Филип Дик - Вспомнить всё (сборник)

Ознакомительный фрагмент

Тони не сразу нашелся что сказать – до того велико было его изумление:

– Но… разве вы не сказали, что едете?..

– Дальше не поеду, кому сказано!

Тони открыл дверь. Ему стало не по себе: на кожистом лице застыло суровое выражение, а голос звучал непривычно резко.

– Спасибо! – пробормотал мальчик.

Он выпрыгнул в красную пыль и поманил ИРН. Тот отщелкнулся от груза и спрыгнул, а грузовик тут же завелся и с ревом укатил в сторону городских ворот.

Тони смотрел вслед и ровным счетом ничего не понимал. Горячая пыль доставала уже до щиколоток, он машинально перешел на новое место и обхлопал штаны. Забибикал грузовик, ИРН быстро отскочил с дороги на ровный тротуар. Пас-удети шли мимо – бесконечные вереницы сельских жителей спешили в Карнет по делам. Огромный пассажирский автобус остановился у городских ворот, и из него вылезали Пасы – мужчины, женщины. Дети. Дети смеялись и перекрикивались, и голоса их сливались с ровным шумом большого города.

– Ты идешь в город или нет? – резкий пас-удетский голос раздался прямо за спиной. – Давай, топай, не загораживай дорогу.

Женщина несла в когтях что-то очень тяжелое. Тони смутился: Пасы женского пола обладали телепатическими способностями – это было как-то связано с их брачными играми. С близкого расстояния они прекрасно улавливали мысли землян.

– Давай, – сказала она, – помоги мне.

Тони кивнул, и ИРН взвалил на себя груз, который тащила женщина.

– Я решил съездить в город, – объяснил Тони, пока они шли в толпе к воротам. – Сел на попутку и почти доехал, но водитель меня вдруг взял и здесь высадил.

– А ты из поселения?

– Ну да.

Она критически осмотрела его:

– Наверное, здесь и вырос, да?

– Я здесь родился. Моя семья переехала сюда с Земли за четыре года до моего рождения. Отец офицер, служил на флоте. Ему за заслуги дали приоритетное разрешение на эмиграцию.

– Значит, на своей планете ты ни разу не был. Тебе сколько лет?

– Десять. Терранских лет, я хочу сказать.

– Не надо было столько вопросов водителю задавать.

Они прошли через обеззараживающий экран и оказались в городе. Впереди на инфоплощади толклась куча народу – туда шли все, мужчины и женщины. Взревывали и грохотали машины и транспортеры. Кругом высились здания, по тротуарам сновали прохожие, работали всякие механизмы – над городом висел защитный купол, через который не проникала вездесущая пыль. Тони ослабил застежки, снял шлем и прицепил его к поясу. Воздух пах не ахти – у него был какой-то искусственный привкус. Но и такой сойдет.

– Слушай, что я тебе скажу, – сказала молодая женщина-Пас, осторожно подбирая слова. Она шагала по тротуару рядом с Тони. – Не уверена, что сегодня хороший день для прогулок по Карнету. В смысле для вас двоих. Я знаю, ты сюда часто приезжал поиграть с друзьями. Но сегодня тебе лучше побыть дома. И не покидать поселение.

– Почему:

– Потому что сегодня все… встревожены.

– Я знаю, – сказал Тони. – Мои мама и папа тоже встревожены. Они слушали новости с нашей базы в системе Ригель.

– А я не про твою семью говорю. Эти новости и другие слышали, между прочим. В смысле мы слышали. Наша раса.

– Ну я понимаю, вы тоже встревожены, – согласился Тони. – Но я ж сюда чуть ли не каждый день приезжаю. С кем мне в поселении играть? Не с кем. К тому же нам все равно надо доделать проект.

– Модель космопорта.

– Ну да, – покивал Тони и завистливо добавил: – Я тоже хочу телепатом быть. Здорово небось, – вот так вот слышать чужие мысли.

Женщина-Пас ничего не ответила – думала.

– А что случится, – наконец спросила она, – если твоей семье придется уехать отсюда и вернуться на Землю?

– Это невозможно. На Земле негде жить. Еще в двадцатом веке на Азию и Северную Америку сбросили кобальтовые бомбы…

– Ну а если вам придется вернуться?

Тони все равно не понял:

– Я же говорю – это невозможно. Мы не можем вернуться. Пригодные для жизни территории и так перенаселены. У нас главная задача – найти, куда переселиться. На другие планеты. – И он добавил: – Так или иначе, я не то чтобы хочу на Терру возвращаться. Мне и здесь хорошо, я привык здесь жить. Да и друзья у меня здесь, а не на Земле.

– Давайте мои вещи, – сказала женщина. – Мне сюда, на третий уровень.

Тони кивнул роботу, и тот передал свертки в когти женщины. Она постояла, пытаясь подобрать нужные слова:

– Удачи, – наконец сообщила она.

– В смысле?

Она легонько усмехнулась и насмешливо пояснила:

– С моделью космопорта – удачи. Надеюсь, вы с друзьями сумеете ее достроить.

– Конечно, мы ее достроим, – искренне удивился Тони. – Мы ж почти закончили.

К чему это она?

Женщина-Пас-удети уже удалялась – и он не успел задать свой вопрос вслух. Странно это все. И тревожно как-то. Тони одолели сомнения. Поразмыслив с мгновение, он стал на транспортер, который понес его в жилой сектор города. Он ехал мимо складов и фабрик, туда, где жили его друзья.

Дети-Пас-удети молча смотрели, как он подходит. Они играли в тени огромного бенгело – древние ветви колыхались вместе с потоками воздуха, который подкачивали в город насосы. Увидев Тони, дети замерли и сидели, не двигаясь.

– Не думал, что ты придешь, – сказал Б’прит бесстрастным, ничего не выражающим голосом.

Тони стало неловко, он остановился, ИРН тоже.

– Как дела? – пробормотал он.

– Отлично.

– Меня попутка подвезла. Но не до места.

– Отлично.

Тони присел на корточках в тени. Дети не двинулись с места. Они были маленькие – не такие большие, как терранские. Панцири у них еще не затвердели, не стали темными и непрозрачными, как роговое покрытие, и выглядели мягкими и незавершенными. В то же время не до конца сформированный панцирь легче на себе таскать. Поэтому дети-Пас-удети могли двигаться свободнее, чем взрослые – бегать, скакать, прыгать на одной ножке. Правда, сейчас никто не прыгал и не скакал.

– Да что такое? – сердито спросил Тони. – Почему вы такие хмурые?

Никто не ответил.

– А где модель, которую мы строили? – спросил Тони. – Вы как, работали над ней?

После неловкого молчания Ллире кивнул – едва заметно.

Тони почувствовал, как внутри закипает тихая ярость.

– Почему вы молчите? Что случилось? На что вы сердитесь?

– Сердимся? – эхом откликнулся Б’прит. – Мы совсем не сердимся.

Тони принялся ковыряться в пыли. На самом-то деле он понимал, что случилось. Опять эта война. Во всем виновато это сражение в системе Ориона. И тут он взорвался:

– Да забудьте вы об этой войне! Вчера, до этого боя, все ведь было хорошо!

– Да, – сказал Ллире. – Все было отлично.