Владимир Молотов - Миссия или Приключения провинциала в Ст. -Петербурге

Перекочевав на автобусе через мост, довольные и веселые, мы пешком дошли до Невского проспекта. По очевидным причинам испытывая голод, завернули в Макдоналдс.

Здесь народ кишел, как муравьи в муравейнике. Большей частью это были студенты. Алиса заняла едва освободившееся место, а я пошел к прилавку. Взял два двойных чизбургера, картошку и чай. Мы молча поели, поглядывая в окно на людную улицу. До моего поезда оставалось три часа. Я предложил сходить еще к Исаакиевскому собору и к Медному всаднику. Так мы и сделали, когда покончили с обедом.

Осматривая в последний раз достопримечательности Петербурга, я стал думать, что успел по-своему полюбить этот город. Может, мое признание звучит несколько высокопарно, но это так. Ну, если не полюбить, то хотя бы увлечься, втянуться, как втягиваются в неожиданный курортный роман. И пусть у меня было всего три дня — этого хватило с лихвой…

Но время текло неумолимо. Как-то незаметно наступила пора выдвигаться на Московский вокзал. И когда я понял, что надо поторапливаться, мягко напомнил Алисе о своем поезде.

Мы сидели в кондитерской, откуда Пушкин когда-то уехал вместе с Данзасом на роковую дуэль. — Сидели и уже допивали чай.

— Жаль, — вздохнула Алиса. — Ты не обижайся, но провожать я тебя не поеду.

Я удивленно приподнял брови.

— Не люблю я это, — пояснила она. — Как говорится, долгие проводы — лишние слезы.

— Да, конечно, — согласился я.

Наверно и вправду так лучше.

— Я даже маму в Киров не провожала, — как бы оправдываясь, добавила Алиса.

Я обхватил ее руку, лежавшую на столе, как тогда, два дня назад, при нашем знакомстве в том, другом кафе. Только теперь я сделал это импульсивно, по своей воле, а не по ее просьбе.

— Ты знаешь, я обязательно постараюсь снова приехать в Петербург. В самое ближайшее время. Во что бы то ни стало.

Я на самом деле так подумал. Ведь я мог бы взять отпуск и поехать за свой счет. Только ради нее.

— Будем надеяться, — спокойно сказала Алиса.

Через минуту мы вышли из кондитерской. И молча побрели к автобусной остановке.

Невский проспект по-прежнему жил своей независимой жизнью. Ему, конечно же, было все равно, что я уезжаю.

Еще несколько мгновений мы стояли на остановке. Я ловил ускользающие глаза Алисы. "Серые или все-таки синеватые?" — думал я. И пришло то самое ощущение, будто все это уже было со мной. Но ведь действительно было, опомнился я, было в первый день, когда вот так же расставались на остановке!

— Я позвоню, когда приеду домой, — пообещал я.

Алиса сдержанно кивнула.

Приближался автобус. Я наклонился к Алисе, обнял ее рукой за талию и поцеловал. Она не сопротивлялась. Ее губы напомнили вкус сочных ягод. И потом, — я уже прыгнул в автобус, — мои уста еще долго жгла эта печать. Алиса, придерживая одной рукой ворот куртки, другой рукой слабо махала мне, я печально улыбался, посылал воздушные поцелуи… Остановка вместе с Алисой медленно уплывала. У меня в душе что-то оборвалось…

Честно скажу, мне не понравилось, что главный зал на Московском вокзале не имеет ни одной скамеечки. Люди в ожидании поездов просто стоят с сумками и смотрят на табло с расписанием или переговариваются между собой. Я же в своем положении не захотел стоять просто так. Во мне все перемешалось: прощание с Петербургом, расставание с Алисой, но важнее — боязнь быть обнаруженным на вокзале неведомыми врагами. Сразу забрав сумку из камеры хранения, я вышел на перрон. И, нервничая, стал суетливо прохаживаться.

Двое патрульных в милицейской форме, праздно болтавшие поодаль, разглядев меня, быстро двинулись в мою сторону. Я не на шутку испугался. Неужели тем, кто охотился за мной, удалось подключить к своим грязным делам еще и транспортную милицию? Разослали мои приметы по всем вокзалам города? Как бы там ни было, лучше ретироваться, подумал я. Отвернулся и быстро пошел в другую сторону. Пришлось скрыться в главном зале ожидания. Но здесь я не присоединился к кучкам стоявших посреди зала людей, а принялся ходить вдоль витрин магазинов.

В какую-то минуту я увлекся бриллиантами, разложенными на застекленной ярко освещенной витрине ювелирной лавки. Я остановился, пожелав разглядеть ценники. Но только я удовлетворил свое любопытство, как кто-то тронул меня за плечо. Я повернулся и невольно вздрогнул: передо мной с самодовольным лицом стоял милиционер в погонах сержанта, слегка помахивая резиновой дубинкой.

— Будьте добры, документики покажите!

Меня бросило в жар. Я обреченно достал паспорт и отдал сержанту. У него были густые сросшиеся над переносицей брови. Он пролистал первые страницы моего паспорта, посмотрел на фотографию, сверился с моим лицом.

— Так, Евгений Борисович Медведев, — отчеканил он. — Почему бегаем от милиции?

— Не понимаю, о чем вы? Я не бегал, — я взял себя в руки.

— А что ж там, на перроне, — он показал рукой в соответствующую сторону, — скрылись от нас?

— Да нет, просто так вышло, — стал неумело оправдываться я. — Мне показалось, что объявили мой поезд, и я пошел быстрей посмотреть табло.

Патрульный задумался, пролистал паспорт до конца и нашел оба билета: от Петербурга до Москвы и от Петербурга до Сибирска.

— Хм. Очень интересно, — он свел свои сросшиеся брови. — Так куда вы все-таки едете? В Москву или в Сибирск?

— Понимаете, я сначала хотел ехать напрямую до Сибирска, — стал врать я, — а в последний момент решил через Москву, чтобы к родственникам заглянуть. А старый билет еще не успел сдать.

Он смерил меня недоверчивым взглядом с ног до головы, положил билеты на место, но паспорт не вернул.

— Евгений Борисович, пройдемте-ка со мной, — спокойно сказал он.

— А в чем, собственно, дело? — тихонько возмутился я.

— Нужно кое-что проверить, — бросил он, мягко тронув меня рукой за плечо.

Документы были у него; мне ничего не оставалось, как послушно пойти с ним. Мы преодолели зал, пропетляли в вокзальных закоулках и зашли в милицейский пункт.

Сержант провел меня в небольшой пустующий кабинет. Который был неплохо обустроен: жалюзи на окне, новый светлый стол с папками и бумагами, компьютер с большим монитором, факс. Милиционер сел за стол, а меня усадил на стул напротив себя. Затем он взял трубку телефона-факса и набрал какой-то номер. Ему быстро ответили.

— Это с Московского вокзала, — отрапортовал он. — Нам попался человек, которого вы искали… Да… Он здесь, в отделении… Не знаю… Хорошо.

Я совсем упал духом. Мои опасения оправдались. Шпионы Коалиции все-таки подкупили транспортную милицию. Я оказался в ловушке.