неровными мазками. Так вот, значит, что они пытались всучить ему под шумок! Он потянулся рукой к тревожному звонку, но маленькая кнопка видоизменилась в клапан давления, а затем в какую-то трубку из мягкого металла. Джордж так и не узнал, во что же, наконец, превратилась эта штука, потому что капитан Ролло прихлопнул ее рукой, прежде чем она окончательно сформировалась.

-- Зачем поднимать лишний шум? -- сказал капитан. -- Мы прекрасно можем разобраться между собой. Мисс Уэст, могу я узнать, в конце концов, что вы сделали с Джулией?

-- Забудь о ней, -- ответила Мэй. -- Ее сбросили в прикуп на одной из предыдущих встреч. Неужели ты забыл, мой храбрый моряк?

-- Вот так всегда! Не посоветуются со мной, натворят глупостей, а потом кричат, что у них не пошел сюжет. Как будто у меня нет других проблем! Я вам еще не говорил о своей подагре? И о своих язвах тоже? И о шпагах? Неужели я не рассказывал вам о ручных обезьянах и о том, как странно они выражают свою благодарность? Тогда, может быть, мне лучше объяснить вам главную линию нашей политики и тот неверный поворот, который мы сделали в Пиринеях?

Внезапно раздался приглушенный выстрел, и моментом позже в нос "Слюнявчика" вонзилось пушечное ядро.

-- Круто! -- похвалил капитан. -- Стоило нам взяться за дело, как кто-то уже пошел в атаку. Вы только посмотрите на моих парней у нок-реи! До них уже дошло!

Четверка парней, известных как доходяги Ролло, ловко забрались на снасти и побежали вверх по веревкам, канатам и фалам, по шкотам, шнуркам и лентам печатной машинки, по голубиным перьям, тополиному пуху и прочей ерунде, которая порой почти не касалась рангоутов корабля. Шкоты еще не высохли после дождя, и поэтому парни какое-то время бездельничали у смотровой корзины. Для забавы они принялись окликать друг друга фальцетом, а затем их голоса перешли на пронзительный писк и достигли верхней точки. Но четверка дозорных не пожелала останавливаться на этом. Они продолжали карабкаться вверх, поднимаясь в воздух по невидимым вантам, пока, наконец, не исчезли в ближайшей куче кучевых облаков.

-- Не слишком ли высоко для простых дозорных? -- язвительно поинтересовался Джордж. -- Может быть они спустятся теперь к народу и расскажут нам что к чему?

-- Полагаю, вы хотите узнать, если ли у нас какой-нибудь шанс на спасение? -- спросил капитан.

Джордж пока об этом не думал, но всему наступает свой черед; и он не желал упускать такую возможность -- возможность узнать что-нибудь похожее на то, о чем говорил капитан; вот почему он вытащил из портсигара сигарету, отхлебнул крепкий, но мягкий напиток из квадратной темной бутылки, которой довелось стать простодушным автором многих из его бед, а также бед его верного друга, словесного мешка, и, прочистив горло, хрипло сказал:

-- Вам лучше найти для всего этого какое-то разумное объяснение.

-- Мне нравится ваша глупость, Джордж, -- с веселым смехом призналась мисс Уэст.

-- Упрям, как всегда, -- фыркнул ей в ответ капитан.

-- Думаю, мы могли бы перекинуться в картишки, -- предложила их дама.

-- У нас не хватает людей для партии, -- ответил Джордж, еще не решив, нравится ли ему такое предложение.

Но, как обычно, он сказал не те слова, и в мгновение ока, в краткий миг между одним процентом вдоха и следующим, на юте появилась шумная компания людей из разных стран и далеких времен; между ними даже затесался мужичок, подозрительно похожий на Сократа, хотя и остальные выглядели такими историческими знаменитостями, как, например, Иван Грозный, Бела Лагоси, Зазу Питц и вплоть до того момента, когда у вас уже опускались руки, поскольку они понятия не имели о чувстве меры.

-- Ты хочешь сказать, что они удрали? -- гневно спросил генерал Цефалио Вегас у своего помощника, симпатичного, но безответственного дона Хорхе де лас Аквиларс де Оро де Сан Висенте ие Сан Хуан, известного среди друзей, как Джордж, и это американское упрощение применялось лишь потому, что Хорхе два года обучался в Принстоне, в институте Продвинутых исследований, где он специализировался по темам, связанным с жестокостью интеллекта великого древнего ацтекского мыслителя Хулио Цифьюэнтеса -- древнего вождя, свергнутого в свои последние дни волной революционного мятежа и тем самым низринутого на ту свалку исторических отбросов, которая находится чуть дальше Метаморов.

-- Я хочу сказать, Твое Превосходительство, что им удалось убежать.

Такое обращение Хорхе или Джорджа объяснялось тем, что Цефалио был ему давним другом -- с тех самых дней, когда они мальчишками бегали по Санта-Флоре де лас Зверес; в те годы, когда посвящение в общество коробок казалось им высшей целью жизни. Ах, молодость, молодость! Тем не менее, он знал, что его длительное знакомство с Цефалио не имело теперь былой цены и, особенно, в данный момент, когда на карту было поставлено почти все -ранчо, белокурая женщина с севера, маленькое английское судно, стоявшее на якоре в гавани, и, наконец, массивная строение Бастилии, перенесенное за большие деньги из самого Парижа -- вот что сейчас решало ход событий.

-- Здесь нет ничьей вины, -- добавил Джордж. -- Думаю, ты понимаешь, что стечение обстоятельств, которые послужили причиной их бегства, возможно и вероятно никогда не стекались прежде и по-видимому, очевидно, никогда не стекутся вновь.

-- Как же мне это узнать наверняка? -- спросил Цефалио, царственно опускаясь в тростниковое кресло, со своей неизменной черной сигарой в зубах -- красивый и гордый южанин в большой шляпе под летним солнцем в пыльном глинобитном городишке Мексики, которой еще лишь предстояло появиться на свет и помочь нам вырваться из оков реальности, если только у нас хватит для этого сил.

-- Как ты думаешь, они далеко успели уйти?

-- Я полагаю, они теперь уже на полпути к Гакаллиону.

-- А ты учел бандитские нападения на железной дороге в провинциальном городе Сан Хуан де лас Фруктофрескас?

-- Да, я принял это в расчет, когда делал свои вычисления, -- ответил Джордж. -- Но если они на полпути к Гакаллиону, то их отряд сейчас находится где-то в середине ущелья Сломанной спины в провинции Слерамио.