Сборник - Фантастика 2002. Выпуск 3

– Неплохо вы прибарахлились, - плиточник первым прервал молчание. - Это ж сколько такая хата стоит? Тысяч шестьдесят-семьдесят баксов, наверное, не меньше. Шикарно живете, ребятки. Поделиться желания нет?

– Хрен тебе, - заявил я. И немедленно был наказан - мясистая лапа отвесила мне оглушительную оплеуху.

Сам виноват - с грабителями так не разговаривают. Что ж тут поделать - ненавижу отдавать деньги всяким сволочам.

– Ты чо, Игорь! - заныл Хуч, вернувшись к давно уже забытому образу недотепы. - Мы ж, типа, понимаем - денег тебе надо и все такое. Ты скажи, скоко тебе надо, и все путем будет, без шума. Две тыщи устроит? Прямо щас отдадим.

– Не изображай из себя придурка, Хуч, - сказал плиточник. - Двести тысяч. Долларов, само собой, не рублей.

– Нет у нас таких денег, - прошепелявил я разбитыми губами. - И не было никогда. Тысячу баксов найдем. Больше нет - хоть всю квартиру обыщи.

– Значит так, господа оформители, - рыжий усмехнулся в усы, - вижу, что вы принимаете меня за обычного налетчика. Позвольте объяснить, что это не так. Я вовсе не грабитель, я пришел за своим. Полгода назад я отдал вам в аренду свои технологические разработки. Должен заметить, что воспользовались вы ими весьма умело и смогли заработать приличную сумму. Ценю ваши таланты, господа. Теперь дело за малым - заплатите мне за аренду.

– Какие такие разработки?

– Как какие? Две плитки с оригинальным узором. Теперь я с удовольствием вижу этот узор на рекламных щитах нашего города.

– Это ты их придумал?

– Я.

Врешь, хотел сказать я. И осекся, понял, что получу по морде еще раз.

– Мы только что купили эту квартиру, - пробубнил я, - и с деньгами сейчас полный голяк. Двадцать тысяч тебя устроит? Нет, даже тридцать, машину продам, черт с ней. Это - всё.

– А квартиру продать не хочешь?

– Не хочу.

– В общем так, - толстяк махнул рукой, - выкручивайтесь как хотите, продавайте, занимайте, работайте, но двести штук мне извольте выложить. Я добрый - понимаю, что у вас проблемы, не буду требовать деньги прямо сейчас. Даю вам месяц.

Мне сразу же захорошело. Я понял, что эта тварь сейчас уйдет и оставит нас в покое на целый месяц. Месяц! За этот срок мы разберемся с ним по полной программе. Деньги ему, наглецу такому, да еще и дураку, оказывается! Да мы его под асфальт закатаем, с нашими-то возможностями…

– Без проблем, - бодро сказал я. - За месяц бабки сделаем. Все тебе отдадим, с гарантией.

– Догадываюсь, о чем ты сейчас думаешь, - флегматично произнес Игорь. - Чтобы сбежать из города подальше, да? Или что-нибудь еще глупее - в милицию обратиться или даже наехать на меня. Забудь об этом. Если сделаете что-то не так, превратитесь в полных идиотов. И ты, и твой приятель. Понятно?

– И как ты это сделаешь?

– А вот так, - толстяк проворно извлек из кармана фонарь и ослепил нас серией ярких вспышек.

– Что эта за дрянь была? - спросил я, морщась и моргая. Перед глазами плыли белые круги.

– Одно из моих изобретений. Сильная штука - действует наподобие узора для поумнения, только в противоположном направлении. Если не предпринять специальных мер, ровно через месяц вы в одночасье превратитесь в безмозглых кретинов. Я зарядил вас, ребятки, теперь каждый из вас носит в своей голове бомбу замедленного действия. Принесете мне деньги - сниму с вас порчу. Нет - пеняйте на себя.

– Я тебе не верю.

– Поверишь, - сказал толстяк. - Позвони своей сестрице Ларисе, и поверишь.

14

Лариса позвонила сама, через полчаса после того, как ушел рыжий.

– С Севочкой что-то случилось, - рыдая, сказала она.

– Что?!

– Он снова поглупел. Еще больше, чем раньше. Он вообще ничего не понимает. И буквы все забыл…

– Лариса, - крикнул я в трубку, задыхаясь от волнения, - ты не знаешь, к нему никто не подходил? В смысле, к Севе, где-нибудь на улице? Какой-нибудь рыжий мужик, с фонариком? Месяц назад?

– Что ты за чушь спрашиваешь? Какой мужик? Откуда я знаю, кто к нему подходил? Лето, Севка по полдня на улице гуляет… Что делать?

– Сейчас мы к тебе приедем, - сказал я.

Любовь Хуча к детям граничила с патологией - не зря я шутил, называя его педофилом. Хуч побледнел и чуть не упал в обморок, когда увидел, что случилось с Севкой. Мой племяш сидел на полу, пускал слюни и таращился совершенно идиотским взглядом. Лариса была права - таким тупым он не был никогда.

Разумеется, мы пришли, чтобы срочно вылечить мальчонку - показать ему картинку с «Антидурью». Само собой, узор не подействовал… Слезы, бессмысленные упреки, бабья истерика, запах валерьянки, вонь мочи - мальчонка описался… Лучше не вспоминать такое.

Мы с Хучем поняли, что влипли крепко.

15

Мы стояли у бильярдного стола. Играли партию уже полчаса, катали шары туда-сюда и никак не могли забить - руки тряслись. Даже водка не помогала расслабиться.

– Как он вообще на меня вышел, гад такой? - сказал Хуч, задумчиво крутя в пальцах кий. - Почему подсунул свою плитку именно мне?

– Не тебе он ее подсунул, а мне. Вспомни - когда он предлагал положить плитку, то сперва заходил ко мне. Я не согласился, да и не мог согласиться на такое уродство. Он узнал, что ты у меня работаешь, и зацепил тебя. Зацепить тебя тогда было проще простого… извини… Ты поумнел, я заинтересовался плиткой. Сработано идеально, чувствуется опытная рука.

– Но он же по многим квартирам ходил. И плитка у него жутко дешевая. Почему больше никто не согласился?

– Я сегодня зашел к соседке, бабе Дусе. Спросил, помнит ли она рыжего мужика, плиточника? Помнит, само собой. У наших бабулек удивительно цепкая память, они еще с советских времен натасканы на отлов шпионов. Так вот, она говорит, что он за свою безобразную плитку втридорога запросил!

– Значит, другим он предлагал плитку только для отвода глаз?

– Похоже, что так. Нужен ему был именно я. Он знал, что я - спец по наружной рекламе, и что именно мне нужно подложить эти картинки.

– Но откуда он знал, что это подействует в наружной рекламе? Ты же создал «Медиум», а не он.

– Знал, всё он знал. Я уверен, что мы у него - не первые клиенты. Он уже набил руку на подобном вымогательстве. Он действует по четко отработанной схеме.

– Занять денег, отдать ему и пусть катится к чертовой матери, - предложил Хуч. - Деньги, конечно, большие, но мозги дороже. Ты вот не был олигофреном, не знаешь что это такое. А я знаю…

– Это не решит проблемы. Он так просто не отцепится.

– Почему ты так думаешь?

– Какой ему смысл брать разовый выкуп, если он сможет доить нас постоянно?

– Может, все-таки к ментам обратиться?

– И спугнуть его? Ты снова хочешь стать тупым, Хуч?