Вячеслав Львович - Перелом: Рассвет

Все добывающие, производственные, перерабатывающие и сельскохозяйственные предприятия, а также научные городки создавались по единому лекалу. Различались лишь по климатическому принципу. Основой промышленных, добывающих и перерабатывающих универсальных комплексов стали новые и кардинально перестроенные старые посёлки. Число жителей редко превышало полторы тысячи человек, но не могло быть меньше, чем одна тысяча. Ограничения по численности ввели в связи с необходимостью и удобством избрания и утверждения руководителей новых хозяйственных образований. Идея самоуправления домами в городах, идея кондоминиумов не прошла и не могла пройти. Запутанность, переусложнённость городской жизни, зачастую искусственно созданная и поддерживаемая, угробила эту идею. С этим была похоронена и идея сохранения и преобразования старых городов. Чиновничество своим своекорыстием а, зачастую, саботажем, сделало всё возможное и невозможное, чтобы уничтожить старую систему городской жизни, и себя вместе с ней. Зато в новых условиях, эта идея успешно решалась. Посёлки, объединялись в промышленные и территориальные конгломераты, насчитывающие десятки, сотни и тысячи отдельных посёлков – звеньев. Аналогично строились новые сельскохозяйственные регионы, научные центры. Планировалось открытие учебных, лечебно-оздоровительных, административных конгломератов. Казалось, в городах ещё сосредоточена власть и сила. На самом деле, там осталась одна скорлупа. После Хабаровской катастрофы началась последовательная эвакуация жителей. Сначала из городов – миллионников. Организовывались группы подбора персонала в новые поселения и доукомплектация старых. Одновременно формировались новые административные центры вертикального управления страной: страна – регион – район – местное самоуправление. Всё руководство на местах сразу формировалось через выборы. Постоянно отслеживался рейтинг выборных руководителей. Старые власти изначально не контролировали новые территориально – промышленные образования. В стране образовалась и успешно работала принципиальная новая система власти и хозяйствования. Старая управленческая система имела уже не власть, а иллюзию власти, иллюзию значимости, необходимости, важности для страны.

Размышления прервала супруга с дочкой. Вошли раскрасневшиеся, оживленные.

– Чего сидишь один – печалишься, – Галя скинула сапожки, повесила на вешалку куртку, – я смотрю и не собирал ничего. Нам завтра переезжать, а он не чешется!

– Давай помогу собираться, – Владимир отъехал на кресле от монитора, – только я чуть позже приеду, вы сами пока располагайтесь на новом месте. Отладить программу с моими тестами надо. Она уже вчера нужна была. Фёдоров рвёт и мечет. Так что я на недельку задержусь.

– Если так, не выпускай Гришу из виду. Как там у него с дочкой?

– Он уже почти весь бизнес распродал, на неделе всё решится.

Владимир со всей группой психологов мотался по командировкам, налаживая тестирования, проводя консультации вновь набранных психологов, тестеров и представителей военных трибуналов, которые заменили все суды. Федеральные суды приостановили свою работу сразу после введения режима Чрезвычайного положения в стране. Образованные военные трибуналы не имели права и юридической основы для осуждения. Их задачей была временная изоляция людей представляющих опасность для общества, а зачастую и для самих себя. К концу января успешно завершилась работа по сепарации контингента заключенных по признакам преступлений в существовавших местах заключения. Людей, содержащиеся в лагерях, тюрьмах, зонах, охраняемых посёлках, разделили на тех, кто совершил умышленные преступления, случайные и невольные. Кроме этого строго разделили и самих преступников. Убийцы не могли содержаться вместе с мошенниками, воры в законе вместе с коррупционерами. Образовалась система лагерей и зон с однородным контингентом. Эту сепарацию провели буквально в пару недель, после чего одномоментно арестовали всех рецидивистов в стране. Используя оперативные данные милиции, прокуратуры, ФСБ и опираясь на их возможности, были задержаны и отправлены в соответствующие лагеря все, так или иначе попадавшие в сферу внимания силовых структур страны – рецидивисты, воры в законе, члены ОПГ. Несмотря на цензуру, начался дикий вой в СМИ о нарушениях прав человека. Это, в свою очередь, дало повод сменить практически всё руководство центральных печатных и электронных средств масс-медиа.

Группа Владимира работала над системами тестов проверки лояльности. В будущем эти программы предполагалось сделать универсальными. После отстранения от работы руководства большинства газет, телевизионных и радио программ и каналов, остро встал вопрос о проверке лояльности вновь назначенных редакторов, руководителей и даже корреспондентов. Проверки и тесты показали полную профнепригодность всей команды центральных СМИ. Пришлось перетрясти все штаты газет, телевидения и радио, заменить их частично техническими работниками, частично – выпускниками профильных ВУЗов и журналистами региональных изданий. Многие газеты и программы, даже несколько телевизионных и радиоканалов просто закрыли. Попытки проведения демонстраций, митингов и пикетов, в условиях Чрезвычайного положения приводили к изоляции всех, вышедших на улицы. В накладку к социальным протестам распространение получили случаи саботажа на старых предприятиях и в социальной сфере. Забавно то, что старые властные структуры своей бездеятельностью, саботажем или даже прямым вредительством укрепляли новые формы хозяйствования. В результате, аресту и изоляции подверглись более 6 миллионов человек. Из старых городов эвакуировано больше тридцати миллионов. Иначе погасить волну протестов не представлялось возможным. Все переходные периоды в развитии чреваты непониманием и неприятием всего нового, необычного. Протестные настроения могли легко перерасти в хаос, анархию, на волне которой к власти всегда приходят проходимцы и демагоги. Откровенных преступников, врагов, да и крикунов, изолировать в первую очередь и предстояло. Лишить их доступа к средствам массовой информации. Во вторую категорию входили граждане запутавшиеся, непонимающие или не желающие понимать происходящих перемен. По мере стабилизации жизни в стране они должны освобождаться, постепенно вписываясь в обычную жизнь.

Новые системы промышленности и сельского хозяйства обеспечивали потребность страны почти на 75 – 80 % ещё до Хабаровска, до введения Чрезвычайного положения. Приток новых сил обеспечил гарантированное перекрытие потребности в товарах и услугах. В один месяц все новые посёлки и производства были обеспечены рабочей силой. В изменившихся условиях переучивание проходило быстро. Помогала серьезная автоматизация и компьютеризация производств. Станки, машины, механизмы, как бы подсказывали рабочим, операторам их функции.