Мэри Джентл - Отряд (Аш - Тайная история - 2)

- Генри Брант заначил пару бочек вина, - объявила Аш срывающимся на морозе голосом. - Перед рассветом каждому достанется по глотку!

Среди стоявших поблизости от нее послышались радостные восклицания.

Пройдя к дверям оружейной, Аш окликнула:

- Жан!

- Кончаю, босс, - улыбнулся ей из красноватого сияния горна Жан Бертран. В тени за его спиной в последнем приступе деятельности гремели молоты. Двое подмастерьев безостановочно выдавали готовые наконечники стрел.

Аш, оглушенная звоном кузни, несколько секунд постояла на пороге, отогревая лицо в потоке горячего воздуха. Один из оружейников выравнивал на наковальне помятый нагрудник: от раскаленного металла разлетались яркие искры. Голые руки с вздувшимися мышцами, блестевшие от копоти и пота, искусно и мощно поднимали и опускали молот. Аш вдруг представилось, как те же мощные руки и плечи напрягаются, обрушивая удар в лицо визиготского солдата. Может, всего через несколько часов.

Входя в башню, она отпустила эскорт лучников греться в кое-как отапливавшейся караульной, а сама тяжело потащилась вниз по ступеням в подвальный этаж.

Вонь кала заставила моргнуть и утереть заслезившиеся глаза. Из полумрака возникла Бланш с цеплявшейся за ее юбку стайкой малышни. Аш, прикинув навскидку, сколько голов, подумала: "Почти вся обозная мелочь" и кивнула детям.

- Занималась перевязками, - голос Бланш тоненько взвизгивал. Как и у остальных, щеки у нее запали, и глаза провалились глубоко в темные глазницы. - Все, кто держится на ногах, там, наверху, даже те, у кого плечо или рука в лубках. Для остальных я ничего не могу сделать: колодцы замерзли, даже напоить нечем.

Ряд соломенных тюфяков терялся во мгле. Уже больше двадцати четырех? Аш попыталась пересчитать хотя бы страдавших дизентерией. Тридцать? Тридцать один?

- Сжечи умер, - добавила Бланш.

Аш проследила ее взгляд. У стены иссохший смуглый мужчина заворачивал во что-то тело венгра - рваная мешковина, разглядела Аш, заменявшая, на худой конец, саван.

- Когда закончишь здесь, выходи на сбор, - приказала она. - Завтра разберешься.

Человек затянул узел, уложил покойника и поднялся. Лицо, там, где оно виднелось из-под давно не стриженых волос и бороды, было залито слезами. Он проговорил что-то - она разобрала только: "Убить долбанных визиготов" - и, спотыкаясь, полез вверх по ступеням.

- Постарайся им как-то помочь. Хотя вода нужнее тем, кому предстоит драться. - Аш смотрела на распростертые тела больных лихорадкой. - Если кто-то из них внезапно "поправится", отсылай их наверх.

Бланш с кривой улыбкой покачала головой.

- Хотела бы я, чтоб это в самом деле были симулянты...

Вернувшись в передний зал, Аш застала там целую толпу: Эвен Хью, Рочестер, Кампин, Верхект, Моулет и еще добрая дюжина. :

- Все к Ансельму и Анжелотти: они разберутся. - Она прошла мимо знакомых лиц к лестнице и убежала по крутым ступеням наверх. Стражник отодвинул кожаную занавесь. Паж подошел принять плащ с капюшоном, и оружие.

- Латы снимете, босс? - спросил он.

- Ага. Рикард поможет. К заутрене снова надо одеться. - Она помолчала, разглядывая мальчонку - лет десяти, как ей показалось. - Как там тебя зовут?

- Жан.

- Ладно, Жан. Разбуди меня за пол-отметки свечи до заутрени. Приведешь остальных пажей, прихватите еду и светильники.

Мальчик посмотрел на нее поверх мокрого грязного тюка овчины, сукна и оружия.

- Хорошо, босс.

Она закрыла глаза, как только он вышел; прислушиваясь к звуку его торопливых шагов на лестнице, неразборчивым голосам часовых, на мгновенье представила детское лицо, рассеченное широким наконечником алебарды.

- Босс...

От камина, где тлели красноватые угли, обложенные для просушки жалкими сырыми щепками, собранными по улицам, отодвинулась фигура Рикарда. Парень перерезал пропитанные воском шнуры, стягивавшие ее наплечники, и Аш снова закрыла глаза, на этот раз от усталости. Она чувствовала, как умелые рук снимают с нее тонкие пластины стали - словно булыжники. Когда Рикард освободил от брони бедра и ноги, она с наслаждением потянулась, приподнявшись на цыпочки, расправляя затекшие конечности, и, снова расслабившись, опустилась на всю ступню.

- Надо почистить, - заметила она, когда Рикард начал развешивать части доспеха на стойке. - Займись этим внизу.

- Если стану чистить здесь, шум не даст вам уснуть, что ли, босс?

Он уже перерос Аш на пол-ладони. Она заметила, что приходится задрать голову, чтобы взглянуть ему в глаза.

- Пусть чисткой займется Жан. А ты сходи в Сен-Стефан, ладно?

Она отдавала указания не задумываясь, почти не слыша собственного голоса. Намалеванный на стене красно-желтый шеврон наплывал на нее из мрака, от дыма першило в горле.

- Скажи, чтоб меня не беспокоили, - добавила она и успела заметить его широкую, радостную улыбку, прежде чем парень отвернулся, унося тяжелые латы в главный зал.

Молод он еще для этого дела. Слишком молод для завтрашнего. "Черт, мы все слишком молоды для завтрашнего".

Она не стала тратить время на смену подлатника и штанов, откинула свисавшие с кольчужных вставок ремешки и плюхнулась, накинув старый подбитый мехом кафтан, перед пламенем очага. Положила на угли обломок доски и раздувала его, пока не разгорелся теплый огонек.

Согреваясь, Аш начинала чувствовать исходящий от ее тела запах застарелого пота. Она сонно почесала искусанное блохами тело под камзолом. "Договорилась до обалдения",- подумала она, все еще ощущая ступнями грубые булыжники мостовых и каменные ступени. Пересела на оставленный кем-то из пажей у камина тюфяк и все еще не отошедшими с мороза пальцами принялась яростно стягивать кожаные сапоги. Ее черные до колен рейтузы провоняли навозом.

"И все это может исчезнуть в одно мгновенье - каждый запах, каждое ощущение; та я, что думает об этом..."

Она потянулась к забытой у огня глиняной кружке, сняла крышку и понюхала содержимое. Тухлая вода. Может, с капелькой вина. Только теперь поняв, как хочет пить, Аш в два глотка осушила чашку и вытерла губы рукавом.

- Босс, - весело окликнул мужской голос из-за двери. Аш оторвала взгляд от язычка пламени. Даже этот слабый свет перебил ей ночное зрение, но голос стражника она узнала: один из итальянских стрелков Джованни Петро.

- Пропустите ее.

- Слушаюсь, босс, - и грубо добавил по-итальянски: - Выжмите суку досуха, босс.

Холодный сквозняк ворвался в щель приоткрывшейся занавеси. Аш потянулась за оставленным Рикардом поясом, устало застегнула его поверх полукафтана. Отполированная прикосновениями рукоять кинжала удобно легла в ладонь.

Женский голос спросил от двери: