Ноэми Норд - Боги должны уйти

Карлик пережил всех молодых богов. Но все равно скончался. Его одолел Пернатый Змей, и пустил жезл власти по долгому пути побед, пока тот, наконец, не достался моему отцу.

На вершине жезла сидел старичок с длинным, как струя дыма, носом. Дедуля при жизни всегда был заносчив и гордился мозгами. С тех пор и появилось выражение: задирать нос.

Среди чудесных вещей на стене Побед красовалась прокопченная едким дымом трубка в виде изогнутого тела дракона. Чудовище скалило острые клыки, глаза мерцали рубиновым огнем.

Стоило только этого дракона хорошенько раскурить, как в волнах горячего дыма открывались его огненные глаза. Чудовище просыпалось, шевеля хвостом. Жерло трубки казалось бездонным. В него целиком вмещался плотно набитый мешочек маккао, а дым за один круг перекашивал мозги сразу ста нехилым воинам.

Несокрушимый Вождь вытаскивал трубку исключительно перед войной. Набивал ее кроме маккао смердящей травой вуйки-войки. Название таинственной травы произносилось с благоговейным ужасом: "Трава покойника". Женщинам категорически запрещалось прикасаться к сокровищу. Говорили, что вуйки-войки ожесточает сердца и выкликает море крови из преисподней. Мужчины зверели от дыма, будто напивались свежей крови. В такие минуты в их злые набрякшие кровью глаза лучше было не смотреть.

Вот эту самую трубку мать и сняла со стены.

- Разве мы не победители? Армия муравьев разбита. Отметим, девочки это событие. Устроим праздник!

Мать извлекла из тайника заветный мешочек, подкинула на руках, принюхалась - не отсырел. Вождь запретил курить, грозя разводом, но с некоторых пор все грозные табу перечеркивались усмешками жены.

Мужчинам не дано знать, сколько тайн у каждой женщины в голове. А табу создаются лишь для того, чтобы рано или поздно над ними посмеяться. Подруги - золото, не проболтаются, опасаясь тумаков мужей.

В костер подкинули сухой пень, притащили веток - огня хватит до утра. Сели в тесный круг, боками согревая друг друга. Огонь ласкал лица и ладони. От первой затяжки Маленькая Лилия, отныне Муравьиная Богиня, повалилась на колени матери и заснула крепким сном.

Вторая затяжка досталась мне. Грудь обожгло ядом тяжелых мужских трав. Дым ударил по мозгам, но кашель я загнала обратно под ребра, стыдясь слишком быстро оторваться от трубки. Перед глазами поплыли алые фонтаны, пламя костра взметнулось к небу, круг женщин оторвался от земли и завис в облаках. Перед тем, как покинуть этот мир, с трудом преодолевая чары трав, я всучила трубку Болтливой Попугаихе, драгоценной моей подруге.

Веселое имечко она получила неспроста. Бойкий язычок не мог запереть за зубами ни одной женской тайны. Она постоянно выдавала соплеменникам все мои секреты. Я награждала ее пощечинами за позорную слабость, но стоило бы просто вырвать дурной язык. От болтливой подруги вся деревня узнала, что "Синевласая Лань, наконец-то, созрела".

Зато я поняла, что тайну может хранить только один человек. Никому нельзя ни словом, ни намеком обмолвиться, так как самый надежный друг - обязательно предатель.

"Поклялась проколоть язык, если не смолчу, но лучше проколю, чем промолчу", - однажды Болтливая Попугаиха сама подала мне иглу для протыкания ушей. - Пришей, принцесса, мой зловредный язык к тису возле твоего дома. Пусть съедят меня муравьи, пусть я сдохну. Не прощай в этот раз. Жабий Жрец уже знает, кто в развалинах нарисовал его початок в клюве сороки.

Эх, подруга! Пришла пора обратить твою предательскую привычку в выгоду. Сколько раз глупышка, сама того не зная, выручала ты мое ловкое сердце. Вот и в случае с хрустальным черепом, твоя болтовня помогла успокоить страхи. Я дернула болтливый язычок за невидимую нить, и он разнес по деревне новость, которой я дала свободу. Слава язычку предательницы, которому верят глупцы!

После того, как секрет о хрустальном черепе раскрылся, именно ты, дорогая, спасла великую тайну, поведав по секрету любопытным, - что "ах, разбился, его больше нет! Боги дали - боги взяли, нам теперь не отвечать. - А где же драгоценные осколки? - Их них дуры-девчонки наделали разных подвесок на пояса и сандалии".

...Попугаиха с восторгом приняла от меня трубку, затянулась, но кашля сдержать не смогла. Из глаз выкатились слезы:

- Чем вы набили брюхо дракона? Не яйцами ли навозного скунса? - и передала трубку дальше по кругу.

Женщины, слабая порода, лили слезы от "травы покойника", кашляли, чихали и, окосев, заводили нытье о невезенье с мужьями. Без жалоб на кулаки не обходятся ни одни посиделки. Женщины любят поплакаться в плечики подруг. Даже счастливые жены привирают, так как "худые семьи беда обходит стороной". Чем свирепее супруг - тем больше уважения его укротительнице.

Вот, например, все женщины в деревне знают, что Румяную Шиншиллу муж носит на руках и соринки с ног сдувает. Она же, всем на зависть, плачет и причитает: "Бьет, гад, косы выдрал, ракушки растоптал".

Болтливая Попугаиха вздохнула:

- Ах, будь я принцессой, не позорил бы меня Маисовый Мякиш. Выбрала бы воина по душе, храбреца и силача, не тряпку. И сейчас не ракушками бы в косах скрипела, а зеленела изумрудами да нефритом. Лишь красивым девчонкам за синие глаза достаются орлиные имена мужей.

- "Красота синих глаз"?! Врешь! - лихо курнув из трубки мира, скосила рожу супруга Жабьего Жреца Хохлатая Цапля. - Точно знаю, что синие глаза - признак порока. О распутстве городских принцесс нужно предупреждать мальчиков до рождения. Человеческие грехи - наши главные враги.

- Расскажи о пороках, Цапля, это интересно, - загорелись глаза Болтливой Попугаихи. - Только и слышим: пороки, пороки. А какие они - не знаем.

Девчонки вытянули шеи, старухи закашлялись дымом.

Жена Жабьего Жреца распалилась:

- Ну, так слушайте. Самым большим грехом в городе Спящих считается несорванный раньше времени пояс невинности.

- Ах? - головы женщин разом повернулись в сторону принцессы.

Мать, кутая спящую Лилию в одеяло, кивнула, загадочно ухмыляясь:

- Продолжай, продолжай, интересно знать, какую чушь мелет деревенщина о своих же прародительницах.

- Правду говорю, - продолжала Хохлатая Цапля.- Несчастные женихи в первую брачную ночь вместо невинности получают другое удовольствие.

- Говори - не томи, какое удовольствие? - сказала мать, грозно сдвинув брови.

- И скажу. Несчастные женихи из города Спящих довольствуются тем, что первую брачную ночь проводят с пузырьками из гевейи, наполненными кровью летучих мышей.

- Не может быть! - все с подозрением посмотрели на принцессу.