(Алексрома) Ромаданов - Звезды над нами

Закончив свой рассказ, Алена серьезно сказала: "Решай сам. Я не могу тебя заставлять". Я ей на это резонно ответил, что она сошла с ума - она и правда походила на помешанную: расхристанная, лохматая и с опухшим от всхлипываний носом. И все же я согласился, потому что имел один довольно подленький расчет. Дело в том, что в нашей с Аленой бездетности теща винила, конечно же, не свою родную дочь, а "уважаемого зятя", и как раз за несколько дней до описываемых событий "назвала вещи своими именами" и обругала меня "бесплодным импотентом". Я лишь рассмеялся в ответ: как это импотент может быть плодовитым?! Но хоть я и рассмеялся, а оскорбление и обида остались, и вот тогда я подумал: если Людмилка от меня невзначай забеременеет, то все обвинения в мой адрес, прямые и косвенные, отпадут, а если даже теща ничего не узнает, то я все равно мысленно плюну ей в лицо. Идея была крайне сумасбродная, тем более что убедиться в своей причастности было бы для меня практически невозможно: по слухам, Людмилка могла пропустить через себя до двадцати человек за ночь, - но она как раз и понравилась мне своей удалой сумасбродностью. Видно, я сам рехнулся, глядя на Алену. Как бы то ни было, я не долго сопротивлялся алениным уговорам... то есть, она прямо не уговаривала, но невыносимо смотрела в упор слезно-жалобным взглядом. Дождавшись тещиного отъезда в командировку, мы разыскали Людмилку и назначили ей день, а вернее, ночь.

Итак, накануне назначенной встречи Алена отправилась на ночлег к подруге под тем предлогом, что вечером у нас морили тараканов, а у нее аллергия на дихлофос, и ровно в 10 часов, как было условлено, на пороге нашего дома появилась почти что трезвая (!) Людмилка в чистом, хоть и линялом, старомодном "макси" (кажется даже, это было то самое платье, в котором она принимала гостей на злополучном дне рождения). Надо отдать ей должное: несмотря на все излишества своей распутной жизни, она ничуть не износилась и была не менее привлекательна, чем в пору моих тщетных домогательств... я даже не ожидал! Она заметно волновалась, и это волнение передалось мне, так что в первую минуту я совершенно не знал, что ей сказать и как себя с ней вести, но тут она пришла мне на помощь и стала экзальтированно рассказывать, какой интересной жизнью она живет, сколько у нее друзей, как ее все уважают и обожают и прочий бред... Она все рассказывала и рассказывала, а глаза ее все набухали и набухали, и я подленько так думал: когда же она, стерва, наконец разревется?! И она, наконец, разревелась и, попутно поливая меня отборным матом, пожаловалась мне же, что это я ее довел до такой "сучьей жизни", потому что она меня любила, а я ее предал, и ей ничего больше не оставалось, как "лечиться любовью от любви". Я ей поверил и пожалел ее... и не пожалел, что пожалел, потому что в ту ночь я с удивлением открыл для себя - после не одного года семейной жизни, - что самый что ни на есть тривиальный половой акт может приносить не только физическое и моральное, но еще и духовное удовлетворение (бьюсь об заклад, многие в это не поверят). Так что я ничуть не обиделся на Людмилку, когда чуть позже обнаружилось, что она прихватила с собой, уходя, мое обручальное кольцо, а взамен оставила мне триппер. Я ей даже едва не благодарен, что она заразила меня триппером, а не СПИДом!

Простила ли нас Людмилка, мы с Аленой так и не узнали, потому что сразу после этого случая она куда-то исчезла, а ребенка у нас по-прежнему не получалось. Триппер я быстро вылечил, и мы снова зажили с женой регулярной половой жизнью, но каждый раз в самый ответственный момент я закрывал глаза и представлял на ее месте Людмилку, а иначе полного удовлетворения достичь не удавалось. Вот тогда-то я и решил завести себе любовницу, чтобы покончить с развившимся душевно-половым разладом.

Легко сказать "завести", но как? Точнее, вопрос состоял не в "как", а "где". Единственным лежавшим на поверхности вариантом было соблазнение "Ларька" - молоденькой и смазливой выпускницы техникума Ларисы, недавно поступившей на работу к нам в отдел (кстати сказать, я работаю старшим экономистом в плановом отделе угловской карандашной фабрики "Колосс"). Я частенько отпускал в ее адрес пикантные шуточки, а она мило краснела в ответ и всеми своими прекрасно развитыми формами сигнализировала в ответ, что не прочь встретиться с глазу на глаз в более укромном месте, нежели оборудованная на лестничной площадке отдельская курилка. Но сидеть восемь часов к ряду в одной комнате со своей любовницей... Просматривался также вариант знакомства на улице, но он мне представлялся слишком легковесным для того, чтобы найти "девушку своей мечты". Третий вариант я открыл случайно, узрев на дверях дома культуры заманчивый анонс "Вечер встреч для тех, кому за 30", но оказалось, что при входе проверяют возраст по паспортам, и меня не пустили - не добрал полгода. От проснувшейся во мне глупой мальчишеской обиды я чуть было скандал не устроил, смешно вспомнить. "Приходите через полгода, молодой человек", = ласково сказала мне старушенция с видом учительницы младших классов. Можно подумать, через полгода я созрею для их вечера встреч, а пока "молод ишшо".

Наконец, я решил прибегнуть к помощи друзей и позвонил институтскому приятелю Семену Кривицкому по прозвищу "Страшила Мудрый". В практике он был не особо силен, но в теории ему не было равных, и написанным им руководством "101 способ знакомства с девушкой" успешно пользовалась вся мужская часть нашего курса за единственным исключением, которое составлял сам автор руководства. Итак, я связался со Страшилой по телефону, и он мне признался, что сам подыскивает себе пару по объявлениям в информационном бюллетене кооперативной службы знакомств "Гименей". Последовав примеру мудрого Страшилы, я приобрел за рубль гименеевский бюллетень и, запершись в туалете, принялся отчеркивать красным карандашом интересные варианты. Кстати сказать, теща тут же почувствовала что-то неладное и поминутно дубасила в дверь, заявляя, что у нее "кровавый понос", но я стойко выдержал ее осаду и отыскал-таки одно объявление, в котором "прекрасно сложенная, обаятельная девушка 20 лет хотела бы познакомиться с серьезным мужчиной спортивного телосложения, творческой натурой и яркой личностью". Честно говоря, это объявление привлекло меня не столько описанием поместившей его особы, сколько тем, что в конце не было обычной приписки "с целью создания прочной семьи". Согласно приводившейся в конце бюллетеня инструкции, нужно было направить ответ в адрес "Гименея" с указанием номера приглянувшегося объявления. Что я и сделал... В ответе я расписал себя как непризнанного поэта, в перерывах между сочинительством занимающегося атлетической гимнастикой (я действительно кропал вирши и активно укреплял свое тело, но... лет десять назад). В конце письма нужно было, естественно, указать свой номер телефона, и я долго думал, какой номер лучше "засветить": домашний или служебный. Пораскинув мозгами, я выбрал домашний: если случится скандал, то пусть уж лучше без участия общественности. Бросив конверт в почтовый ящик, я тут же сообщил жене и теще, что получил от двоюродной сестры из Мурманска письмо, в котором она сообщает, что собирается провести отпуск в Сочи (все это происходило в конце мая) и будет в нашем городе проездом. "Но вы не волнуйтесь: останавливаться она у нас не будет, а только позвонит с вокзала", - успокоил я их.