Эрик Рассел - Звездный страж (Авторский сборник)

Массовая радикальная, всеохватывающая мутация подразумевает модификацию генов жестким радиоактивным излучением — настойчивыми и рассчитанными ударами. На такой легкой планете не может скопиться много радиоактивных элементов, славящихся в таблице Менделеева своей массой, и вряд ли радиация станет просто так изливаться с небес. Нет — здесь она, матушка-радиация, не хлещет с неба, не бьет из-под земли. Здесь она вообще, если говорить честно, — отсутствует.

Он был как-то по-особенному в этом уверен, потому что имел свой, специальный интерес и поклялся во что бы то ни стало вычислить загадку планеты Оро. Жесткая, проникающая радиация является вернейшим признаком присутствия радиоактивных элементов, которые, в крайнем случае, могут сгодиться в качестве топлива. На корабле найдется оборудование для такой задачи. Среди его игрушек были и счетчик космического излучения, и радиевая курочка, и электроскоп с золотыми листиками фольги. Покуда счетчик не зарегистрировал ничего экстраординарного, курочка ни разу не квохтала, кудахтала здесь одна Лаура. Он настроил электроскоп на положение «к земле», и лепестки его оставались по-прежнему горизонтальны. Атмосфера была сухой, ионизация — ничтожной, и листки могли не сворачиваться еще с неделю.

— Что-то неверно в моем предположении, — посетовал он, обращаясь к Лауре. — Шарики за ролики не заходят.

— Шар-рики за р-ролики, — преданно откликнулась Лаура. Она раскурочила здоровенный орех-пекан с дребезгом, от которого Стив заскрипел зубами. — Я же сказал, что это обреченный р-рейс. Обреченный кор-рабль. Не буду продавать. Нет, нет, проси, сколько хочешь, — не буду пр-родавать. Кто тр-резвый — тот рому тр-рес-нет! — Она сцапала еще орех, и как-то тускло на него посмотрела. — Кольца больше, чем у Сатур-рна. Кто лжец? Ур-ра! Она сошла в Серой бухте, на Тетисе. Лицо ее пр-рекрасно, но стан — еще чудесней.

— Слишком много говоришь, — не одобрил Стив.

— Я не пр-родажная, — вернулась она к теме. — Вот тебе ор-решек.

— Давай, — он подставил протянутую ладонь.

Встопорщив свою пеструю макушку, птица внимательно осмотрела ладонь, клюнула, с серьезным видом выбрала пекан и отдала ему. Стив раздавил его и грыз, пока раскочегаривался генератор. Ночь, казалось, только и ждала электросвета. Она наступала, стоило ему только коснуться выключателя.

С темнотой пришло острое чувство беспокойства. Купол не давал покоя: он светился, точно маяк, и не было никакой возможности притушить его. Маяки известны своей способностью привлекать всякую дрянь. Стив не желал оказаться в центре внимания, особенно в нынешних условиях, тем более — ночью. Длительный опыт общения породил царственное безразличие человека к инопланетному зверью, вне зависимости от его курьезности или свирепости, но инопланетный разум — это уже совсем другой разговор. Он был так переполнен впечатлениями минувшей ночи и тем, что в феномене ночного скитальца присутствует что-то до боли знакомое, что даже не задавался вопросом, имеет ли светящаяся колонна глаза и прочие органы чувств. Да и подумай об этом, уютнее бы не стало.

Какая-то чертовщина рассуждений еще бродила в его голове, когда он выключил иллюминацию, улегся и приготовился ко сну. Ничто не потревожило его в этот раз, но когда Стив проснулся с золотой зарей, его грудь была мокрой от пота, а Лаура вновь искала убежища на его плече.

За завтраком он неожиданно сказал Лауре:

— Да едят меня черти, если стану я расшибаться в лепешку, как однорукий на трехсменной вахте. Нам довелось столкнуться с силами неизвестного происхождения, не желающими убраться прочь. Все эти штабные вояки, супермены в креслах, должны предвидеть ситуации, которым не нашлось места в своде правил.

— Рыг! — с одобрением подтвердила Лаура.

— Кто сражается и удирает, живет до следующего дня сражения, — процитировал Стив. — Это поговорка разведслужбы. Прямо верхушка чистейшей мудрости, когда есть куда удрать. Нам — некуда.

— Крыг! — с энтузиазмом произнесла Лаура.

— Для дамы твои манеры просто никуда не годятся, — заявил ей Стив и продолжил: — Я не собираюсь проводить куцый остаток своей жизни, оглядываясь в страхе за плечо. Единственный способ спастись от сил неизвестного происхождения, это превратить их в силы известные и понятные. Как дядюшка Джо сказал Вилли, когда тащил его к дантисту: «Чем дольше откладываешь, тем хуже становится».

— Не бер-ри в голову! — проорала Лаура. — Крыг-кы-гыг!

Он посмотрел на нее в высшей степени неодобрительно.

— Итак, попробуем взять быка за рога. Такая тактика может сбить быка с толку больше, чем все остальное. — Он сцапал Лауру, засунул ее на место — в багажное отделение, и наглухо задвинул панель. — Наносим удар без промедления.

Забравшись в кресло пилота, Стив выжал старт. Хвостовые ракеты непокорно хлопнули пару раз вхолостую, прежде чем раздалось подавленное рычание. Ловко двигая рычагами и осваиваясь, он, наконец, выжал давление так, что весь корпус корабля содрогнулся, и передние дюзы стали наливаться вишнево-красным цветом. Корабль начал медленно подниматься с наклоном вперед. Огненный выхлоп в полмили длиной сверкнул, и корабль плавно взмыл вверх.

Развернувшийся корабль пророкотал над границей растительности, полем кристаллов и склоном позади него. Во вспышке, полыхнувшей над долиной, просияли тормозные ракеты. Это был рискованный трюк на столь ограниченном пространстве. Стив должен был скоординировать передний залп, задний выхлоп и горизонтальные струи вспомогательных дюз. Благоговейный ужас наблюдателей — все, что ему было необходимо. Судно приземлилось с пылом-жаром как раз на длинной молочной белизны крыше инопланетного дворца, соскользнуло по ней к склону холма и замерло.

— Человек! — прокричал он, решив особенно не церемониться. — Я — добрый! — Он подождал в кресле пилота, оглядываясь сквозь купол и ломая голову, что бы еще такое сказать.

— Я — слишком молод, чтобы умирать! — на всякий случай выкрикнул он.

Бросив взгляд на хронометр, Стив выждал еще немного. Вообще-то он и так уже достаточно громко постучался в их крышу — при посадке корабля, тут можно было разбудить и мертвого. Если внизу кто-то есть, они скоро повыскакивают, чтобы посмотреть, кто это там ставит стотонные бутылки на их крышу. Никто, однако, так и не появился. Он дал им полчаса форы на ответ, и все эти полчаса его ястребиный профиль оставался настроенным на атаку. Ничего не произошло. Тогда он встал, выпалил сгоряча: «Ах, так!» — и решительно покинул кресло пилота.

Освобожденная Лаура выкарабкалась на свет с нескрываемым раздражением — точно престарелая классная дама, чинно вступающая в комнату одинокого мужчины. Женщины в подобных случаях вели себя еще забавнее, так что Стив не придал значения такому поведению подруги. Отыскав ружье, он разблокировал люки и спрыгнул на крышу. Лаура явно нехотя последовала за ним, заняв свое место на плече с таким видом, словно бы оказывала ему высочайшую милость.