Вольдемар Грилелави - Ежик с иголками

— Молодец! — похвалил Володя счастливым и бодрым голосом. — Но ответь мне, умный человечище, а почему в таком случае солнце возжелало покинуть нашу планету на ночлег не на своей сторонке? Ерунда получается с направлениями. Мне так кажется, что только очень сильный катаклизм мог сместить его путь и сбить с нужного курса. Сомнение вызывает факт нашего благополучия. После таких апокалипсисов на планете должен установиться всемирный хаос и бардак.

У Жени мгновенно опустился нос, и вытянулось лицо от удивления, испуга и недопонимания ситуации одновременно. Он опасливо бросил свой сверхточный взор на солнце, немного пошамкал, как старая беззубая бабка, губами, пытаясь выговорить некую малоизвестную молитву, и чуть от обиды не заплакал, ничего не соображая в таких метаморфозах, так зло пошутивших над ним.

— Ну? — обеспокоенно, но окончательно проснувшись, хором спросили требовательно и настойчиво Миша и Вася. Они заметили в лице и позе Жени неестественность и пугливость, что так же и их взволновало. — Случилось чего, аль проглотил чего противного, типа лягушки или дождевого червя. Так выплюнь и поясни, о чем сейчас речь идет. Нам бы тоже хотелось быть в курсе ваших дискуссий.

— Солнце не там садится. Вовсе не на западе, как всегда оно поступало. Это неправильно, — опустошенным и обреченным голосом прошептал Женя, чуть ли не падая рядом со своим ведром, которое уже приготовлено было к дальнейшему передвижению. — Вот станция и железка точно там, а солнце не там. Оно не имеет никаких прав заходить на востоке. Для того и существует запад, чтобы заходить.

— Белиберда и чушь собачья, — заорал Вася и резко вскочил. Следом подпрыгнул и Миша, хотя он-то как раз ничего из этого хаоса и не понял. Ему лично плевать на солнце. Пусть всходит и заходит там, где ему заблагорассудит. Причем тут вообще они.

— Нет, все предельно ясно, а ваши инсинуации с заходами и восходами вообще глупы и примитивны, — Володя не возмущался и не пугался таких предположений. Ему в данный момент все было по барабану, или, как говорится, безразлично. — Мы просто проснулись утром. А вовсе не солнце перепутало стороны света, — заявил он безапелляционно на всю поляну, чуть не убив всех своим заявлением.

— Еще хуже белиберда и чушь собачья! — закричал Вася, совершенно не согласный и с такими предположениями. — Я не мог на сырой земле, да еще осенью и в лесу так долго и безмятежно спать в любом хмельном состоянии. Полная ерунда. Скорее поверю, что запад с востоком местами поменялись, и началась новая эпоха времяисчисления. Теперь солнце будет всходить на западе, а садиться на востоке. Мой организм категорически заявляет о моей правоте. Да если бы все случилось так, как говорит Володя, то, даже допуская такую возможность, как мой столь длительный сон, у меня давно уже болело бы горло, в два ручья текли сопли, а кашель заглушал бы рокот взлетающего самолета. А поскольку этого нет, то значит, что все остальное наглая и бессовестная ложь.

— Но станция все равно там, — не унимался Женя, тыкая пальцем в сторону, где по его соображениям должна находиться железная дорога и поселок Крупенино.

— А почему не там? — не соглашался Вася, тыкая пальцем в обратном направлении. — Допускаю, что со сменой сторон света погорячился. Но ведь и ты можешь ошибиться в направлении?

— Нет, и сто раз нет, — визжал Женя и громко стучал себя кулаком в грудь, требуя уважительного отношения к его ориентированию. — Согласен с Володей, что уже утро.

— Нет, вечер, глупости все это, — поддержал Васину теорию Миша. — Откуда утру взяться, если мы вот только-только уснули. А я совершенно не проголодался, ну, если только капельку, так это не считается.

— Утро, утро, — Володя поймал машущую руку Миши и предложил присесть на траву. — И сейчас попробую пояснить перед всеми свою правоту, доказать наличие в лесу утра.

— Поясни, послушаем, — кивал согласно головой Вася. — Но не факт, что мы сразу тебе поверим.

— А я уже просыпался ночью, когда на небе было полно звезд, и луна на небе развалилась, словно на пляже.

— А в таком случае хотелось бы услышать ясный ответ и причину, почто нас не разбудил? — очень сердито спрашивал Вася. — Сам проснулся и промолчал о таком важном факте.

— И зачем мне это делать надо было? Вы так громко храпели на весь лес и славно улыбались на все свои рожи, что будить совершенно не хотелось. А потом, если бы разбудил, то обильно покрыт был бы матом и прочими скверными словами. В этом вы уж постарались бы. Ночью куда бы мы пошли? А если честно, то просыпался я кратковременно, и сразу, не успев осознать, вновь уснул. Вполне вероятно, что если бы не уснул так сразу, то устроил равноценную побудку. Как и Женя орал бы среди ночи. Вот от того и решил я, что наступило утро. А не смерзли лишь по такой причине, что вино оказалось качественным и лечебно-согревающим. Всегда в лес надо брать именно такое вино. И дешево, и полезно.

— А в фляжке пару капелек не осталось? — жалостливо спросил Миша, с трудом заглатывая пересохшую слюну. — Да и сала немножко я бы поел, не отказался бы.

— Пусто, — хихикнул Вася, заглядывая вовнутрь фляжки. Он забыл ее закрыть, и теперь там было полно пьяных муравьев. — А если их пожевать, — предложил он, — то можно одним махом два вопроса решить: и немного выпить, и закусить. Я слышал, какие-то дикие племена вообще одними муравьями питаются.

Миша от такого варианта завтрака мило отказался, решив пожевать травки под деревом. Там оказалась заячья капуста, и он с удовольствием набивал ею рот, сильно морщась от ее кислоты. Он так увлекся, что сам не замечал, как ползал и толкал жменями в рот пучки живительной травки, и морщась и щурясь от удовольствия.

— С товарищами поделись, — попросил Вася, протягивая руку за продуктом, словно Миша способен был на такой добросердечный акт. — А то у меня от всех этих глупых инсинуаций изжога образовалась в желудке. Надо чем-то ее заглушить.

— Самому слабо нарвать, что ли? — возмутился Миша, отправляя в рот очередную партию капусты. — Мы в слуги к вам не нанимались. И не смей рвать возле меня.

— Мужики, — захныкал Женя, призывая друзей к порядку и вниманию, а не устраивать в лесу завтраки. — Может, лучше поспешим? Мы и без того все на свете проспали.

— А можно подумать, что теперь есть куда спешить? День только начинается, до дому теперь и пешком добраться до конца дня несложно. К вечеру запросто дотопаем, — проворчал Миша, усиленно пережевывая траву. Вася так же увлекся заячьей пищей и, сбросив рюкзак, двумя руками усиленно щипал травку, сразу же заталкивая ее в рот за щеку, словно хомяк, чтобы потом в спокойной обстановке перемолоть.