Ходжиакбар Шайхов - Блеск алмаза

- Жарко! - первым нарушил молчание Азизов.

Винтицкий нажал на одну из клавишей пульта. В кабинет въехала тележка-автомат, уставленная бутылочками. Огибая стол, она подкатила к Винтицкому:

- Я не хочу, - отмахнулся тот.

Тележка развернулась и подъехала к Азизову.

Он взял с подноса высокий бокал, смешал лимонный сок с минеральной водой.

- А экипаж?

- Экипаж, как всегда, подбирает командир из кандидатур, предложенных Высшим Советом.

- Какой состав утвердили на этот раз?

- Три человека, причем вместе с командиром. Тебе предстоит подобрать еще двоих.

- Но почему столь ограничен экипаж?

- Совет решил, что этого достаточно. Во-первых, "Алмаз" нашпигован автоматикой и кибернетикой, ну, а во-вторых, тот риск, которому вы подвергаетесь, не станет меньше, если на борту "Алмаза" будет еще тридцать человек. Кроме того... - Винтицкий замялся.

- Я слушаю, - нетерпеливо проговорил Азизов.

- Кроме того, существует мнение, и к нему нельзя не прислушаться, что на планете Ренэ земляне столкнулись с проблемой, которая, возможно, не будет решена в ближайшем будущем. На вас возлагается в основном разведывательная миссия. Вы должны собрать дополнительные данные и вернуться. Обязательно вернуться, слышишь, Олмос. Возможно, - он закрыл глаза и покачал головой, - еще не одна экспедиция побывает там, прежде чем мы разгадаем тайны Ренэ. Но учти, Олмос, это я говорю тебе одному.

- Ясно.

Винтицкий достал из ящика стола лист бумаги и протянул командиру.

- Вот список. Здесь двенадцать человек. Ты прекрасно знаешь каждого. Я не тороплю тебя, но... в общем, думай. - И он пододвинул к себе лежащий на краю стола журнал.

- Я беру Шахбоза Муратова, - едва взглянув в список, сказал Азизов.

- Муратов слишком молод.

- В его годы я налетал втрое меньше. У него светлая голова.

- Муратов неважный биолог и совсем плохой медик.

- Зато там понадобится отличный физик, прекрасный химик и знающий геолог. А Муратов как раз и является таким специалистом.

Винтицкий хотел еще что-то возразить, но воодушевленный Азизов перебил его:

- И кроме того, у Муратова есть качество, которым невозможно пренебрегать, особенно в нашем деле.

- Что ты имеешь в виду? - заинтересовался Винтицкий, оторвавшись от журнала.

- Везучесть.

- Ну, знаешь!

- Знаю, - коротко отрезал Азизов. - Потому и говорю.

Винтицкий улыбнулся, развел руками:

- Что ж, тебе виднее... Будем считать кандидатуру Шахбоза Муратова утвержденной. Кто второй?

Азизов повертел список и отложил в сторону.

- Второго здесь нет.

Винтицкий с удивлением приподнял бровь:

- Как это понимать?

- Понимать это надо так, что второй член экипажа сидит в настоящий момент в Алма-Атинском метеоцентре и, возможно, даже не помышляет о путешествии на Ренэ. Его имя Укен Авезов.

- Но ведь он не космонавт. Он, наверное, и с Земли никуда не выбирался.

- Почему же? Проходил практику на Венере, бывал на Сатурне. Неужели ты полагаешь, что я возьму неоперившегося птенца?

- Ренэ... - вздохнул Винтицкий и спрятал список кандидатов в стол. Ну что ж... Пусть будет Укен Авезов. Но, - он предостерегающе поднял указательный палец, - до включения в состав экспедиции этот твой Авезов должен пройти испытания на тренажере.

- Не возражаю.

- Хорошо. Тогда срочно вызывай его сюда, а я попрошу, чтобы ребята подобрали для него подходящую программу.

После небольшой паузы Винтицкий спросил у Азизова:

- Ты тоже веришь в версию о песчаных бурях?

- Я считаю, что мы должны как можно подробнее изучить это явление. Только когда мы будем в полной уверенности, что песчаные бури безопасны, только тогда сможем начать поиски в других направлениях, - уклончиво ответил командир.

- Понятно. Кстати, а чертежи "Алмаза" ты просмотрел?

- Ну разумеется.

- Там небольшое изменение. Мы переделали посадочный блок.

- Я слышал об этом.

- Хочешь посмотреть макет?

Винтицкий прошел в угол кабинета и сдернул покрывало с какого-то громоздкого предмета. Под покрывалом был стеклянный куб, внутри которого на зеленой подставке покоился макет посадочного блока.

- Но ведь это... - пробормотал удивленный Азизов.

- Чему ты удивляешься? Конструкторы получили задание разработать особо устойчивый блок. И задание они выполнили, нашли оптимальную форму.

- Но ведь это точная копия камней с Ренэ! - воскликнул Азизов.

- Только гораздо больших размеров.

- И все же странное совпадение...

* * *

Укен Авезов застегнул шлем с датчиками на контрольный контакт и, провожаемый подбадривающими взглядами проверяющих, спустился через узкий люк в камеру.

Странно! Еще две недели назад не было для него более интересного дела, чем подготовка к летней экспедиции в Гималаи. Там, в обсерватории Всемирного метеоцентра, он рассчитывал собрать недостающие данные для своей новой работы.

Неожиданно события круто изменили привычный уклад жизни.

Все началось с визита известного космонавта Азизова. Олмос Азизович приходил, чтобы навести справки о природе космических вихрей. Укен охотно давал пояснения. Ему было лестно, что знаменитый гость с таким вниманием и интересом слушает его.

Затем последовал вызов из Космического Центра, где Авезову предложили пройти испытания на тренажере. "Зачем?" - недоумевал Укен. Он не собирается в полет. Но вот вчера появилось сообщение, что командиром звездолета "Алмаз" назначен Азизов. Нет ли здесь взаимосвязи с вызовом его в Космический Центр?

- Готовы? - послышалось в шлемофоне.

- Готов, - четко ответил Укен.

- До старта осталось тридцать секунд. Счастливого полета!

Там, "наверху", явно иронизировали. Ребята выполнили просьбу Винтицкого и подобрали ему "веселенькую" программу: Укену предстояло "совершить посадку" на планету Финтифлюшка.

- Спасибо за напутствие, - в тон ответил Укен. Чуть подумал и пообещал: - Ждите сувениры.

Закрылся люк. Погас свет. Кресло качнулось, и Укен почувствовал, что мчится с громадной скоростью по черному тоннелю.

Конечно, Укен не был новичком в космоплавании. С одной стороны, он отчетливо осознавал: все, что сейчас произойдет с ним, - произойдет не всерьез, не на самом деле, это имитация настоящего. С другой стороны, он прекрасно знал: сознание испытуемого настолько втягивается в тренажный процесс, что начинаешь относиться абсолютно реально к своим нереальным приключениям. И он волновался: сумеет ли не отвлечься, выполнить задание как надо? А главное - не попадет ли в смешное положение? Ведь там, "наверху", бесстрастно зафиксируется любой его промах.

Негромко запела сирена, давая знать, что корабль приближается к Финтифлюшке. Прямо в глаза ударил нестерпимо яркий зеленый свет звезды Корсар. На Финтифлюшку Укену нужно было сесть с теневой стороны. Почему этого он не знал. Нужно было, и все - так приказывала программа.