Сборник - Фантастика 2002. Выпуск 3

Нашел Хуч. Я до ряби в глазах всматривался в чертовы ромбы и треугольники в туалете, а он занимался тем же в ванной. Неожиданно он захохотал. Сперва я не придал этому значения - подумаешь, ржет бывший дурачок над чем-то своим, бывшим-дурацким, но через несколько минут заливистого «Гы-гы» я понял, что это всерьез и надолго.

Хуч сидел в ванной на полу и веселился. Беспредельное блаженство было написано на его простецкой физиономии.

– Что случилось, Хуч? «Ха-ха» поймал?

– Йес! Гы-гы-гы! Ввауу!!!

Вытирая слезы, Хуч показал пальцем на кусок стены, частично прикрытый краем ванны. Я заглянул туда и свалился от хохота. Корчился на полу рядом с Хучем минут пять - думал, задохнусь. А потом, слава Богу, отпустило.

Так мы нашли узор, который я называл «Эйфо». От слова «эйфория».

Итак, среди всех плиток с одинаковым узором оказались две особенные. В сущности, рисунок на них был тот же самый, отличался только большей четкостью. Самый четкий рисунок был у «Эйфо». Название для узора, лечащего олигофренов, придумал Хуч. Он назвал его «Антидурь». Словечко корявое, но почему-то прижилось.

Для того, чтобы извлечь из стены «Эйфо», пришлось заклеить плитку бумагой. Убойная была штука - сшибала с ног напрочь. Сканировал я его тоже чуть ли не с закрытыми глазами. А потом укротил при помощи «Фотошопа».

Варьируя толщину линий, я создал приемлемый вариант - нечто среднее между «Эйфо» и «Антидурью». Так и назвал его - «Медиум» [2]. «Медиум» мгновенно повышал настроение, вызывал симпатию ко всему на свете, но особенно к тому, что было носителем рисунка.

Моим очередным заказом была реклама электробритв «Агидель». Я украсил черный пластмассовый корпус бритвы маленьким значком «Медиума» - зашифровал его в виде солнечного блика. Рекламодателям проект рекламы понравился до поросячьего визга, и я знал, почему. Через две недели щиты с моей бритвой украшали Казанское и Московское шоссе. В течение месяца «Агидель» смели с прилавков Нижнего Новгорода начисто. Говорят, в Москве и Казани тоже выявилось значительное повышение спроса - даже женщины начали покупать бритву «Агидель» - не только для подарков своим любимым, но и для личного пользования.

Думаю, что завод, производящий электробритвы, неплохо заработал на мне. Но я не собирался предъявлять к нему имущественных претензий. Скучно это - размениваться по мелочам. Нас с Хучем ждало поистине бриллиантовое будущее.

11

Нефть - вот наилучший источник дохода в нашей стране. Благословенная жидкость, вязкая и вонючая, доллары приносящая.

Я взял трубку и набрал заветный номер.

– Это фирма «ЭТК-Ойл?»

– Да.

– Господина Журавского можно к телефону? - вежливо попросил я.

– А кто его спрашивает? - спросил в трубке женский голос. Я сразу представил секретаршу - длинноногую, блондинистую, отдающуюся шефу прямо на письменном столе в свободное от работы время.

– Это Дмитрий Анатольевич Васильев, специалист по наружной рекламе.

– Нам не нужны специалисты по наружной рекламе. Извините.

В ухе противно запищали короткие гудки.

– Ну чо, - полюбопытствовал Хуч, - йес или ноу?

– Ноу. Мы им не нужны, видите ли. Гадина эта секретарша. И дура к тому же - не знает, с кем только что разговаривала. Через пару дней она будет любезно поить тебя и меня чаем и порхать вокруг нас как бабочка. А мы будем сидеть как ковбои, положив ноги на журнальный стол. Ты хочешь так сидеть, Хуч?

– Не хочу. У меня кроссовки дырявые.

– Выкинь их. Купим тебе хорошие туфли - баксов за пятьсот.

– Пятьсот?! - Хуч вытаращил глаза. - У меня нет таких денег.

– Я найду. Выглядеть нужно прилично - никуда не денешься. И сбрей свою козлиную бородку - ты же не рэппер из подворотни, ты солидный деловой человек. Йес?

– Ладно уж, чо там… Йес.

В длинном плаще, в лайковых перчатках, в дорогом, только что купленном пиджаке я чувствовал себя уверенно и комфортно. Хуч, наоборот, маялся, ёжился в обнове и поминутно хватался за галстук, пытаясь ослабить узел. Я бросал на него суровые взгляды.

– Мить, ну не могу я так, - громко зашептал Хуч. - Тошно мне в этой удавке. И ботинки натирают. Может, без меня пойдешь?

– Обломись. Ты мой партнер по бизнесу и обязан присутствовать, - заявил я и решительно открыл дверь офиса «ЭТК-Ойл».

– Вы к кому? - заступил нам дорогу охранник, здоровенный детина в синей форме и фуражке.

– К Журавскому. К Степану Иосифовичу, - я небрежно стянул перчатку с левой руки. - Фирма «Дизайн-люкс». Мы записаны на прием.

– Да-да, конечно, - охранник расплылся в широчайшей улыбке, не отрывая взгляда от моей руки. - Подождите секундочку, я сейчас позвоню в приемную…

– Не надо звонить, - сказал я. - Мы так пройдем. Нас ждут.

Тыльную сторону моей левой кисти украшала татуировка. Точнее, имитация татуировки - знак «Медиум».

– Проходите! - Охранник пропустил нас в дверь-вертушку, сияя, как начищенный самовар. Похоже, мы очень понравились ему.

Длинный коридор. Матовые стены, подвесной белый потолок. А где золотые светильники? Где фонтан и бассейн с писающим амуром, модным в нынешнем сезоне? Бедновато, ребята.

Ничего, мы сделаем вас богаче. Мы знаем, как это сделать.

Секретарша оказалась теткой старше пятидесяти, полноватой брюнеткой. Я хмыкнул - предположение насчет любви на письменном столе, пожалуй, было чересчур смелым. Стол мог от такого развалиться.

– Добрый день. - Я положил левую руку на стол. - Мы звонили вам пару дней назад. Насчет наружного дизайна, помните?

– Э… да, что-то такое было… - секретарша завороженно скользила взглядом по линиям «Медиума». - Но ведь, кажется, встречу вам не назначили…

– Это не обязательно, - сказал я и убрал руку. - Главное, что мы пришли. Степан Иосифович будет очень рад нас видеть. Очень.

– Клавдия Васильевна, три кофе, пожалуйста, - сказал в коммутатор Журавский. - Итак, господа, - он проницательно уставился на нас сквозь стекла очков, - что вы можете предложить нашей компании?

– Рекламу, - произнес я. - Хорошую рекламу. Я говорю об отдельно стоящих щитах в сити-формате.

«ЭТК-Ойл» была местной компанией, торгующей бензином, маслом и прочими нефтепродуктами. Компанией, надо сказать, не самой процветающей. За последний год два гиганта российского нефтяного бизнеса, лидирующие в Нижегородской области, задавили «ЭТК-Ойл» почти насмерть и она едва сводила концы с концами. Дело неуклонно шло к продаже компании одному из этих самых гигантов.

– У нас уже есть контракт с одним производителем рекламных щитов, сказал Журавский. - Вы мне нравитесь… сам не знаю почему. Я никогда не слышал названия вашей фирмы, но почему-то мне кажется, что вы хорошо делаете свою работу. Увы, место на ближайшие десять месяцев занято. Жаль, что вы не появились раньше. Вы опоздали, господа. Просто опоздали.