Мария Симонова - Охота на Снайпера

Кэт позвонила, с трудом преодолевая желание оглянуться – уж если преследователи сунутся проверить этаж, то возможность рассмотреть их у нее будет. Она ожидала переговоров с охранной системой, заранее досадуя на задержку. Но, к ее удивлению, а в большей мере к радости, дверь отворилась почти сразу, да не на чуть-чуть, а широко и гостеприимно. Хозяйка – молоденькая худая брюнетка, одетая во что-то обтягивающее и очень сексапильное, взглянула на незваную гостью с доброжелательным, но мимолетным интересом.

– Здравствуйте! – расцвела улыбкой Кэт и продолжила торопливо: – Я Вера Бардовцева из двести двадцать первой квартиры. – Фамилию она, оказывается, запомнила, имя же взяла с потолка. – У нас... – Тут Кэт умолкла, потому что девушка отвернулась и, больше ее не слушая, пошла куда-то в глубь квартиры, крикнув:

– Вик! Это к тебе!

Пользуясь тем, что дверь осталась распахнутой, Кэт быстренько ступила через порог, прикрыла ее за своей спиной и перевела дух: как ни странно, ее план удался. Похоже, что ей в очередной раз повезло.

Прихожая, полная беспорядка, казалась лабиринтом из-за колоннообразных шкафов, подпирающих низкий потолок – один из этих шкафов, кстати, был лифтом. Кэт секунду боролась с соблазном броситься прямо к нему, никого больше не напрягая в этой квартире. Если бы не специальные коды для спуска и подъема... Неприятно быть застуканной в кабине, бестолково жмущей на кнопки, разумней сначала получить на это разрешение у хозяев.

Она прошла в комнату, где пространство сразу распахнулось вширь и ввысь. Огромное, во всю стену окно и отсутствие перекрытий создавали ощущение даже не зала, а студии, беспорядочно заставленной предметами обстановки. Встретившая ее девушка успела пройти за стойку, напоминающую барную. Была здесь и еще одна девушка – блондинка; эта «рисовала лицо» перед большим, в рост, трильяжем. У окна на диванчике развалился молодой человек с журналом; другой только что поднялся из самолетного вида кресла, расположенного напротив широкого экрана. Кэт понятия не имела, к кому из них относилось обращение «Вик», но для решения ее проблемы это было не столь существенно.

– Здравствуйте! – улыбнулась она, охватывая их всех панорамным взглядом. – Я из двести двадцать первой. У нас...

– Александра, – бесцеремонно перебил молодой человек, – ну сколько можно тебя ждать? – С этими словами он подошел к блондинке, продолжавшей крутиться у зеркала, и прорычал: – Не буди во мне зверя!

– А он проснется?.. – спокойно поинтересовалась та, склоняясь поближе, чтобы подправить кисточкой новомодный рисунок на щеке.

– Обязательно, – сказала брюнетка. – Проснется и убежит.

– А бурундучок не высыпается! – заключил второй парень, выглянув из-за журнала.

Кэт немного растерялась: складывалось впечатление, что она здесь вроде как свой человек, на чей визит не обращают особого внимания. Брюнетка бродила за стойкой, убирая в шкафчики громоздящиеся там и сям столовые приборы, парень у окна вздыхал, перелистывая журнал. Про себя Кэт уже навесила им общий ярлык: «золотая молодежь», собравшаяся в квартире, купленной кому-то из них богатенькими предками либо снятой на те же родительские средства. Небрежная обстановка и общий безалаберный дух свидетельствовали о том, что сами предки достаточно мудры, чтобы обитать где-то в другом месте.

– Кха-кха, – покашляла Кэт, деликатно напоминая о своем присутствии. И вновь заговорила, ни к кому отдельно не обращаясь: – У нас ремонт, и рабочие заняли оба лифта. Можно мне воспользоваться вашим?

Тут все немножко ею заинтересовались, а может быть, и не совсем ею, потому что как раз в этот момент позади нее раздался голос:

– Девушка, милая, погодите минутку! Я сейчас спущусь!

Кэт обернулась. Над прихожей был оборудован навесной этаж, за перилами был виден молодой человек, натягивающий футболку.

– Вик, ну ты там уснул, что ли? – крикнула брюнетка, вешавшая в это время на сушку «вниз головами» гирлянды бокалов. – Все уже готовы, сейчас выходим! И сколько можно повторять, что к тебе пришли!

– Так-таки и выходим? – донеслось сверху. – Пока еще Сашка себя под хохлому распишет...

– С хохломой покончено, – раздался грустный голос из-за журнала. – Сегодня она радистка гиперпространственная. Спускайся, погляди на эту рогопопу.

– Сережа, ну я же просила! – гневно выпрямилась блондинка. Кэт в зеркало было видно, что лицо ее обведено фигурным контуром, как бы имитирующим шлем, тогда как действительно линия, проведенная через правую щеку к уголку губ, олицетворяла переговорное устройство.

– Молчу, молчу, – проворчал парень, – хотя понимаю, что сюрприз испорчен.

– А под хохлому... – зловеще начала Александра, потрясая кисточкой, – я сейчас распишу кое-кого другого!

– Нет, умоляю, только не это! – взмолился Сергей, прикрывая лицо журналом и выглядывая из-за него краем глаза.

«Ох, мне бы ваши заботы...» – вздохнула мысленно Кэт, ощущая зависть к беззаботным ровесникам и старательно-безуспешно с ней борясь: кто-то сейчас отправится на вечеринку, а кому-то под условным именем «загнанный зверь» предстоит обходить ловушки и перепрыгивать капканы, расставленные очень серьезными гражданами. Кстати говоря, многое зависело от того, как скоро ей позволят воспользоваться лифтом.

– Простите, так как насчет лифта? Я могу от вас спуститься?.. – нетерпеливо спросила она и осеклась, подумав, насколько подозрительно выглядит подобная просьба: спуститься с пятого этажа молодой девушке ничего не стоит и пешком, ради этого вовсе не обязательно заходить к соседям. Но на это никто не обратил внимания – должно быть, при такой лифтизации сама мысль ходить по лестнице казалась абсурдной.

– Давайте знакомиться, я Виктор, – сказал парень, спускаясь с «антресолей» по витой лесенке. – А вы, значит, наша соседка? По имени?..

– Вера, – еще раз представилась Кэт. На сей раз она предпочла назваться вымышленным именем: похоже, что в ней начал-таки просыпаться конспиратор.

– Ты подумай, а! Ведь так всю жизнь можно прожить с человеком в одном подъезде и даже не встретиться!

– Город, – пожала плечами Кэт и решила повторить легенду: – У нас сейчас ремонт, и...

– Спасибо вашему ремонту! Если бы не он...

– Вик, кончай любезничать, – весело приказала Александра, уже закончившая наводить макияж и налачившая волосы составом, превратившим их в подобие блестящего шлема. Выглядела она, конечно, ультрамодно – видимо, была неплохим визажистом, что по достоинству оценила Кэт, хотя сама не любила краситься броско. Девушка за стойкой сморщила нос: