Владимир Талалаев - Воскресенье - пришел лесник и...

Шаг-наверх-еще-прямо — и масштабы меняются. Каждый узелок сети -целый мир. Одним взглядом можно охватить сотни галактик — не только тех, что видны на звездном небе, но и тех, что лежат на мгновение впереди или сзади, на расстоянии вытянутой руки — но в той стороне, для которой у нас нет названия — а их обитателям так же сложно понять, где находимся мы. Протяни руку, коснись узла — и окажешься в другом мире. Можешь наблюдать за ним, невидимый и неощутимый, можешь войти в его жизнь — но с риском навеки остаться где-то на чужом перекрестке, с чужой стрелой в груди. Если знать, где искать, можно найти мир, где сбудутся все твои желания, и поселиться там — на всю жизнь или на время, пока не надоест, а потом уйти в другой мир, с новыми находками и приключениями, и еще, и еще... Пока не обнаружишь, что море твоих желаний бездонно лишь тогда, когда черпаешь из него по капле, и как быстро пересыхает оно, если взять в руки ведро.

Хрустальная паутина не охватывает всю Вселенную. Она и ЕСТЬ вся Вселенная. Дело лишь в точке зрения. Нужно только знать, куда свернуть -наклон-присесть-вниз-вбок — и можно увидеть даже течение времени.

Время не похоже на ту тривиальную прямую, которую нам показывали на уроках физики. Здесь та же паутина, что и везде — каждое событие порождает веер возможных следствий, эти связи сходятся и расходятся, сплетаются в неожиданных комбинациях... И учтите, все варианты существуют на равных правах. Если что-то возможно — значит, оно где-то есть. Каждый, кто придет сюда, может играть в бога, управляя узорами паутины — а значит, и событиями своей или чужой жизни. Что может быть проще? Вот она, моя нить. Отсюда я вижу несколько развилок, дальше все слишком запутано. Протяни руку — и увидишь ожидающие тебя моменты выбора, продвинься дальше — и увидишь последствия, чтобы знать, где и куда свернуть. А хочешь — сам проведи свою нить, ровную и прямую, как автострада — прямо к намеченной цели. Так можно спланировать всю жизнь, и не одну — но как страшна даже самая удачная и счастливая жизнь, где все знаешь заранее! Я бросаю последний взгляд на свою паутинку — через три дня меня ожидает ключевой выбор — и поворачиваюсь к ней спиной. Через три дня все решится, так или иначе.

А сейчас еще один поворот — кругом-левой-правой-раз-и-два — это место особенно важно для меня. Здесь паутина никогда не бывает неподвижна — нити меняют расположение, разноцветные волны прокатываются, сталкиваются, дробятся, расходятся вновь... Каждый узел здесь — человек. Одни связаны крепко-накрепко, между другими зияет пропасть. Где-то среди них — тот единственный, который мне нужен. Вернее, та. Паутина велика — искать можно всю жизнь. И еще одну. И еще. Вот только время здесь ограничено. Я перебираю несколько нитей, попавших под руку... Ничего. Как обычно. Да, я могу плести и разрушать узоры паутины. Где угодно, и здесь тоже. Но я один — и вижу только кусочек сети. Любой, но небольшой. Каковы мои шансы? Один из пяти с лишним миллиардов. Чуть выше нуля. Можно пренебречь.

Одной этой мысли достаточно, чтобы сдаться. Аварийный выход всегда рядом — свернуть в нужную сторону и одним махом разорвать в клочья один из узоров. Единственный способ решить сразу все проблемы.

Только... Вот он, я. Узелок в сети, на вид не отличишь от других. Так же связан радужными нитями с соседями — с кем-то крепче, с кем-то слабее. Убери его — и в паутине возникнет дыра, расползется, рассыпав одни узоры и исказив другие. Никто не бывает один. Так просто — а есть люди, прожившие всю жизнь, так ни разу и не сказав себе: Я НЕ ОДИН.

Я не один.

И пока это так — для меня нет ничего невозможного.

декабрь 1994"

— Упсь! Что-то я натворил... Интересно, а кто ж то был пятым узелком со стороны Истинного Полудня? Надо было познакомиться... Вернуться, что ли?.. Ой, что это я... Арт, откуда ЭТО могло быть в книге, да еще такой старой, да еще на Рокласе?!

— Она написана не на Рокласе. Ее писали в другом мире. Но откуда тут земные сказания — сам не понимаю!

— Да, Старче... — Славик с умилением глядит на Артагорта, — Хорошо говоришь... Видать — знакома тебе эта книжка, пролежавшая столько лет в Колодце. Наглядно знакома...

— Более того: я ее в свое время уже читал! Впрочем — тогда она была написана лишь наполовину. И почерк этот... Стоп, а не им ли надпись посреди запаха светилась?

— О-о-о! — застонал Славик. — Похоже — с чувством юмора у автора этой книги было все в порядке! Не, больше я к этому Колодцу ни за какие подарки не подойду!

— Что, "Тушо..." не по вкусу пришлось? — невинно осведомился Арт.

— Нет, скорее — не по запаху! И вообще — не пора ли мне обедать. Да и Вам тоже...

— А что у нас на обед? — проснулся Ингвальд.

— Как всегда, все то же, ненасытный ты наш, — сказала Рийни, доставая банки консервов. — Разогреть не на чем, так что — как всегда.

— Как всегда — так как всегда! — и Ингвальд взял сразу две банки.

Арт взял со стола одну, задумчиво посмотрел на этикетку:

— Народ, как насчет того, чтобы эти "Шпроты" кинуть в Колодец, выдержать там годков так двести до кондиции, чтобы оно в "Шпро..." вместо вскрытого "Тушо..." превратилось? Будет обонятельная симфония номер пять! Дуэт с "Тушо..." получится.

— Можешь свои кидать, твоя проблема, — заметил Ингвальд, — А я свои уже доел. И не отказался бы еще.

— Жаль, что я не взял "фасо...", — проехидствовал Макс, — Тогда проблемы с ароматами Колодца исчезли бы сами собой...

Вмешался молчавший ранее Энглион:

— Или вы немедленно прекращаете говорить о еде, или вам уже никакая "фасо..." не понадобится: Я ЕСТЬ ХОЧУ, а вы тут... — и он свирепо глянул на Ингвальда с Максом.

— А что я, я ничего! — возмутился Джино.

— И все же — возвращаясь к книге. Так как, отдашь? — спросил Арт.

— Есть идея! — Славик аж засветился от хорошей мысли, — Ты помогаешь мне издать ее, большим тиражом! А я за это отдам тебе один экземпляр с тиража... Оригинал же и не проси, он мне самому понравился!..

Еще один день пролетел впустую, и народу надоело шляться по замку.

— Кто куды, а я на глайдер! — заявил Энглион. — И вам того же советую! А то мы тут совсем одичаем! Нету тут никакой Лестницы Миров! И не было, похоже на то! А мы тут как дураки лазаем! А в городе Кальдин наверняка по мне соскучился! И вообще — мне надоел вечный снег и завывания за окном!

— Ну еще хотя бы день! — жалобно завыл Макс. — Еще день, и я точно найду ее!

— Хватит! — рыцарь схватил мальчишку подмышку и поволок из замка, не обращая внимание на робкие попытки лягаться.

Глайдер стоял там же, где его и оставили — у стены.

— Летать не может, но как аэросани — побегает, — заметил Славик. Тут недалеко...