Пол Мелкоу - Кукурузная война

— Может, на прошлой неделе ты и выглядел симпатичным, но нам, девочкам из женского клуба, нужен моногамный, преданный парень. Так что мы сразу же исключили тебя из числа кандидатов. — Бесс повернулась уходить, потом бросила через плечо: — Я передам доктору Элку твой ответ.

Я посмотрел вслед удаляющейся фигуре, отметил отсутствие швов на колготках и подумал, что нужно внести изменения в сайт.

Услышав стук в дверь, я оторвал взгляд от раскрытого учебника Чена «Основы физики плазмы», лежавшего у меня на коленях — нужно по крайней мере на одну лекцию опережать студентов, у которых я веду занятия. Наверное, кто-то из моих подопечных пытается на халяву сдать домашнюю работу.

— Помни об инвариантности магнитного момента! — крикнул я поверх низкой перегородки.

В ответ послышалось осторожное покашливание.

— Буду иметь в виду, мистер Грин.

— Доктор Элк… Мне показалось, это студенты. — Я выпрямился и стряхнул с груди корки бекона.

— А разве все мы в этом мире не студенты?

— Да, пожалуй.

— Я знаю, что вы отказали Бесс, тем не менее решил предпринять еще одну попытку.

— Бесс? — Мой «демон» услужливо выдал изображение. — А, ваша старшекурсница. Понимаете, доктор Элк, в этом семестре я очень загружен. Диссертация, преподавание…

— Мне удалось выбить финансирование и получить разрешение использовать УПМ.

Брови профессора Элка взлетели вверх. Потом он подмигнул. И удалился.

А я так и остался сидеть с раскрытым ртом. Вот пройдоха. Обманул или подкупил какую-то мелкую сошку в правительстве, и ему открыли доступ к УПМ. Наверное, выиграл деньги в казино. Или получил от техасского нефтяного магната, в жилах которого текла индейская кровь. Сукин сын. Он собирался использовать Умножитель Параллельных Миров, чтобы создать новый мир. И только что втянул меня в эту авантюру.

Я захлопнул учебник Чена и бросился за Элком.

— Подождите, доктор Элк!

Дело в том, что УПМ позволяет перемещаться во времени. Но путешествия во времени в пределах нашего мира невозможны, и именно поэтому мы никогда с ними не сталкивались. Пришельцы из будущего не появлялись в нашем мире, желая спасти Кеннеди или починить прохудившуюся трубу, и ждать их нет никакого смысла. Если вы переноситесь в прошлое и что-то меняете в нем, то этим создаете новый мир, который становится изменчивым и непредсказуемым с того самого мгновения, когда происходят первые изменения.

Конечно, это звучит странно. Откуда берется столько энергии, чтобы создать целый мир? А может, он уже существует, и мы только открываем его для себя? И сколько таких вселенных в нашем многомерном мире? Существует ли предел? И не исчезнет ли этот многомерный мир при достижении предела? А космические последствия? Страшно представить!

Впрочем, тогда мне было наплевать. Меня не назовешь ни чокнутым физиком, ни занудным ханжой. Заурядный инженер, но — провалиться мне на этом месте! — в то время я считал УПМ очень крутой штуковиной. И нисколько не сомневался, что если меня и подпустят к нему, то только для технического обслуживания. Перемещение предметов в другие миры требовало огромных затрат энергии.

Теперь понятно, для чего я нужен доктору Элку. Ему требовался человек, разбирающийся в технике.

На следующий день я сел в аудитории рядом с Бесс Рингслот.

— Не поздновато ли записываться на курс? — поинтересовалась она, искоса взглянув на меня, и стайка девиц в юбках с пуделями захихикала.

— Ты больше не будешь обвинять меня в домогательстве?

— Может, и нет. Видела, ты обновил сайт.

— Ты не сказала, что он собирается использовать УПМ.

— Что?

— Умножитель Миров!

— А, вот ты о чем. Это просто технические детали. Мне казалось, работа с доктором Элком — достаточная мотивация.

Я покачал толовой.

— Дашь свои конспекты?

— Бери.

Вошел доктор Элк. Просиял, увидев меня, и начал лекцию об инках, иллюстрируя картинками рассказ об осквернении святынь конкистадорам и Писарро, о смертельных болезнях европейцев, об эксплуатации местной культуры во имя бога и короля. Я все это уже слышал раньше и принялся листать конспект Бесс, чтобы вникнуть в суть проекта.

Она аккуратно вела записи. Ни единой помарки. Машинально я начал рисовать каракули в ее тетради. Бесс остановила меня.

— Не смей! — прошептала она. Пальцы, сжимавшие кончик моей ручки, дрожали. Очевидно, она дорожила своим конспектом.

— Ладно.

Идея доктора Элка заключалась в следующем. Эпидемические заболевания европейцев уничтожили девяносто пять процентов коренного населения Америки. Эти заболевания получили распространение в Европе из-за высокой плотности населения, невиданной в Америке. А высокая плотность населения в Европе стала возможна благодаря крупносеменным растениям, бобовым и домашним животным, которые попали на континент из долины Инда. В Северной Америке знали только подсолнечник и циклахена, а единственное одомашненное животное — это собака. Попробуйте впрячь в плуг собаку.

Лучшей зерновой культурой американского континента была кукуруза. У нее имелся лишь один недостаток — потребовалось несколько тысяч лет, чтобы из ее предка теосинте получилось современное растение с початками длиной до фута. Более того, растение теосинте одомашнили в низинах Центральной Америки, отличавшихся особым климатом, и поэтому распространение культуры шло очень медленно. Благодаря этим факторам в производстве продуктов питания Америка отстала от Европы примерно на 6000 лет.

— Ничего себе! — вырвалось у меня. — Вы хотите забросить современную кукурузу в древнюю Америку!

Доктор Элк на полуслове прервал свою речь, посвященную оспе.

— Я вижу, мистер Грин, мои надежды на вас вполне обоснованы. Чтобы догнать курс, вам понадобилось пятнадцать минут.

— Извините.

Я вернул конспект Бесс. Она в притворном негодовании закатила глаза.

— И что это дает?

Кайл искоса взглянул на меня. Потом вздохнул.

— Я пытаюсь откалибровать пространственный локатор.

Мы сидели в здании Барзака в диспетчерской лаборатории УПМ, из которой открывался вид на пустое помещение, где должен был открыться переход между мирами.

— Пространственный локатор чего?

— Перехода.

— Куда?

— В древнюю Мезоамерику. Слушай, у тебя есть свой монитор? Вот и следи за ним.

Я следил, но энергетическая система работала безукоризненно. Наблюдать за тем, как Кайл управляет УПМ, было гораздо интереснее. Впрочем, не стоило и надеяться, что он разрешит мне сесть за пульт. Это позволялось только инженеру, имеющему допуск на работу с УПМ и докторскую степень в области макроквантовой физики — как у Кайла. В его глазах я оставался простым техником.