Конни Уиллис - Вихри Мраморной арки

И она со всего маху ударила по столу кулаком.

Доктор Брубейкер поспешно схватил чашки и поставил их на барную стойку, словно боялся, что Элизабет начнет швырять посуду об стену.

— Надо было положить его на траву…

Пол ушел на работу, даже не позавтракав. Лодыжка за ночь так распухла, что Элизабет едва смогла надеть тапки, но все равно встала и приготовила кофе. Фильтры для кофе все еще лежали на стойке — там, где их оставила Джанис.

— Ну что, довольна? Тебе, значит, мало было упустить хорошую работу, тебе захотелось и мою карьеру разрушить? — ядовито поинтересовался Пол.

Элизабет опустила голову.

— Прости за вчерашнее. Я сейчас заполню анкету и отнесу в офис, а когда поправлюсь…

— По радио сказали, что сегодня будет тепло, так что я отключил отопление. — И Пол хлопнул дверью.

Элизабет села к столу и занялась анкетой. Она пыталась стереть ластиком темное пятно, но ничего не вышло, так что один вопрос даже невозможно было разобрать. Пальцы Элизабет закоченели от холода, она даже останавливалась несколько раз и дышала на руки. Элизабет заполняла анкету до изнеможения. Потом она сложила листочек пополам и отправилась в кампус.

В дальнем конце дорожки девушка в желтом дождевике разговаривала с подружкой в форме летного учебного корпуса «Ангелов». Элизабет побрела в их сторону, низко опустив голову и прислушиваясь, не едет ли Таппер.

— Он спрашивал о тебе, — сказала Тиб, а Элизабет фыркнула и закатила глаза.

Тиб выглядела совсем иначе — не так, как запомнила ее Элизабет. Она была чуть полноватой и не слишком привлекательной — одна из тех девушек, которым вечно не с кем пойти на танцы. Из-за короткой стрижки ее пухлое лицо казалось еще круглее. Она смотрела на подругу с волнением и надеждой.

«Не волнуйся, малышка, — подумала Элизабет. — Я здесь». Она не смотрела на саму себя; самое главное сейчас было — успеть вовремя.

— Я сказала ему, что ты живешь в «Альфа-Фи», — сказала Тиб.

— А-а! — услышала Элизабет свой собственный голос и сразу после этого — шуршание велосипедных шин.

— Слушай, я встречаюсь с одним парнем из летного корпуса. Он просто чудо!

Потом была короткая пауза, и ядовитая реплика юной Элизабет:

— Ну, большое тебе спасибо!

В эту секунду Элизабет с силой оттолкнулась резиновым наконечником костыля от ледяного нароста на дорожке и плашмя повалилась на землю.

Минуту или чуть больше она ничего не видела и не слышала от боли. «Я сломала ногу», — подумала Элизабет и сжала кулаки, чтобы не закричать.

— Что с вами? — Тиб встревоженно опустилась на колени перед Элизабет, загораживая от нее остальных.

«Нет, нет, не ты!» — взмолилась про себя Элизабет. Несколько мгновений она боялась, что ее план не сработал и другая девушка ушла.

Но, как ни крути, девушка не была посторонней, это была сама Элизабет — добрая душа, которая спасает утопающих червяков. Она присела на корточки с другой стороны, потому-то Элизабет и не сразу ее заметила.

— Ой, ногу сломали? — сказала девушка. — Надо вызвать «скорую»!

— Не надо, все в порядке! — замотала головой Элизабет. — Помогите мне встать, пожалуйста…

Девушка по имени Элизабет Уилсон положила учебники на бетонную скамейку и опустилась на колени.

— Надеюсь, мы тут кучу малу не устроим, — улыбнулась она Элизабет.

К удивлению Элизабет, девушка была очень хорошенькой. Тиб всегда говорила ей об этом, но Элизабет не верила.

Девушка взяла Элизабет под руку с одной стороны, а Тиб — с другой.

— Снова опрокидываете на льду невинных прохожих? Сколько раз я вас предупреждал: прекратите эти жестокие забавы!

Таппер наконец присоединился к их компании. Он положил велосипед на траву, а сумку с «Таппервер» пристроил рядышком. Тиб и юная Элизабет — она сама — отступили назад, и Таппер опустился перед Элизабет на колени.

— В душе-то они неплохие девчонки, только вот пошутить любят, негодницы! Но подбрасывать людям под ноги банановую кожуру — это уж, знаете ли, слишком!

Таппер придвинулся так близко, что Элизабет ощутила на щеке его теплое дыхание. Она пристально посмотрела ему в лицо, боясь, что он тоже изменился; но нет, это был тот самый Таппер, которого Элизабет любила все эти годы.

— Обнимите меня за шею, голубушка, — скомандовал Таппер. — Вот так, хорошо. Элизабет, пора искупать грехи! Помоги-ка этой милой леди подняться…

Девушка сердито схватила книжки и хотела удалиться, буравя Таппера полным ненависти взглядом. Она посмотрела на Тиб, но та, согнувшись, подбирала с заледеневшей дорожки костыли. Из-за узкой форменной юбки и высоких каблуков она не могла присесть на корточки.

Вздохнув, юная Элизабет положила свои вещи на землю и подошла к Элизабет с другой стороны. Элизабет схватила девушку за руку и так сильно сжала, словно боялась, что она убежит.

— Я пошел на бал только потому, что Тиб меня попросила. Она помогла организовать вечеринку «Таппервер», так что я был у нее в долгу.

Элизабет подняла голову.

Таппер не смотрел на нее. Его взгляд был прикован к другой Элизабет — той, которая не отвечала на звонки, не подходила к окну… Его глаза лучились какой-то беззащитной и почти неуловимой нежностью, похожей на легкое дуновение весеннего ветерка.

— Я ей то же самое говорила, — поддакнула Тиб, положив костыли на лавку.

— Мне кажется, посторонним это совсем не интересно, — фыркнула Элизабет.

— Я хотел объяснить тебе на вечеринке, но эта идиотка Шарон Оберхаузен…

Тиб подошла к ним с костылями в руках.

— Когда он согласился помочь, я испугалась: вдруг ты подумаешь, что я собираюсь отбить у тебя парня? Я долго мучилась, но так и не решилась рассказать… Я ведь и правда пригласила его только потому, чтобы избежать воскресных дежурств! Не потому, что он мне нравится или еще что…

Таппер улыбнулся взрослой Элизабет.

— Я пытаюсь вести себя благородно и отдавать долги, а что получаю в ответ? Вот вы, вы бы разозлились, если бы я пригласил на танцы вашу подружку?

— Может быть. — Элизабет задрожала на холодном бетоне. — Но я бы вас простила…

— Вот видишь? — Таппер торжествующе посмотрел на девушку.

— Вижу, — нахмурилась она, а потом тут же улыбнулась. — Может, ты все-таки поднимешь несчастную женщину с тротуара?

— С удовольствием, солнышко! — радостно сказал Таппер, и Элизабет в мгновение ока оказалась на лавочке.

— Спасибо, — кивнула она, клацая зубами от холода. Тапер присел перед ней и осторожно ощупал колено.

— Чертовски сильно распухло… Вам есть кому позвонить?