Наталия Мазова - Киносъёмки

Поэтому ни среди Шести с половиной, ни среди младшего поколения этот фильм просто не обсуждался, а напоминать о нем Камилле считалось верхом неприличия.

А теперь представьте себя на месте Айлучи:

Во-первых, Камилла Лайди в этом году входит в жюри конкурса.

Во-вторых, Рейес готовит для конкурса прощание Илан, которого Камилла с некоторых пор слышать не может.

В-третьих, эта самая Рейес несомненно хороша, вряд ли здесь найдется кто-то лучше. А кроме того, у нее такая воля к победе, что первое место ей обеспечено.

А что это означает?

А это означает, что Камилла будет вынуждена награждать Рейес за прощание Илан. Ведь конкурс "В песне — вся жизнь" центральный, он формирует зрительские симпатии, без которых не бывает Королевы.

А что из этого следует?

Хорошо, если просто скандал. А если что-нибудь похуже?

Все эти соображения Айлучи изложила Дисмэс через час после своих гимнастических упражнений на лиане. Дело в том, что Дисмэс по своему характеру была противницей любых ссор и скандалов. Среди Шести с половиной у нее была слава «умиротворительницы», умеющей найти компромисс даже там, где он казался абсолютно невозможным. Поэтому Айлучи ни на секунду не сомневалась, что ее умная старшая сестра что-нибудь придумает.

Выслушав сестренку, Дисмэс надолго задумалась.

— Значит, так, — наконец сказала она. — На Рейес мы повлиять не можем и не имеем права. Но можем сделать так, чтобы Королевой выбрали не ее.

— А кого? — раздраженно спросила Айлучи. — Дважды Королевой не становятся, так что ты не в счет. А больше я никого не знаю.

— Вот если бы Ариэль… — задумчиво проговорила Дисмэс. — Но она не согласится, уж я-то ее знаю.

Теперь задумалась Айлучи.

— Согласится! — наконец уверенно произнесла она. — Во-первых, она человек порядочный и не захочет зла Камилле, во-вторых, на нее могут повлиять четверо пиратов — они же дети Камиллы.

— Станут они на нее влиять! — усмехнулась Дисмэс. — А Алка еще и посмеется.

— Тогда ты выходишь лично на Симона, и он, из великой любви к тебе, привезет сюда Ариэль, закатанную в ковер. А здесь мы сами разберемся, что к чему.

— Дело говоришь, — одобрила Дисмэс. — Пожалуй, я так и сделаю.

…Вечером того же дня на вилле «Нарцисс» красным светом вспыхнул экран видеофона и механический голос произнес:

— 127-404-215-300, вас вызывает Гранасия. 127–404…

— Галактическая связь! — вскинулся Симон. Только он один и был в доме в этот момент. Ариэль с Алкой собирали в саду абрикосы, Ричард и Андрей отправились к морю, а Аська вообще пропадала черт знает где. Все-таки Дисмэс была удачливым человеком.

Симон нажал кнопку "обратная связь", и на экране медленно проступило прекрасное лицо Дисмэс на черном фоне — значит, говорила она не из дома, а с переговорного пункта.

— Здравствуй, Дис, — произнес Симон слегка дрожащим голосом. Он любил Дисмэс вот уже четыре года, но никогда она не звонила ему первая.

— Привет, — видно, между Землей и Гранасией были какие-то помехи голос Дисмэс звучал неузнаваемо. — Как твоя практика? Удалось устроиться?

— Даже лучше, чем я ожидал. Все пятеро устроились на станцию «Озы-Миража». Будем испытывать «Призрак» — это их последнее слова науки по поводу «Миражей». Вообще практика — делать нечего: неделя в полете, а потом еще три недели умные дяди выясняют, что они напутали в конструкции. Однако после «Озы-Миража» сразу дают направление в патруль, так что это не практика, а бальзам всей жизни.

— Рада за тебя. А теперь слушай. Тебе придется вернуться на Гранасию и любой ценой привезти с собой Ариэль. Она мне срочно нужна. Кстати, где она сейчас?

— Кажется, в саду с Алкой. А в чем дело? У тебя какое-то странное выражение лица. И вообще, почему ты обращаешься ко мне, а не к Ричу?

— Ричард любит Ариэль без памяти. И если она захочет, сделает так, что она до Гранасии просто не доберется. А тебе я доверяю. Дело в том, что Ариэль должна обязательно принять участие в конкурсе красоты.

— Но зачем?

— Не перебивай меня. И не просто участвовать, а стать Королевой красоты. Она обязана это сделать во имя Камиллы.

— Подожди. При чем здесь мама?

— Дело в том, что здесь одна готовит песню-всю-жизнь по прощанию Илан. А у нее очень большие шансы стать Королевой. Надо ее чем-то перебить, а я не знаю ничего лучше, чем Ариэль. И Айлучи думает так же.

— Теперь припоминаю. Мама что-то говорила о том, что она в жюри. Ладно. Когда нам с Ариэль вылетать?

— Завтра, не позднее. И скажи ей, пусть соберет все свои лучшие вещи, а то знаю я ее — все время в джинсах и рубашке, а про запас одно льняное платье. Ну, до встречи.

— Подожди, ты ничего не хочешь…

— Ты же видишь, я говорю с космоцентровского узла. Энергия идет! Все остальное — при личной встрече. Да, Ричу и Алке — ни слова!

Последние слова Дисмэс произнесла уже с гаснущего экрана. Симон нажал кнопку «отбой», затем прошел на балкон и крикнул:

— Эй, Ариэль! Иди домой и собирай свои лучшие вещи. Завтра с утра мы летим на Гранасию.

— Ты с ума съехал, — заявила Алка, пытавшаяся нести корзину с абрикосами на голове, не придерживая руками. — Зачем это нужно?

— А о тебе речь не шла. Это касается только Ариэль и меня.

— Но я тоже хочу знать, зачем нам надо на Гранасию, — Ариэль ловко подхватила корзину, падающую с Алкиной головы.

— Вообще-то это приказ, а приказы не обсуждаются. — Симон с трудом сдержал улыбку.

— Чей приказ?

— Ну, если тебе так хочется — твоего будущего непосредственного начальства. Иди в дом, там все объясню.

Через четыре дня в дверь Риоль позвонили двумя короткими звонками. Обе сестры кинулись к дверям.

На пороге стоял Симон. В одной руке у него была тяжелая клетчатая сумка с пластинами милли-поля, другая рука лежала на плече Ариэль. Та была в своих обычных джинсах и замшевой куртке, и вид у нее был не слишком довольный. Симон поставил сумку на пол и устало произнес:

— Все! Доставил.

Дисмэс и Айлучи взглянули друг на друга с сознанием выполненного долга.

— Надеюсь, Ариэль, что Симон все тебе объяснил, — сказала Дисмэс. Ариэль торопливо кивнула:

— Учти, я это сделаю, но только из-за Камиллы. Идею этих конкурсов я по-прежнему не поддерживаю.

— От тебя этого и не требуют. В данном случае главное не участие, а победа. — Дисмэс повернулась к Айлучи. — Я думаю, ты сама все объяснишь Ариэль, а я хочу поговорить с Симоном.

— Неужели тебе никогда не хотелось стать Королевой? — спросила Айлучи у Ариэль, когда они остались одни в комнате. Ариэль пожала плечами.