Владимир Молотов - Миссия или Приключения провинциала в Ст. -Петербурге

Так я сидел в вагоне-ресторане, ел и пил водку в одиночку. Все время щупал в нагрудном кармане ручку с кодом, боясь по пьяному делу как-нибудь потерять ее. Но вместе с тем смутно понимал, что если ее не доставать, то никуда она и не денется. После двухсот грамм ко мне пришло ощущение полного отрешения и душевной невесомости. Жизнь показалась необычайно прекрасной, а заснеженные деревушки, мелькающие за окном, — удивительно милыми и живописными. Я добавил еще и пошел спать…

На следующий день я неотрывно читал бульварную газету, которую купил на одной из станций. Обедать не стал — аппетита с похмелья не было. В восемь часов вечера поезд приблизился к Сибирску. С радостным волнением я глядел в окно. Появились освещенные фонарями знакомые до боли в душе родные окрестности…

Как только я спрыгнул с подножки вагона, сразу в небольшой кучке шумных встречающих выхватил глазами Семена. Было тепло и слякотно. Милый сердцу серый вокзал тихонько плакал — из-за мокрого снега на его стенах были сырые разводы.

Семен, чуть улыбаясь, протянул мне руку. Он был в своей дежурной "аляске" с накинутым на голову капюшоном.

— Ну что, с прибытием!

Я с наслаждением вдохнул полной грудью воздух Сибирска.

— Привет, — односложно отозвался я.

Мы молча скользнули в подземный переход, вышли в помещение вокзала и, не сговариваясь, проследовали в маленький закуток — то самое кафе, где когда-то перед моим отъездом мы обменялись телефонами. (Чудилось, что это было так давно!)

Здесь из посетителей были только бомж с бегающими глазами, который допивал бутылку крепкого пива, да женщина с маленьким мальчиком, которые пили чай. Семен взял у хмурой барменши две чашки кофе и два пирожных. Я занял столик.

Когда Семен присоединился ко мне, я молча достал ручку с кодом и положил на стол.

— Вот, — выдохнул я, — принимайте.

Зеленоватые глаза его округлились, он аккуратно взял ручку и стал рассматривать.

— Что ж, ваша миссия выполнена, — с некоторым пафосом резюмировал он, сделав движение бровями.

И убрал ручку за пазуху:

— Ну, рассказывайте.

— А что рассказывать? — вздохнул я. — За эти дни столько всего произошло. Целую повесть написать можно… Что было до того, как я получил код, вы приблизительно знаете, — я сообщал вам по телефонной связи. А после…

И я рассказал историю, происшедшую на Московском вокзале. Про нудного милиционера, резидента и супермена Сергея. Семен покачивал головой и делал удивленные глаза.

— Не знаю только, каким образом Сергею удалось транспортировать этого резидента, спящего, в наручниках, — заключил я.

— Я, надеюсь, тут у него не было проблем, — предположил Семен. — В наше время вряд ли кто полезет интересоваться, зачем это человека в наручниках ведут или тащат. Как говорится, моя хата с краю — ничего не знаю. И потом. Я так и не сказал вам главного. Думаю, теперь как раз не помешает просветить вас. Это касается временного канала.

Дело в том, что окон несколько. Ну, посредством которых наши потомки проникают в свое прошлое. Окна расположены, — поистине, в этом какой-то знак, — в наиболее известных исторических местах Петербурга. Есть окно и в районе Московского вокзала.

Я слегка улыбнулся.

— Как-то слишком фантастично получается, что ли, — отметил я.

— И тем не менее. На самом деле все объясняется географическим расположением Петербурга. Ну, там, магнитные поля, относительная близость к полярному кругу и все такое. Я не буду вам объяснять научными терминами, вы вряд ли поймете. И это не оттого, что я принижаю ваши интеллектуальные способности. Даже я, ученый, до сих пор сам не до конца все понимаю. Ведь они, эти климы, сергеи, не просто, скажем, проговаривают заклинание и идут сквозь стену. Это же не колдовство. Они пользуются каким-то прибором, тайна которого нам не известна. Поэтому-то, кстати, сами мы попасть к ним не можем.

— Печально, — сказал я.

— Что печально? Что не можем попасть? А мне кажется, в этом нет ничего обидного. Посудите сами, зачем нам знать о будущем? Ну, вот вы, захотели бы вы попасть в будущее? Узнать о судьбе своих потомков? О дате своей смерти?

Я задумался. Я ощутил себя в такой ситуации, как будто меня искушает настоящая гадалка.

— Нет, — твердо сказал я.

Посидев еще минут пять (я буднично поделился своими впечатлениями от Петербурга), мы покинули скромную забегаловку и вышли с вокзала. Странно, но на улице теперь невообразимо валил снег. Белая пелена застилала все вокруг. Словно мы попали в туман. И виднелись лишь первые метры впереди.

— А что будет теперь? — спросил я, когда мы сквозь снежную завесу стали пробираться к автобусной остановке.

— В смысле? — спросил Семен.

— Вы введете код матери этого… правителя и будете ждать сообщений из будущего?

— Все верно.

— А как будем мы с вами? — немного погодя, поинтересовался я.

Семен остановился. Я увидел сквозь снег, как блеснули его зеленые глаза.

— Я буду держать вас в курсе дел, — пообещал он и пошел вперед.

Так мы вышли на остановку. Автобусов не было. И вдруг снег прекратился, так же неожиданно, как наверно начался, пока мы сидели в кафе.

Я поглядел на знакомые привокзальные дома с многочисленными желтыми и черными квадратиками.

Там, за окнами, живут люди, подумалось мне, столько разных семей, судеб, забот. И я теперь буду жить как они. И все будет по-прежнему. Но только… Придется носить в себе эту тайну. Надеюсь, она не станет мучить меня. Она будет окрылять.

Эпилог

В заключение приведу два электронных письма, которые поступили на мой адрес в интернете среди другой корреспонденции. Первое я получил уже в середине апреля, второе еще позже — в середине мая. Первое письмо прислал Семен, только он отчасти зашифровал текст. Семен написал в специфическом стиле, но, думаю, или он перестарался или вложил в это больше игры, чем осторожности. Впрочем, такую вуаль несложно снять.

Второе письмо пришло от… Нет, тут комментарии излишни. Достаточно просто обратиться к письму.

От кого: Сэм

Тема: что нового.

Привет, Евгений!

Как и обещал, сообщаю вам новости в электронном виде.

Прежде всего, спешу обрадовать. Наши совместные усилия увенчались успехом. Лекарство, которое вы привезли из Питера для матушки, мы ввели больной. Как и полагается, по всем инструкциям. И вскоре наши ожидания оправдались. Лекарство произвело именно тот эффект, какой от этого средства предсказывали знатоки.

Таким образом, матушка теперь здорова и носит в своем чреве милого и миролюбивого ребенка. Наши друзья, которые так пеклись о потомстве матушки, выражают вам большую благодарность от всего сердца.